За пределом

Веселова Янина

– Ясно, - помрачневший Магнус сунул в протянутую ладонь сразу две монетки.
– Постереги тут, мне с женой пошептаться надо.

***

– Так я и знал, что какая-нибудь гадость приключится, - отбуксировав Надюшку к окну, прошипел Доу.
– Вот же мерзкая баба, дери ее нечистый.

– Она опасна?
– невольно прониклась Надя.

– Любая женщина опасна априори, - хмыкнул этот философ школы кнута, бича и арапника.
– Не стоит их, то есть вас недооценивать. Но конкретно эта об меня зубы обломает.

– Это радует.

– Но ты, моя радость,

должна быть умницей. Внимательно слушай все, что тебе скажут наделенные властью лица, отвечай на поставленные вопросы максимально честно и подробно, будь скромной и добродетельной. Поняла?

– Я попрошу!
– вспыхнула Надежда.
– Ты за кого меня принимаешь?!

– Поняла?
– в голосе Доу отчетливо лязгнули сталью палаческие приспособы.

– Да, - она опустила глаза, скрывая обиду.

– И учти, что все сказанное мной относится только к официальным лицам, но никаким боком не касается членов их семей. Конечно нужно быть вежливой, но себе в убыток делать ничего не стоит. Это касается твоих умений.

– Магнус, - переборов обиду, зашептала Надя на ухо склонившегося к ней мужчины, - Я же только шить, вязать и готовить умею. У меня даже специальность с этим связана. Зачем я кому-то нужна?

– А ты думаешь, что мадам Одетта летающие машины строит? Она как раз по части пожрать, одеться и зарабатывает денежки. И при этом норовит облапошить всякого, присвоив себе его знания и умения. Но самое хреновое в этом, что отдариваться деньгами или милостями эта во всех отношениях выдающаяся женщина не имеет привычки. Более того, она думает, что ей все должны.

– Знаю таких, - Надюшка с удивлением поняла, что стоит, тесно прижавшись к обнимающему мужу, и, вспомнив, что вообще-то оскорблена поведением этого придурка богоданного, поспешила отодвинуться.

– Хорошо, что знаешь, - одобрил Доу.
– Вот и помалкивай больше. Я сам все скажу. Договорились?

– Да.

– Тогда вперед.

***

Общение с главами гильдий, как и предрекал Доу, не заняло много времени. Достойные мужи быстренько убедились, что попавшая в клан палачей змееязыкая красавица никакой практической пользы укреплению алеенской государственности принести не может.

И хотя каждый из присутствующих в комнате мужчин с удовольствием внес бы свою посильную лепту в дело укрепления междумировых связей непосредственно с очаровательной пришелицей, приходилось принимать во внимание недобро улыбающегося ката скалой возвышающегося за ее спиной и закругляться с разговором.

– Ну что ж, - подвел итог беседы лысоватый пузанчик, задумчиво постукивая коротковатыми толстыми пальцами по столешнице, - думаю, что на этом мы можем закончить нашу беседу.

– Желаю вам насладиться всем возможным счастьем на своей новой Родине, - подпустив яда в голос, улыбнулся его сосед и кинул красноречивый взгляд на невозмутимого Магнуса.

– А чтобы вы побыстрее освоились в благословенной Алеене, поговорите с моей родственницей, - снова взял слово пузанчик.
– Она удивительная женщина, щедрая и великодушная. Занимается благотворительностью, поддерживая сироток, оступившихся женщин и… Короче, поговорите.

Коллеги поддержали его понимающими улыбками. Они

вообще больше молчали, практически не вступая в разговор. То не хотели терять достоинства, то ли не видели смысла, а может слишком хорошо знали палачей. Как бы то ни было из дюжины присутствующих человек семь и рта не открыли.

Поняв, что аудиенция закончена, Надюшка поспешила покинуть высокое собрание и, наскоро сделав книксен государственным мужам, следом за супругом выскользнула в коридор.

***

– Освободились уже?
– давешний пацан нервно пританцовывал под дверями.
– Это хорошо, а то мадам Одетта уже два раза о вас справлялась. Вернее о супруге вашей, мэтр.

– Ясно, - посмурнел Доу.

– Так я провожу пришедшую?
– заискивающе поинтересовался парень.
– На приватную встречу.

– Это ратуша или бардак?
– мягко поинтересовался Магнус. От интонации его голоса поплохело и Надюшке, и пацаненку.

– А я че? Я ниче, - проявил понимание мелкий и приглашающе махнул ручкой, дескать, прошу.

Магнус невозмутимо подал жене руку и направился в указанном направлении. ' Ничего не понимаю, - стараясь идти в ногу с Доу, думала Надя. Скакать за ним вприпрыжку надоело.
– Зачем разводить такую бодягу? Можно же было…'

Додумать она не успела, как и понять, что происходит. Просто в какой-то момент распахнулась одна из дверей, и в коридор буквально вынесло женщину, вернее девушку. И быть бы столкновению, если бы Доу не успел отшатнуться в сторону и дернуть Надюшку на себя, заключая ее в объятия.

– Я велела подать кофе с кардамоном, черным перцем и двумя ложками каштанового меда!
– на пороге комнаты показалась массивная женская фигура.
– А ты, кобыла, приперла кружку какой-то бурды с молоком и сахаром!

В несчастную полетела чашка с блюдцем.

– Но вы говорили… -собирая с пола осколки разбитой посуды, надумала оправдываться дуреха.

– Молчать!

– Но, мадам Одетта…

– Не возражать!

Замерев в надежных объятиях Магнуса, Надюшка с интересом разглядывала мадам Одетту. Что сказать, на нежную лебедь она никоим образом не походила. Скорее на бегемота. На карликового гиппопотама. Надя как-то раз видела такого в цирке. Он и правда был небольшим блестящим словно лакированным черным и очень-очень злым. Бегемот бегал по арене, то и дело норовя перепрыгнуть бортик и кинуться на зрителей. Вот и эта тетка была такой же злобной, ужасно активной и упертой.

' А может зря я на эту мадам наговариваю?
– чувствуя, как потерявший всякий стыд Магнус притирается поплотнее, задумчиво прикусила нижнюю губу Надюшка.
– Вон тетя Лида в прошлом году в дядю Женю чашкой запустила? Запустила. И ничего страшного. Прямо при всех метнула. И ведь попала. И при том она добрейшая женщина просто темпераментная и неудовлетворенная. Может и эта такая же? Толстячок Зигфрид видно никак не может подыскать перезрелой сестрице супруга. Нету похоже смелых мужчин в королевстве алеенском. А ведь по ней укротитель плачет. Один из тех, что работают с крупными хищниками. И чтоб в постели сам как зверь. А то из-за недотраха эта мадам имеет всех окружающих. Морально. Типа церебральный секс.'