Заледеневшая

Вудс Эдриенн

— Никому из нас больше никогда не придется беспокоиться о чем бы то ни было.

— Это слишком, Елена.

— Я рада, что отец оставил вам это, твой папа никогда бы не принял деньги от меня.

Она снова обняла меня.

— Кто бы мог подумать, что девчонка,

которая с трудом приняла это безумное место с драконами, станет однажды его правительницей, — сказала Бекки, и я притянула ее в общие объятья.

— Ты же понимаешь, что это значит, правда?

— Что ты неприлично богата и обладаешь хреновой кучей власти.

Мы рассмеялись.

— Нет, что однажды ты станешь частью моего королевского двора. Я не смогу справиться со всем без вас, девчонки.

Бекки обняла меня за шею.

— Я тебя люблю, Елена Уоткинс Мэлоун, — сказала она, и я снова засмеялась.

— Я тоже люблю тебя, Бекки Джонсон Миллс.

Мы всё рассмеялись.

***

Мы остались внутри, рассматривая различные предметы, хранившиеся в разных секциях. Казалось нереальным, что это все мое, и мои мысли снова вернулись к отцу, запертому в Итане.

Это все его заслуга, его и моей мамы. Они знали, что настанет такой день, они знали, что никто мне не поверит, и поэтому они подготовились.

Я взяла только дневники своих родителей и письма, что они писали больше чем семнадцать лет назад. Я вдруг подумала, а что было бы, если бы они обнаружили, что это Горан их предаст. Каким бы я выросла человеком, если бы меня растили Альберт и Катрина, а не Герберт, который был постоянно

в бегах, защищая девочку, убившую его собственную дочь. Как сильно он меня ненавидел, презирал? Я пыталась вспомнить, был ли хоть раз, когда бы он отнёсся ко мне несправедливо, но такого я не смогла вспомнить. Я помнила лишь, как сама относилась несправедливо к нему, потому что он был параноиком. А если бы… а если бы меня не было…

Сэр Роберт открыл дверь, и мы поднялись по лестнице. Я чуть не врезалась в него, потому что он резко остановился наверху лестницы. Он отодвинулся, и я увидела тысячи людей, стоявших перед нами снаружи.

Все они совершенно стихли, когда я встала перед ними, остолбенев. Потом один за одним они встали на одно колено, как и пару часов назад.

Я ахнула, потому что это уже было слишком, и мне пришлось сдержать слезы от потрясения. Пару часов назад, в меня верила всего лишь маленькая часть людей, теперь же в меня верила половина Пейи.

— Да здравствует принцесса! — закричал один парень.

Он прокричал это снова, и на этот раз к нему присоединились ещё пара людей. Всё больше и больше людей присоединялось с каждым разом, пока, наконец, хор голосов не стал таким громким, что происходящее показалось нереальным.

Сэр Роберт ласково прикоснулся к моему плечу, со слезами на глазах глядя на происходящее перед нами. Его взгляд подсказал мне, что он не в первый раз видит что-то подобное.

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Да здравствует принцесса.