Загрузка
Шрифт:
– Значит, она не опасна?
– Опасна. Нас чуть не сбила. Да и на тебя помчалась... Я едва успел.
– Ты её убил?
– Перепрограммировал.
Что-то мой мозг отказывается соображать после пережитого.
– Всадил нож с вирусной программой, - но видя моё непонимание, Андрей всё же пояснил: - Ну, как ты тогда паучка перепрошила. Вот и я так же эту сущность прошил.
– И что ж она теперь?
– Двигаться не может. Теперь чинит неисправности у машины, а вот доступа к управлению автомобилем я её лишил.
–
– Да-да, что я скажу на это?
– раздался сзади нас строгий низкий голос.
– Поблагодарите, что ваша зверушка никого не убила и впредь не убьёт, - не растерялся любимый.
– Ты мне машину повредил...
– Правда?
– удивился Андрей.
Декан же осматривал свой транспорт на повреждения и не находил их.
– Как ты это сделал?
– Что именно?
– Проткнул кузов, я сам видел. А сейчас в нём всё целое.
– Ну, ваша зверушка уже починила всё.
– Благодарю, - пожал руку моему мужу декан.
– Вас обоих.
– За что?
– удивилась я.
– За то, что доработали мою машину, да и неисправность устранили.
– Пожалуй, стоит с вас потребовать компенсировать моральный ущерб, - пошутил Андрей. Пошутил ли?
– Я подумаю над столь заманчивым предложением. Вы на меня поработать не хотите, молодая леди?
– Нет!
– строго сказал Андрей.
А я растерялась. Мне работу предлагают? Стоит ли отказываться? Я, скорее всего, безработная теперь. Впереди ещё два месяца каникул...
– Смотря что надо делать, - ответила я. А вот любимый, похоже, обиделся, руки с моей талии убрал.
– Но муж против, так что - нет.
– Муж?
– удивился декан.
– Почти. Через неделю свадьба.
– Что ж ты молчал? Свадьба, говоришь?
– он задумался.
– Просто распишемся и всё, - пробормотал Андрей.
– Никакой свадьбы.
– Ладно, как скажешь... Но подарок всё же с меня полагается.
Вокруг нас же стала собираться толпа студентов, подумавших, что пропустят всё веселье.
– Свадьба, значит? И ты не пригласишь?
– спросили парни.
Похоже, мы попали! Придётся их всех приглашать.
– Мы в области подали. Да и в будень - не торжественное мероприятие, - попыталась я выкрутиться из получившейся не очень приятной ситуации.
– Ладно, желторотики, в следующую субботу жду вас здесь около двенадцати. Чтоб принесли свидетельство о браке. Ясно?
– спросил декан.
– Да, Виталий Андреевич, - назвал наконец-то его по имени-отчеству Андрей.
– А теперь брысьте отсюда. Идите, веселитесь.
– Как скажете...
– и любимый вывел меня со стоянки.
Пашка держался за плечо.
– Что с тобой? Сломал?
– спросила у бывшего врага Андрея.
– Не знаю, - пожал плечами он.
– Давай пройдём в медкабинет, наложу тебе шину да езжай в травмпункт, - предложила я.
– А в
– Так воскресенье ж...
– А...
Наложив шину на плечо Пашки, отправила его, а потом, закрыв за ним дверь на щеколду, позвала на кушетку любимого.
– Раздевайся, осмотрю.
– Может не надо?
– Надо, Андрюш, надо...
Он, нехотя, разделся. Побитый, весь в синяках. Несколько ссадин, которые я обработала зелёнкой. Но кости, вроде бы, целы.
Провела по буграм его мышц. Красив. Вот только... это ведь тело временное. Он тут же сграбастал меня в объятия.
Закрыл глаза и просто поцеловал. Я сглотнула. А, будь, что будет. Люблю его, он мой муж, а штамп в паспорте ничего не изменит в наших отношениях. И я ответила неистово, со всей страстью.
Его руки скользнули по моим плечам, спустились на предплечья, а потом по бёдрам.
– Ланочка, моя... навсегда.
– Андрюш, я тебя люблю, - прошептала я, вновь целуя, отдаваясь ему полностью, без остатка.
И мир вдруг просто озарился светом и... пропал.
– Экзамен они прошли. Вытаскивайте обоих.- Придётся всё вновь подчищать...- Нет. Они ведь всё равно собирались поехать домой к Лане.- С утра...- Планы изменились.- Хорошо...- Ребята подружились с Андреем. Начнутся вопросы.- Запустите программу зачистки.- Как скажете... Приступаем!
Глава 16
Первое, что я увидела, были красные пятна. Они расплывались перед глазами, пока я собиралась их открыть. Тогда яркий свет стал резать глаза, и пришлось промаргиваться, чтобы к нему привыкнуть.
– Как вы себя чувствуете, Ла 468?
– спросила женщина в белом комбинезоне с короткой стрижкой белых волос.
Меня покоробило такое обращение, будто я не живой человек, а всего лишь вещь. Но я ничего не сказала. Голова кружилась, вроде бы ничего не болело, но я бы не назвала это самочувствие нормальным.
Жаловаться не принято.
– Терпимо, - сказала я, вставая. Но меня повело, я едва удержалась за то кресло, в котором сидела.
– Головная боль, головокружение?
– спросила женщина.
И тут меня стошнило. Прямо на кристально чистый блестящий кафельный пол.
Такое чувство, что свет не мил. Что я забыла что-то важное.
– Вам следует отдохнуть после экзамена, - ответила та же женщина.