Заледеневшая
Шрифт:
Ченг буквально отнес меня к Range Rover, как это делал мой отец. Без силы Кары мои удары руками и ногами ничего не давали. Он был полон решимости вернуть меня в Драконию и даже связал бы, если бы я продолжала сражаться.
Ченг бросил меня на переднее сиденье, и моя голова сильно ударилась о спинку. Закрыв дверь, он ее заблокировал. Я с яростью била по ней, так как отказывалась возвращаться и столкиваться с моей судьбой. Кто в здравом уме будет требовать такого зверя, как Блейк Лиф? Им пришлось усыплять его последние пару месяцев, чтобы справиться с ним.
Дверь Ченга
Я откинулась на спинку сиденья, скрестила руки и крепко сжала зубы. Теперь, когда я снова стала человеком, мои слезы снова были связаны с моими эмоциями, и угрожали появиться сердитые слезы, но я не собиралась уступать этому дракону, я подумала, что мой друг был удовлетворен.
Я смотрела в окно на вид, но ничего не замечала, так как мой разум был наполнен яростью. Как он посмел так поступить со мной? Как, черт возьми, я собиралась заявить права на Блейка? Он знал, кто я. Он мог просто сказать мне той ночью, и Брайан все еще был бы жив. Я бы не была в той пещере с Полом, потому что знала бы, что тот врет, говоря мне, что я его всадник, и Люциан все еще был бы жив. Он заставил Кару проснуться, заставил меня полюбить ее, а потом стал причиной того, что мне пришлось ее убить. Как вообще кто-нибудь из них ожидал, что я взберусь на него?
Около восьми Ченг остановился около посадки. Он открыл огромную пачку картофеля фри и толкнул ее передо мной.
— Ешь, тебе нужны силы на завтра.
— Я не…
— Не говори этого. Ты взберешься на него, Елена, так помоги мне, тебе понадобятся все силы, чтобы сделать это.
— Ты меня не заставишь, — прошипела я на него, как разъяренная кошка.
— Ага, посмотрим. Теперь ешь.
— Я не голодна.
— Ладно, делай, как знаешь, — он произнес пару латинских слов и пару секунд смотрел на меня.
Первым исчез гнев, затем последовали все мои мысли. Я не могла вспомнить, что я вообще делала в машине или кем был Ченг. Затем пришло онемение. Это началось с пальцев ног и распространилось на язык. Прежде чем я смогла даже спросить, что, черт возьми, со мной происходит, мои веки стали тяжелыми, и все исчезло, пока не стало темно.
Глава 30
Я проснулась с невыносимой головной болью. Мне понадобилась пара минут, чтобы понять, где я, и что произошло. Громкое чириканье птиц просто разъярило меня. Наконец, я смогла открыть глаза и увидела, что наступило утро. Но что-то было не так.
У меня затуманилось зрение, контуры предметов стали тёмно-красными. Это идеально отражало мое внутреннее состояние. Ненависть. Ненависть ко всему вонючему миру, к окружающим деревьям и птицам, дразнящим меня своими весёлыми песнями. Рядом что-то пошевелилось, и я обнаружила его.
Этот человек все время притворялся моим другом. Он был врагом, и прямо сейчас я находилась у него в плену, была его заложницей.
Не на этот раз, ЧЕНГ!
Я
— А теперь послушай меня. Ты обещаешь, что никому не скажешь, кто я такая, — сказала я, и он успел покачать головой. Я сильнее сжала руки на его шее. Я почувствовала улыбку на губах. Это было такое приятное чувство. У меня никогда не было такой силы, и я хотела большего. Мне нужно больше. Немного туже.
— Обещай, Ченг, или я убью тебя, и правда умрет вместе с тобой.
Его лицо стало пунцовыми, а губы посинели. Чудесный цвет. Выглядело так чертовски круто.
— Хорошо, — смог произнести он, и я слегка ослабила захват. Он ударил меня по плечам, и я поняла, что на самом деле не слышала ответа. Я отпустила его.
Он кашлял, а я все ещё сидела на его коленях и с силой придавливала к сиденью.
— Обещаю.
Я схватила его за волосы и притянула к себе.
— Обещаешь что? Если ты не забыл, я сама была драконом пару дней назад. Я знаю порядок.
Он уставился на меня своими темными глазами.
— Обещаю, что не скажу ни одной живой душе, кто ты.
Я дважды ударила его по щеке, притом сильно.
— Вот это мой мальчик.
— А теперь слезь с меня к черту, — он толкнул меня на место.
Это было хорошо, и я продолжала ухмыляться. Черт, это было потрясающе. Я не могла вспомнить, что когда-либо чувствовала себя такой живой. Даже когда Кара была внутри меня. Это было супер круто. Это было трудно объяснить. Адреналин мягкими толчками поступал в кровь, и чем больше сжимать руки, тем сильнее чувствовалась его пульсация. Это было как…
— Ты же знаешь, что с тобой происходит, да? — Ченг сказал, когда он, наконец, завел машину и снова двинулся вниз по дороге.
— Что со мной происходит, умник? — я насмехалась над ним.
Он открыл заслонку с моей стороны крыши, и я увидела зеркало.
— Посмотри на себя. Посмотри, какие у тебя красивые глаза, Елена.
Я посмотрела и застыла, когда увидела зеленые радужки с красным там, где они должны быть белыми. Это был не тот красный, когда просто не выспалась, это был дьявольский красный. Мне вроде как понравилось.
— И что? — спросила я вызывающе.
— Это означает дерьмо.
— Ты не понимаешь этого, не так ли? Блейк очнулся, Елена. То, что ты чувствуешь, это не твои чувства, это его. Ваша связь…
— Не смей так говорить! — я накричала на него. — Я убью тебя, если ты скажешь это снова. У меня нет с ним никакой связи.
Он поднял руки, инсценируя капитуляцию, и закрыл рот.
Теперь моя улыбка исчезла, и гнев снова заполнил меня. Я ненавидела Блейка гребаного Лифа. Гнев оставался со мной долгое время, так как я просто видела его глупое лицо перед собой, зная, кем я была все это время. Он убил всех людей, которых я любила, и теперь они хотят, чтобы я заявила на него права. Он не заслуживал всадника, он не заслуживал, чтобы на него взобрались. Он заслужил быть домашним животным Горана.