Зачарованная
Шрифт:
Около двенадцати ночи Себастиан вышел из театра. Настроение было отвратительное.
Он медленно шел по улице в направлении Трафальгарской площади, где надеялся сесть в автобус, и думал о том, в каком положении оказался. Напрасно он надеялся, что ему что-нибудь предложат сегодня. На это, пожалуй, рассчитывать не приходилось. Всю последнюю неделю, работая дни и ночи напролет над конкурсным проектом, он мечтал об отдыхе. Завтра и послезавтра можно будет побездельничать, а потом… Теперь придется забыть консерваторию и студенческие
– Ладно, старина, взбодрись, – сказал себе Себастиан, – у тебя же первый приз. Рано беспокоиться.
Успокаивая себя, он ни на минуту не забывал о том, что его профессия требует немедленных действий, и долго ждать нельзя. Такой шанс, как сегодня, выпадает в жизни нечасто. Он опасался, что завтра появятся другие дела и заботы, и те импресарио, которые его сегодня так расхваливали, через день забудут о нем. Тогда он пропал, как многие другие до него.
Себастиан заторопился на автобус. Ладно, по крайней мере, следующие несколько недель он сможет как следует поработать над новой партитурой. У него появилась одна идея, которую стоило обмозговать во всех деталях.
Внезапно Себастиан понял и еще одну причину своего мрачного настроения. Он не жалел, что у него нет семьи, но сегодня как-то особенно остро это почувствовал. Как замечательно иметь отца и мать, которых можно было бы поблагодарить, стоя у микрофона.
Мадди и Кристофер были для него самыми близкими людьми, почти его семьей. Он решил позвонить Мадди, чтобы наконец прервать молчание, которое тянулось так долго.
А будущее… Себастиан молил Господа, чтобы хоть один человек из сидевших сегодня в зрительном зале пригласил его на работу.
Глава 25
– Кейт, почему ты передумала? Я ничего не понимаю, – Хассан метался по гостиной, как тигр в клетке. – Все уже готово, меньше чем через месяц мы улетаем из Англии, и вдруг ты говоришь, что не хочешь ехать.
Кейт, волнуясь, сжала руки.
– Послушай, Хассан, я очень сожалею, но…
Она пожала плечами и умолкла. Нет, у нее просто не хватит смелости сказать ему правду.
– Пожалуйста, Кейт, скажи мне! Ты последнее время не похожа на себя. Отменяешь свидания, а когда приходишь, ведешь себя так, будто находишься за тридевять земель. Ты даже свою лошадь не навещаешь целый месяц.
На лице Хассана застыло выражение беспомощной растерянности и боли. Он подошел к дивану, на котором сидела девушка, опустился рядом с ней и, взяв ее за руку, заглянул в глаза.
– Я что-то сделал не так?
– Нет, Хассан. Ничего. Я только… ну, в общем, мне кажется, что наши отношения теперь изменились.
Он недоуменно уставился на нее.
– В каком смысле?
– Я не знаю, трудно объяснить. Ну, просто такое чувство, что все не так, как раньше.
– Послушай, – мягко сказал он, словно успокаивая
Кейт отняла руку и встала.
– Нет, Хассан. Наверное, нам нужно немного побыть вдали друг от друга. Прости меня, пожалуйста, но было бы хуже, если бы я поехала с тобой в том состоянии, в котором сейчас нахожусь. Но тебе следует ехать, как ты и собирался.
– Кейт, может, есть другая причина? Другой мужчина? – Хассан говорил так тихо, что она едва могла слышать.
Ну вот, наконец! Кейт посмотрела в его глаза, не зная, как поступить. Но в следующую секунду ее смелость угасла.
– Никого у меня нет. Просто нужно перевести дыхание. Поезжай, повидайся с семьей, а я останусь здесь. Так мы проверим свои чувства.
– Не надо, Кейт. Мои чувства останутся неизменными. Я… – Хассан проглотил комок, подступивший к горлу. – Думаю, тебе лучше уйти. Ты, очевидно, уже приняла решение, так что не о чем больше говорить.
Девушка виновато кивнула и пошла к двери.
– Честное слово, мне очень жаль, – безнадежно пробормотала она. – Прощай, Хассан.
Он кивнул, боясь заговорить, не доверяя своей выдержке. По лестнице простучали ее каблучки, хлопнула входная дверь, затем все стихло. Хассан встал, подошел к окну и смотрел, как Кейт торопливо вышла на улицу, пошла по тротуару и, наконец, скрылась за углом.
– Прощай, любимая, – прошептал он. Затем подошел к бару и налил себе большой стакан виски.
Кейт он больше не нужен.
А всего месяц назад он позвонил отцу и сказал, что собирается познакомить его со своей будущей женой. На отдыхе на Сейшельских островах Хассан хотел сделать ей предложение.
Но она ушла.
В эту секунду Хассан больше всего хотел только одного – забиться в глубокую темную нору и никогда не выходить на свет. Он и не знал, что можно испытывать такую боль.
Он всегда получал все, чего хотел. Но на свете есть то, чего не купить за деньги, – любовь Кейт.
Глава 26
Мадди и Кристофер сидели на кухне и пили чай.
– Ты все понимаешь, правда, папа?
Кристофер кивнул.
– Конечно, понимаю. Тебе девятнадцать. Начинается взрослая жизнь.
– Я все равно буду приходить сюда, чтобы повидаться с тобой, – Мадди улыбнулась, стараясь скрыть дрожь. Вид у отца был несчастный. – Ты тоже сможешь приходить ко мне пообедать, поговорить.
– И все-таки мне не нравится твоя идея.
– Но я и не буду одна! Со мной Шехерезада. Ты же знаешь, мне всегда нравилось одиночество. И потом, не так уж много времени я буду проводить дома. Занятия, репетиции, спектакли… Так что я буду приходить только ночевать. Почему бы тебе не зайти на чай в следующее воскресенье? Я к тому времени устроюсь.