За спиной
Шрифт:
– И почему же ты волновалась?
– Это был первый раз, когда я оказалась в торговом центре без присмотра кого-нибудь из взрослых. Мне все время казалось, будто что-то может пойти не так. Но ничего такого не случилось. У меня были карманные деньги, и я подарила Виктории браслет с нашими именами, выгравированными на нем. Она была так рада…
Джемма улыбнулась про себя. Это было странно – чувствовать, как воспоминания одно за другим всплывают у нее в голове, когда она рассказывала эту историю. Джемма не вспоминала тот день больше десяти лет, но он по-прежнему был там, в ее памяти, никуда не девался.
–
Бенджамин гладил ее по волосам, пока она говорила. Раньше Джемма думала, что он напрочь лишен любопытства, потому что никогда ни о чем ее не расспрашивал. И, если по-честному, в глубине души это всегда приводило ее в бешенство. Но теперь Джемма поняла, что он просто слушал ее, не желая перебивать. Он был отличным слушателем.
– Мы всё это выпили, и после нам стало плохо, но в то же время мы были в полном восторге… наверное, из-за всей этой сладости. Потом зашли в магазин одежды и стали мерить всякие наряды, и я купила себе рубашку. Я почувствовала себя такой взрослой… А потом мама Виктории должна была ждать нас на парковке торгового центра. Пока мы ее там искали, начался дождь. Настоящий ливень, так что мы промокли насквозь…
Распахнулась дверь, и в комнату ворвался Лукас.
– Мамочка, мы слепили снеговика!
Он бросился прямо к ней.
– Ничего себе, снеговика? – Джемма встала, чтобы обнять его. – Просто класс. Снимай сапожки.
– Я хотел приделать ему морковку вместо носа, но у нас ее не было, поэтому Ричард сказал, что можно взять камешек.
Говоря это, Лукас расхаживал по комнате, оставляя за собой хлопья грязного тающего снега. Мать Джеммы и Ричард тоже зашли и закрыли за собой дверь. Лица у них раскраснелись от холода. Оба улыбались.
– Так нашли вы камешек для носа? – поинтересовалась Джемма. – Ну снимай же сапожки, зайчик.
– Нашли! И палочки для рук. А потом у меня замерзли руки, и бабушка подула на них, но это не помогло, и она сказала, что нам пора возвращаться домой.
– Мы уже окончательно замерзли, – сказала ее мать. – Честно говоря, не понимаю, как ты живешь тут всю зиму.
– Мы тепло одеваемся. – Бенджамин улыбнулся ей, помогая Лукасу снять ботинки. – И сидим дома.
– Что ж, это все объясняет. – Мать Джеммы удовлетворенно кивнула, как будто Бенджамин только что разгадал для нее какую-то невероятно сложную загадку.
Бенджамин и ее мать моментально нашли общий язык, едва только познакомившись, и этот факт по какой-то причине бесконечно раздражал Джемму. Ей придется поговорить об этом со своим психотерапевтом.
– Мне нужно переодеться, – объявил Ричард. – У меня носки промокли.
– У меня тоже, – сказала мать Джеммы. – Пальцы на ногах совсем окоченели.
Они пошли в комнату для гостей, а Лукас поспешил в ванную, вдруг осознав, что ему срочно нужно в туалет. Джемма едва успела моргнуть, как все трое исчезли, а только что переполненная гостиная опять опустела.
– Пойду-ка начну готовить ужин, – сказал Бенджамин.
– А я помогу Лукасу переодеться, – отозвалась Джемма.
– Но ты же рассказывала мне про тот день. Пошел дождь…
Джемма покачала головой и улыбнулась ему.
– Остальное
Спешить было некуда. У нее имелось целое множество историй из детства, и со временем она могла поделиться всеми из них.
Благодарности
Я писал эту книгу, готовясь переехать со всей своей семьей в другую страну. Нам нужно было подыскать дом и школы для детей, подготовить все наши паспорта, визы и прочее – миллион и одна другая вещь, о которых вы даже не задумываетесь, пока не решаете сменить место жительства.
Эти отвлекающие факторы отнюдь не способствуют творческому процессу, и без моей жены Лиоры он бы окончательно застопорился. Только представьте: она пытается разобраться с нашей медицинской страховкой, а я тут внезапно появляюсь и говорю: «Мне нужно провести мозговой штурм касательно побудительных мотивов Джеммы». И она откладывает все дела, чтобы провести этот мозговой штурм вместе со мной. И только потом решает вопрос с медицинской страховкой. Без нее у этой книги не было бы ни малейшего шанса – как, впрочем, и всегда. Вдобавок это она придумала название для нее.
Моему редактору, Джессике Трайббл Уэллс, черновой вариант романа «очень понравился» – фактически это означало, что у нее имелось три страницы замечаний, по которым я должен был многое исправить, а то и переписать заново. Первоначальный вариант отличался вопиющими недостатками по части темпа и упорядоченности событий сюжета, которые я уже отчаялся исправить. И тогда на помощь мне пришла Джессика, которая и привела все в порядок. А еще она помогла мне с истинной личностью персонажа по прозвищу Теневик – по правде сказать, в самом первом варианте у меня был совсем другой кандидат на эту роль. Никогда не сомневайтесь в том, что великий редактор действительно способен творить чудеса!
Первоначальный вариант рукописи был прочитан еще несколькими людьми, и все они поделились со мной своими замечаниями, которые помогли значительно улучшить роман. Кристин Манкузо, которая иногда выступает в роли моего соавтора в жанре фэнтези и с которой мы регулярно читаем черновые варианты произведений друг друга, предложила внести ряд изменений в образ Джеммы, обогатив его и прибавив ему правдоподобия. А также настояла на внесении существенных изменений в сюжет в первой половине книги. Моя сестра Яэль Омер, а также оба моих родителя тоже прочли черновой вариант рукописи, высказав ряд конкретных замечаний, которые я сразу же учел, придав книге окончательный блеск.
Кевин Смит, мой сюжетный редактор, помог мне сгладить многие перегибы в рукописи, обогатив прошлое персонажей и усилив эффект отвлекающего маневра.
А во всех тонкостях работы косметолога помогла мне разобраться моя свояченица, Ноа Сахар. Любые неточности – моя вина; все, что звучит правдоподобно, – это ее заслуга.
Сара Хершман, мой литагент, отнеслась к этой книге с особым энтузиазмом и всячески подбадривала меня на протяжении всего процесса.
И еще раз спасибо всем моим читателям. Когда пишу, я постоянно думаю о вас. Спасибо, что читаете мои книги, получаете от них удовольствие и присылаете мне столько замечательных электронных писем. Вы – лучшие читатели, о которых можно только мечтать.