За тебя, Родина!
Шрифт:
Вздохнув и оглядевшись, Александр поудобнее поправил вещмешок и направился по дороге на запад. Никто ему навстречу не попадался, хоть дорога и была довольно утоптана. Светило солнце, пели птицы, шумели деревья.. Даже и не скажешь что в его время тут уже считалась почти Москва.
Прошагав так несколько часов он расположился недалеко от дороги, в тени деревьев и наскоро перекусил тем что заботливо положила ему армянка. После этого его потянуло в сон но Саша решил воспользоваться световым днём и добраться до какой-нибудь деревни чтобы не ночевать на природе. Конечно, после учебного лагеря ему это
Наконец, когда ноги уже гудели, лесная дорога расступилась и перед ним открылась эта деревня, под названием Малые пруды. Здесь и решил Саша попроситься переночевать.. Подойдя к вихрастому мальчишке лет тринадцати, сосредоточенно точившему косу у крайнего дома, он поздоровался и вежливо спросил где тут можно переночевать.
Тот внимательно оглядел его, сделал какие-то выводы, отложил косу и сказал что его зовут Витька. Потом встал и важно направился к центру деревни. По пути Саша ловил на себе любопытные взгляды нескольких сельчан и сам не стеснялся, оглядываясь вокруг. Людей было мало, видимо, все на полях трудятся или на своих участках, решил он.
Витька привёл его к одному из домов над входом в который лениво развевался потрёпанный временем красный флаг. Это что, типа сельсовет? Навстречу ему, видимо увидев в окно, вышел пожилой мужик в распахнутом мятом пиджаке и окладистой бородой:
– Витька, ты что пришёл? И кого привёл?
– спросил он, с любопытством оглядев Александра. Саша сделал то же самое.
Председатель, или кем он там являлся, напоминал собой, на взгляд Александра, постаревшего актёра Гостюхина из "Дальнобойщиков", если тому сбрить усы и отпустить бороду. Прищуренные глаза с хитрецой внимательно осмотрели его. Мозолистые ладони сразу выдавали того кто привык много и тяжело работать именно руками. Обут он был в пыльные и растоптанные сапоги, а на голове красовался картуз с лакированным козырьком.
– Так это, Силантий Дмитрич.. Человек переночевать хочет!
– пожал плечами парнишка, кивнув на него.
– Вот я его и привёл.
– Понятно..
– хмыкнул мужик, сняв картуз и проведя рукой по голове. Похоже, он слегка растерялся, не зная что делать с неожиданным гостем, но быстро определился.
– Молодец, Витька, что привёл гражданина сюда. А где коса-то твоя? Наточил уже?
– Да нет пока..
– шмыгнул носом Витька, переминаясь.
– Ещё немного осталось.
– Ну вот и иди, доделывай работу. Негоже бросать на полпути.. Давай-давай, я сам здесь разберусь!
– махнул рукой Силантий Дмитрич.
Печально вздохнув, парнишка направился обратно, а мужик протянул руку и представился:
– Трошин Силантий Дмитрич! Председатель сельсовета.. А вы кто, товарищ?
– Горбунов Сергей Петрович, студент-филолог из московского института!
– пожал ему руку улыбнувшийся Саша.
– Направлен в окрестные сёла чтобы узнать о деревенских порядках, обычаях, песнях, сказаниях. В общем, понять корни русской деревни!
– Точнее, советской?
– подмигнул ему мужик.
– Да, извините, конечно, советской!
– поправился Александр.
– Что ж, товарищ Горбунов, вот и познакомились! Приятно видеть гостя из самой Москвы!
–
– Пройдёмте пока внутрь, а позже я вас отведу туда где можно переночевать!
Саша не стал отказываться и, поднявшись на несколько ступенек, прошёл в избу, полюбовавшись затейливой резьбой на перилах.
Сначала он очутился в.. сенях? Александр, как горожанин, плохо разбирался в деревенских жилищах и теперь гадал как называются комнаты внутри. В общем, это было маленькое помещение в котором стояли несколько лопат, граблей, мотыг. На стене висели тазик, деревянные салазки, валенки и связки каких-то трав. В углу виднелся топор с отполированной рукояткой.
Сбоку в стене виднелась ещё одна дверь с высоким порогом. Там, скорее всего, и была жилая комната. Разувшись и оставшись в одних портянках Саша прошёл к этой двери и, пригнувшись, оказался внутри.
Он оказался в большой комнате, освещаемой заходящим солнцем из нескольких окон, причём они располагались сразу с двух сторон. В одном из углов была небольшая полочка на которой раньше сельчане устанавливали иконы, но сейчас там было пусто. Видимо, староста опасался того что безбожные коммунисты могут докопаться и не осмеливался их поставить. Или же сам стал атеистом.
Справа от входа стояла широкая лавка, ограждённая деревянными досками. Саша смутно помнил что, вроде бы, это был так называемый, "мужской угол". Здесь, в основном, было рабочее место хозяина дома.
С другой стороны располагалась знаменитая русская печь с нишами для разной утвари. Рядом с ней стоял ухват и несколько горшков, больших и малых. Часть печи была огорожена ситцевой занавеской за которой кто-то шуршал.
Вдоль стен также стояли лавки, изукрашенные резьбой. Над ними висели красиво вышитые полотенца, каждый со своим особенным узором, а на полу лежали половики. В одной из стен был ещё один проход в другую комнату, тоже прикрытый занавеской. Судя по отсутствию кровати или второй лавки там была спальня хозяев.
– Проходите, товарищ Горбунов, не стесняйтесь!
– добродушно сказал председатель и позвал: - Варвара! Принимай гостя!
Занавеска откинулась и оттуда степенно вышла женщина лет сорока с натруженными руками, испачканными мукой. Одетая в бесформенное платье и платок, завязанный на затылке, с приятным полным лицом, Варвара улыбнулась и сказала:
– Здравствуйте, молодой человек.. Садитесь, пожалуйста, не побрезгуйте нашим угощением!
Голос её был мягким и каким-то домашним. Саше почему-то захотелось вернуться в детство и чтобы у его матери был именно такой голос..
– Спасибо, Варвара.. как вас по отчеству? А я Сергей!
– спросил он, усаживаясь за стол.
Женщина, тем временем, вынесла из-за занавески чугунок с пахучим содержимым и поставила его на стол.
– Варвара Михайловна я..
– снова улыбнулась она и вынесла в дополнение к чугунку тарелку, ложку и несколько кусков хлеба.
– Да вы не стесняйтесь, Сергей, кушайте!
Ноздрей снова проголодавшегося Александра коснулся запах свежесваренного супа, вроде бы щей. И правда, женщина, взяв половник, зачерпнула содержимое горшка и вылила в тарелку часть содержимого. Желудок довольно заурчал, почуяв что ему снова привалило..