Закрытый финал
Шрифт:
– Ну что? Погнали отсюда! – предложил Сэм.
По дороге к выходу Сэм старался не смотреть на пол и стены. С которых каким-то непостижимым образом сошла почти вся кровь.
IV.
До Бетнал Грин Роуд было совсем близко, однако Сэму это путешествие показалось длиной в вечность. Солнце беспощадно палило, с парня лилась кровь, на штанах зловонное пятно мочи. В таком виде сложно было не привлекать внимания.
Друзья выбирали окольные пути. Довольно скоро кровь высохла и почти выцвела таким же таинственным образом, как в подвале.
Сэм выискивал взглядом черный кэб, но, как назло, ни одного в поле зрения не наблюдалось. Когда же наконец один появился, радость друзей пресек водитель с редеющими волосами и коричневыми зубами, который, посмотрев на них, изрек:
– Извините, парни, в таком виде я вас к себе посадить не могу.
– Пожалуйста, сэр, - взмолился Сэм. – Нам очень нужно поскорее выбраться отсюда. Это сухие пятна. Мы не испортим обивку ваших сидений.
– Слушайте, мне все равно, что у вас за дела и во что вы вляпались, мне не нужны неприятности.
– Нет, нет, это не то, о чем вы подумали, - Джимми указал на камеру в руках Сэма. – Мы просто снимаем... фильм про зомби. Поэтому на нас такой грим.
– Простите, парни, не в этот раз, - водитель покачал головой и, стоило загореться зеленому сигналу светофора, уехал восвояси.
– Ребят, нужен кэб? – послышался голос сзади. Друзья повернулись и увидели мужчину турецкой наружности, стоящего у машины в переулке.
– Кэб? – переспросил Джимми.
– Мини-кэб, - уточнил мужчина и показал пальцем на стекла офиса с вывеской Юлмаз-Авто. – Как раз собираюсь скоро заканчивать. Вам куда?
– Камден, - ответил Джимми и продиктовал адрес Сэма.
– Запрыгивайте, - мужчина открыл заднюю дверь.
Сэм быстро залез на заднее сиденье, уступив другу право проехаться на переднем. Он был не в настроении общаться с водителем. Сердце лихорадочно забилось, начался озноб. Похоже, наркотик отпускал. Торкнуло невероятно сильно, но приход был не очень продолжительным. Как предполагал Сэм, во всяком случае. И отходняк начинался чудовищно мощно.
– Давно там живете? – поинтересовался турок, сворачивая с Олд Стрит на Сити Роуд.
– Это не мой адрес, - пояснил Джимми, - друга. А я во многих частях Лондона пожил. А вы?
– Родился и вырос здесь. Лондон плоть от плоти. Как же город изменился с семидесятых!
– Не сомневаюсь. Он стал совсем другим даже в сравнении с тем, что был в моем детстве. И не только эти современные дома... Улицы, все остальное... Порой оказываешься в месте, где сто раз был, и не узнаешь его!
– Города постоянно меняются, - водитель повернулся к Джимми. Даже с заднего сиденья, сидя вполоборота, Сэм видел, что лицо турка приобрело задумчивое выражение. – Это заложено в их природе. В их предназначении. Они сродни древним легендам, которые каждое поколение рассказывает по-своему. Одни истории, детали исчезают, забываются, их место занимают новые. Но общая суть не меняется. Легенда подстраивается под новое время, становится более понятной современникам, но основа, на которой она построена, смысл – неизменны. Вне зависимости от времени. В этом
– То есть вы считаете, что, несмотря на все визуальные изменения, города остаются по своей сути прежними?
– Вне всяких сомнений. Можно снести старые дома, построить на их месте новые, поменять дороги, но определенных людей будет тянуть в те же города, они будут собираться в одних и тех же старых местах. Это не меняется.
– Даже когда эти старые места уже разрушены, исчезли?
– Старые места нельзя разрушить, они не исчезают. Они продолжают существовать. Под новой оболочкой.
– Как это – под новой оболочкой? Под землей?
– Нет, просто скрытые от взгляда. Нужно лишь знать, где они, как дойти до этих мест, где повернуть, где посмотреть под другим углом. Где найти нужную дверь, портал. Так же как и старые истории, лежащие в основе современных адаптаций. Придай им первозданную форму, и они опять станут такими же, какими были в изначальном изложении.
– Вау, да вы просто философ!
– Нет, - водитель с улыбкой покачал головой. – Я просто много времени провожу за рулем в одиночестве. В итоге у меня уйма времени для размышлений. Понимаешь, о чем я?
– Пожалуй, да, - согласился Джимми.
Сэма дико трясло, он догадался, что Джимми болтает с водителем, чтобы отвлечься от отходняка. А водила, в свою очередь, просто делает вид, будто не замечает, что того колбасит. Наверняка этот турок повидал в своей жизни разные типы отбросов. Так что вряд ли водилу могла удивить манера общения его друга.
– А друг твой, - турок отбросил назад затылок в направлении Сэма. – Тоже лондонец?
– Нет, он приехал из Суррея, так что можете называть его лимитчиком. Или "понаехавшим".
Водитель кивнул. Сэма взбесило, что Джимми так откровенничает с турком. А что, если полиция будет спрашивать людей про двух парней, с ног до головы заляпанных в крови?
Сэм посмотрел в окно. Они подъезжали к станции метро Эйнджел. Две дорожные полосы перекрыты полицией. Стражи порядка прогоняют весь поток через оставленную вне оцепления третью. Когда мини-кэб влился в нее, Сэм увидел на тротуаре Форд Мазду. Лобовое стекло разбито. Капот смят. Лужа крови под светофором чуть поодаль. Воспоминания о пережитом в подвале вновь нахлынули с невероятной силой. Объятый ими и чудовищной силы отходняком, Сэм едва сдерживал слезы, которые встали в глазах и затуманили взгляд.
Водитель положил руку на миниатюрную статуэтку из слоновой кости на левой части приборной панели. Двуликая, словно римский бог Янус. Только состояла она на одну половину из жуткой старухи, а на другую – из прелестной девушки. Водитель пробормотал какую-то молитву на языке, который Сэм не смог распознать, затем положил два пальца на переносицу, после чего прикоснулся к маленькому золотому украшению, свисавшему с зеркала заднего вида. Какому-то неизвестному мистическому кулону.
Когда друзья садились в машину, Сэм точно не видел ни статуэтки, ни кулона. Словно водитель только что материализовал их. Сэм ошеломленно встряхнул голову. Совершенно крышесносный отходняк.