За тебя, Родина!
Шрифт:
Удобно устроившись за столом и уже взяв в руки ложку Саша внезапно обнаружил что хозяева не спешат присоединиться к нему.
– А как же вы, Силантий Дмитрич и Варвара Михайловна?
– растерялся он.
Мужчина рассмеялся, сидя с другого конца стола:
– Я уже поел час назад, а ты ешь, молодой..
Ему вторила хозяйка:
– Да, Сергей, мы уже покушали так что не стесняйтесь, пожалуйста! В городе-то, небось, так вкусно не кормят?
– спросила женщина, стоя возле печи.
Говорить с набитым ртом было трудно поэтому Александр просто кивнул, отдавая должное кулинарным способностям жены
– Думаю устроить его к Савельичу.. Всё равно один живёт так что..
– Нет уж!
– решительно покачала головой Варвара Михайловна, грозно нахмурившись на мужа.
– Знаю я твоего Савельича! Лишь бы своего самогона напиться и потом буянить по селу! Хватило уже того что он устроил на прошлой неделе.. Стыд и позор! А ты, муженёк, я смотрю, частенько к нему захаживаешь?
– Да я..
– смущённо попытался оправдаться Силантий Дмитрич, но жена ещё не закончила.
– Не работает, обормот такой, только и знает что пить.. А ещё колхозник называется! Тьфу на него!
– разошлась женщина, в волнении поправляя платок.
– Нет, нельзя нашего гостя к нему вести. Лучше отведи-ка Сергея к Слепцовым. Они нормальные, работящие, не то что твой Савельич..
– снова уколола мужа хозяйка.
– Вы не беспокойтесь, Сергей, Алексей Георгиевич и Наталья только рады будут тому что вы у них переночуете. Очень добрые и хорошие люди.
Трошин только вздохнул, не решившись спорить. Похоже, в доме главы села была главной его жена а не он сам. Впрочем, Саша не заморачивался этим. В каждой семье свои порядки и не его дело лезть туда со своими соображениями. Как говорится, в чужой монастырь со своим уставом ни-ни..
Ужин прошёл спокойно. Хозяева спрашивали его о жизни в Москве, учёбе, родных.. Александр отвечал скупо: Да, учиться ему нравится. Нет, товарища Сталина лично он не видел. В Кремле не бывал, но сам город очень красивый. Трошины, хоть и жили совсем недалеко от Москвы, бывали там редко да и то лишь на самой окраине когда ездили в магазин покупать необходимые вещи нужные в хозяйстве.
Вечерело.. Солнце почти зашло. Сидящий на бревне Саша, разомлевший от плотного ужина, провожал глазами возвращающееся стадо и ждал председателя который отведёт его к неким Слепцовым где и должен был заночевать Александр.
Наконец, минут через двадцать, к нему подошёл Трошин который, непонятно чему улыбаясь, махнул рукой и пригласил гостя следовать за ним. Саша тяжело поднялся и направился следом, посматривая по сторонам.
Улицы села, или деревни, он так и не понял в чём состоит эта разница, с наступлением вечера заполнились народом. То и дело мимо проходили парочки или группы молодёжи которые весело смеялись, шутили и подначивали друг друга. У одного дома, возле густо разросшегося дуба, сидела стайка девушек в разноцветных платках накинутых на плечи и слушала гармониста который наяривал что-то весёлое.. Возле них крутились несколько парней, с важным видом разговаривающих друг с другом и кидающих быстрые взгляды на девушек. Те тоже шептались между собой, хихикали.. Словом, вечерний флирт и завязывающиеся отношения в полном разгаре. Чуть позже наверняка кто-то кого-то пойдёт провожать и постарается урвать от объекта своей симпатии хотя бы поцелуй..
Его провожатый, Силантий Дмитрич,
Остановились они почти на краю села, возле добротного пятистенного дома, сложенного из толстых брёвен. На ступенях, возле входа, сидел мужик возрастом не моложе чем сам председатель и курил "козью ножку", пуская клубы дыма. Рядом с ним вертелся шести-семилетний мальчонка в одной рубашонке, изгвазданной и мятой.
Трошин открыл слегка скрипнувшую калитку, вошёл сам и махнул рукой Александру.
– Доброго здоровья тебе, Афанасьич!
– поздоровался он, подойдя к хозяину дома.
– И тебе не хворать, Дмитрич!
– крепко пожал ему руку медленно вставший мужик, и при этом окинул взглядом Сашу.
– Что зашёл? По делу или как?
– По делу, Афанасьич, по делу..
– отозвался тот, присаживаясь вместе с ним на ступеньки и тоже скручивая себе самодельную папиросу.
– Знакомьтесь, товарищ Горбунов, Слепцов Аристарх Афанасьевич! А это Сергей Горбунов, студент-филолог, из Москвы. Приехал к нам чтобы понять, так сказать, корни советского народа и, в частности, крестьянства!
– О как!
– фыркнул мужик, протягивая руку Александру.
– Аж самые корни? А для чего это вам, товарищ Горбунов? И почему к нам?
– Да погоди ты, Афанасьич!
– осадил его Силантий Дмитрич, осуждающе посмотрев на мужика.
– Человек, можно сказать, только появился а ты уже в душу лезешь.. Кстати, я вот подумал что Сергей у тебя переночевать сможет, верно? Ну а с тобой потом я рассчитаюсь чем смогу, по-дружески. Согласен?
– А чего ж нет? Я со всем своим удовольствием! Только вот..
– хитро прищурился тот..
– это ты решил или Варвара твоя? Как в прошлый раз?
Трошин закашлялся, видимо, дым пошёл не в то горло.
– Ты это, Афанасьич, мою Варвару не трожь.. А то не посмотрю что с тобой когда-то сам Ленин говорил!
– ответил он, хрипло кашляя.
– Враз соберу собрание и..
– Ладно-ладно, Дмитрич.. Это ж я так, шутя..
– пошёл тот на попятную.
– Что ты сразу? И ничего я не имел против твоей Варвары! Сам знаешь, уважаю её!
– Вот и ладно!
– совсем успокоился Трошин.
– А вы, товарищ Горбунов, проходите в избу, там вам Наташка покажет что и как. А мы с тобой, Афанасьич, здесь посидим, потолкуем..
Кивнув, Александр оставил их на крыльце и вошёл в сени. Там всё было почти также как и в доме председателя, отличия были только в мелочах. Поэтому Саша не стал задерживаться и прошёл в жилую часть дома. Отворив бесшумно открывшуюся дверь и нагнувшись, он переступил высокий порог и оказался внутри.
Комната была в полумраке, лишь на столе тускло светилась керосиновая лампа, чему он изрядно удивился. Насколько Александр знал, в деревнях такие лампы, а особенно керосин, были довольно редкими, и их наличие указывало на какой-никакой достаток. Из-за недостатка света Саша так и не смог толком разглядеть обстановку и растерянно остановился, гадая что делать дальше и где ему искать неизвестную Наташу. Но та нашлась сама..