За спиной

Омер Майк

– Ясно. – Джемма явно испытывала смущение.

– А потом он стал требовать кое-что посложнее. Например, подойти к незнакомым людям, вести себя с ними так, как будто я их сестра, и все это записать на видео. И несколько раз просил меня украсть что-нибудь из магазинов. Конфеты, обувь… Всегда что-то конкретное. А еще потребовал… сняться в голом виде, в том числе на видео. Но у него все равно были мои фотки с «ОнлиФанс», так что я решила, что могу отправить ему все, что он только захочет, лишь бы его утихомирить.

Джемма

не совсем все это поняла – это было ясно по ее лицу. Ну что ж, в то время Пола тоже этого не понимала. Ей потребовались месяцы, чтобы осознать унизительную правду. Этот парень дрессировал ее. Приучал следовать всем его инструкциям, не подвергая их сомнению. Сначала ей казалось, что ее жизнь – это долгая поездка на машине, где она сидит за рулем, а он – лишь пассажир, время от времени подсказывающий ей дорогу. В какой же момент она съехала на обочину и поменялась с ним местами, позволив ему сесть за руль? Пола не знала.

Однажды Пола не выполнила полученные инструкции в точности. Он попросил ее прислать ему видео, на котором она ест гамбургер, но Пола не была голодна, так что отправила видео, на котором она ест тост. На следующий день в садике к ней подошел один из отцов детей ее класса и прошептал, что один приятель прислал ему несколько ее старых фотографий из «ОнлиФанс». Но ей, мол, не о чем беспокоиться. Ее секрет умрет вместе с ним.

После этого она всегда следовала полученным инструкциям. Неукоснительно. До малейших деталей.

Пола не собиралась ничего из этого объяснять Джемме. Все это было и без того достаточно унизительно.

– А потом он попросил меня рассказать детям эту сказку про ведьму Теодору и принцессу Викторию, – сказала Пола. – Мне пришлось выучить ее наизусть и отправить ему запись того, как я рассказываю ее.

Тогда он впервые потребовал от нее что-то сделать в садике. Но это казалось достаточно безобидным. Сказка была ничем не хуже других сказок, которые они рассказывали детям.

– А после этого… – Пола опять судорожно вздохнула. – Он хотел, чтобы я проследила за тем, чтобы Лукас обязательно рассказал эту историю своей матери дома. В частности, было очень важно, чтобы он запомнил имена.

– Он назвал Лукаса по имени? – Джемма стиснула зубы.

– Да, – призналась Пола. – Так что я так и сделала. По правде говоря, я даже не задумывалась об этом. Раньше он просил и о более странных вещах.

– О более странных вещах… с детьми? – спросила Джемма, внутренне содрогнувшись.

– Нет! – Пола пришла в ужас. – Касающихся только меня. Я бы в жизни не сделала ничего, что могло бы навредить детям. Конечно, я рассказала им эту историю, но это была всего лишь сказка. Ничуть не хуже той же «Красной Шапочки», где волк проглатывает бабушку целиком, так ведь?

– Наверное.

– А еще он сказал, что если мать Лукаса придет и начнет

расспрашивать про эту сказку, то я должна сказать вам… то, что только что сказала. Мне пришлось все это выучить наизусть и повторить слово в слово. Он ясно дал понять, что, если я сделаю что-то не так, будут последствия.

Пола оттарабанила столько, сколько смогла. Уже начала забывать текст, когда Джемма прервала ее.

– А еще он прислал мне посылку с этими масками и сказал, чтобы я раздала их детям на Хэллоуин, – добавила Пола. – Директор был просто в восторге от моей инициативы. Я не видела в этом ничего дурного. Почему кого-то должна волновать какая-то маска?

Она все еще понятия не имела, почему Джемма так отреагировала, увидев эту маску. Пола, конечно, осмотрела эти маски, прежде чем раздать их детям, но это были самые обычные дешевые маски для Хэллоуина – не из-за чего было поднимать шум.

– Выходит, ты… ничего не знаешь. О том, почему он обо всем этом просил, – заключила Джемма.

– Не знаю. Я не думала, что есть какая-то причина.

В какой-то момент Пола перестала задумываться о его инструкциях. С какого-то момента казалось проще слепо следовать им.

– То, что там упоминалась Теодора… – не отставала Джемма. – Так ты не знаешь, что это значит?

– Нет. Он просто велел мне сказать все это, а потом сделать вид, будто я этого вообще не говорила – вести себя так, будто все это вам просто почудилось.

– Понятно…

– Только никому об этом не говорите! – умоляюще воскликнула Пола с колотящимся сердцем. – Если он узнает, что я вам все рассказала, то разошлет эти фотографии всем, кто меня знает. Я потеряю работу… А мой парень может… Может… И мой отец…

Последствия были слишком ужасны, чтобы их можно было себе представить. Это буквально уничтожит ее.

– Я никому не скажу, – поспешно заверила ее Джемма. – Можешь показать мне несколько его писем?

– Я всегда удаляю их после того, как выполню изложенные в них требования, но могу переслать вам то, что с тем текстом, который я должна была вам зачитать. Я не была уверена, что запомню его, так что сохранила это письмо, просто чтобы в случае чего освежить память.

– Ладно… Он так и не назвал своего имени, насколько я понимаю?

– Нет. – Пола покачала головой. После стольких месяцев и десятков электронных писем она все еще понятия не имела, кто это такой.

– Этот человек использует какое-нибудь прозвище или что-то в этом роде?

– Нет, ничего.

– Какой у него адрес электронной почты?

– Адрес постоянно меняется. Но каждый раз это просто случайный набор букв и цифр. Обычно такое письмо автоматически отправляется в папку «Спам», поэтому мне приходится каждый день туда заглядывать, чтобы убедиться, что я ничего не пропустила.