Забытая башня
Шрифт:
— Бесполезно. Твоя сила оставила тебя, Чародей! — крикнула она и разомкнула кольцо, превратив его в полоску металла.
Вернигор и с ним все друзья Чародея вскрикнули в один голос. Полумрак в ущелье нарушила блеклая вспышка света. Гвендаль исчез, не сходя с места.
— Ты интересовалась, чего я ждала? — Олдрид снова повернулась к принцессе Юрлин; ее узкий рот щерился в улыбке, напоминающей скорее волчий оскал, в тонком лице не осталось ничего прекрасного и гордого, так изуродовало его злобное торжество, — Вот этого!
С диким криком Юрлин вскочила
Последний подъем был самым трудным, самым опасным. Элиа и его спутники до того устали, что им казалось, будто обрывистая, вырубленная в камне, тропа приведет их на самые-самые вершины Занбаргардских гор, к острым, как иглы камням, где шагу нельзя ступить. Преодолев этот утомительный путь, они замерли от удивления, глядя вокруг и перед собой. Они стояли на краю ровного, как скатерть заснеженного плато, обрамленного со всех сторон каменными зубцами, уходящими в небо.
— А я-то думал, мы на самом верху, — проговорил Кадо в изумлении, — Но в этих горах, видно, до верхушки не долезть!
Впереди между обрывистыми склонами виднелся проход.
— Нам туда, — сказал Элиа.
Его голос окреп, а глаза искрились нетерпеливым изумрудным блеском.
— Что с тобой? — спросил Кадо, которого перемена во внешнем облике друга обеспокоила.
Элиа не ответил, лишь загадочно усмехнулся и уверенно направился к проходу в горах, ведя за собой Кадо и Орна.
— Откуда он знает, куда нам идти? — спросил Кадо у демона.
— Камень, — шепотом ответил Орн, — Он где-то рядом. Элиа его чувствует.
— А это хорошо или плохо? — спросил Кадо, глядя вслед Элиа, у которого даже распрямившаяся спина излучала уверенность и энергию.
Орн пожал плечами.
— Скоро узнаем. Гораздо больше меня беспокоит вот это, — он поднял голову к небу.
Солнце, казалось, совершенно выцвело. Его лучи стремились к земле лишь по привычке. Свет их меркнул и истончался с каждой минутой.
— Успеть бы, — пробормотал Кадо и поправил на плечах походную сумку.
Проход — узкую трещину в каменной стене — кутали длинные тени. Место, куда этот проход вел, скрыто было за поворотом скалы. Меж камнями виден был лишь тусклый отблеск света, пробивавшийся с той стороны. Войдя под серый свод, Орн замедлил шаг.
— Да, это то место, — сказал он, явно волнуясь, — И столетия спустя я узнаю его.
Внезапно
— Остановитесь, — произнес низкий голос.
Вперед выступил некто, закутанный в черный балахон. В руке он держал колдовской посох черного цвета, покрытый переплетениями резьбы. Насколько можно было видеть, то были темные заклинания, настолько древние, что прочесть их могли лишь самые сведущие в злом колдовстве маги. Элиа и Кадо невольно попятились. Орн взялся за рукоять меча.
— Дальше вам не пройти, — молвил незнакомец, — Пока я не получу то, зачем пришел.
Орн выступил вперед, загораживая собой друзей.
— Я не знаю, кто ты и зачем пришел, — бесстрашно промолвил он, — Но мы пришли сюда не ради тебя. Дай пройти, не то тебе придется сразиться со мной.
Незнакомец глухо рассмеялся.
— Видимо так, — сказал он, делая мягкий, вкрадчивый шаг вперед, — Ведь у тебя Меч Наследника Королей. А именно того, кто принесет его, ждут в Облачной башне.
На его лице, затененном капюшоном, алчно вспыхнули глаза, устремленные на рукоять Дарано, которую крепко сжимал Орн.
— Это — меч потомков Фьялларда, откованный для меня заново, — твердо возразил Орн, — И что бы ни гласило темное пророчество, никто не принесет его повелителю башни Облаков. Кто ты и почему претендуешь на меч?
Незнакомец снова глухо хохотнул и откинул капюшон с лица.
— Ивальдо? — громко ахнул Кадо, — Ивальдо Рун?
Преподаватель алхимии криво улыбнулся, услышав это имя.
— Много лет пришлось мне так называться, — сказал он, делая еще один шаг навстречу путникам и не сводя жадного взгляда с Дарано, — И еще дольше я искал возможности вернуться и занять то место, которое принадлежит мне по праву. Пока, наконец, не возник из тьмы этот глупый эльф, решивший с моей помощью вернуть своему оступившемуся народу славу и мощь.
— А ты используешь его, — понимающе кивнул Орн, шагнув в сторону, чтобы не дать Ивальдо приблизиться на опасное расстояние, — Это ты хотел убить меня в Аструме. Почему?
— Потому что ты мешаешь мне, жалкое отродье Хильд, — с ненавистью глядя на демона, ответил алхимик, — Я — наследник не менее тебя, и меч — мой!
— Так ты не чародей? — с недоумением промолвил Орн, — Но кто ты?
— Не узнаешь? — Ивальдо горделиво выпрямился, — Я тот, кого ваше злобное гордое племя отвергло и выкинуло прочь. Но я сумел уцелеть в отличие от твоих жалких родичей, павших жертвой моей мести.
По его лицу прошла темная волна. Элиа и Кадо на миг почудилось, что черты алхимика сморщились и покрылись зеленоватыми трещинами, а в глазах зажегся тяжелый красный огонь.
— Ты — Морак! Изменник и изгнанник, — узнавая, на миг явившийся ужасный лик, воскликнул Орн, — Отпрыск младшей ветви Бломовендских королей, которого прогнали из королевства за деяния, гнусные даже для демонов. Жертвой твоей мести, ты сказал? Так это ты предал демонов, ты открыл зачарованные врата Бломовенда чародеям?