За пределом
Шрифт:
Но проверить это было очень просто — хватаешь пачку, одним пальцем раздвигаешь купюры, чтоб посмотреть, есть ли внутри полость или нет.
Но проверять двадцать миллионов… Это получается в одном миллионе сто пачек. В десяти их будет тысяча, а у нас вообще двадцать миллионов. Никакого времени не хватит всё проверить. Поэтому мы просто сгребали со стола деньги прямо в сумки, действуя на глаз. Каждому должно достаться по три миллиона примерно — триста пачек.
— Сумки готовы! — крикнул Алекс.
— Да! Тоже! Забирайте их, оставляйте
Лом подскочил ко мне, подхватил мою сумку и бросился вместе с Алексом к чёрному выходу. Я же начал сбрасывать в три оставшиеся остальные деньги. Как раз к тому моменту, как они вернулись, те были уже загружены.
— Спустись вниз, включи микроволновку, пока есть время! Нас уже спалили, так что не страшно! — хлопнул я по плечу Алекса, который вернулся за сумками, перекрикивая визг дрели.
— Да! — крикнул тот и убежал.
В этот же момент раздался голос Сирени.
— Три минуты, парни, нас засекли, пора валить, я прямо напротив чёрного входа. У вас ещё три минуты.
И тут же голос Малу.
— Вы слышали, парни! Пошевеливайтесь!
К этому моменту мы уже закончили, и если бы не ячейка, то можно было бы смело убегать.
— Долго ещё!? — крикнул я почти в ухо Хрычу, который, весь красный, сейчас просверливал замок. Искры летели во все стороны, словно от бенгальских огней.
— Сейчас, пара секунд, и всё будет! Ещё пара… — в этот момент дрель взвыла и словно слегка ушла внутрь. — Готово!
— Отлично! Собирай вещи и уходи к чёрному!
Ячейка представляла из себя самую обычную ячейку для хранения ценностей. Небольшая дверца, за которой скрывался выдвижной ящик, который, собственно, я сразу и вытащил.
— Малу, есть ячейка!
— Отлично, что там?!
— Там… — положил на стол и раскрыл металлический ящик, — флэшка.
— И всё?
— Да, — ящик был действительно пустой. Только флэшка, притом самая обычная.
— Отлично, забирай и залей всё!
— Понял!
Я схватил канистры и быстро начал заливать всё хлоркой. Ячейку, столы и полки, где были деньги, ящик из ячейки, решётку, которую мы пилили, и пол около неё, после чего отбросил бутылки и выскочил из хранилища. Здесь, в холле, продолжал стоять Малу, водя автоматом из стороны в сторону и оглядываясь.
— Готово!
— Отлично! — кивнул он. — Уходим!
Мы вдвоём бросились к помещениям персонала. Выскочили в коридор, где, пройдя по нему и свернув налево, вышли к уже распахнутой двери. На улице было солнечно, из-за чего дверь на улицу выглядела словно выход в рай. Выскочив под солнечный свет, я даже невольно зажмурился.
Напротив нас уже стоял семейный микрик, из которого выглядывал Алекс.
— Малу! Лови! — он бросил ему фальшфейер, который тот поймал, зажёг и забросил в машину, на которой мы приехали. Едва фальшфейер туда залетел, как тут же вспыхнуло пламя. Где-то там, в городе, уже слышались сирены, которые неумолимо приближались к нам практически со
Я запрыгнул на переднее рядом с Сиренью. Малу залетел следом на пассажирское позади меня.
— ГАЗУ!!! — рявкнул он.
— Да поняла уже! — рявкнула она в ответ и втопила газа.
Машина, взвизгнув покрышками, дёрнулась вперёд, быстро разгоняясь. Мы мчались по узкому проулку, стены домов, мусорные баки, ступеньки и двери проносились мимо нас на огромной скорости. Казалось, что мы гоним на всех двухстах километрах в час.
— Так, теперь на запасной тачке. Едем так, словно всё окей, ясно?
— Да, я поняла.
Перед выездом из проулка она резко дала по тормозам и уже куда медленнее выехала на дорогу, встраиваясь в поток машин. Словно законопослушный гражданин. И всё бы ничего, если бы…
— Ох ебать … — выдохнул Лом.
…мы не сделали это прямо перед полицейской машиной, которая, визжа покрышка и заливая округу сереной, заскочила в проулок, из которого мы выехали.
Мы все, за исключением Сирени, обернулись назад.
— Он нас заметил? — спросил у нас Алекс.
— Вроде нет, он же не выехал обратно, верно? — заметил Хрыч.
— Вроде… — начал было Малу.
Но чудо не произошло. Не прошло и десяти секунд, как полицейская машина задним ходом буквально вылетела из проулка. И одновременно с этим ехавшая навстречу патрульная машина резко затормозила и свернула прямо к нам.
— Блять! — только и пискнула Сирень, резко выкрутив руль в бок.
Машина подпрыгнула, и мы выскочили на тротуар, едва не сбив какую-то парочку, объезжая машину. И практически сразу нас вжало в сидения — Сирень буквально утопила газ в пол.
— А нет, заметили, — выдохнул я немного обречённо.
Сидя на переднем пассажирском, хочу сказать, я чувствовал себя не очень уютно. Ощущение как на американских горках, за исключением того, что там шансов разбиться куда меньше.
Не сильно церемонясь, Сирень выскочила на разделительную полосу и помчалась между потоками машин. На такой скорости на узкой дороге всё проносилось мимо нас, сливаясь в одну кучу, будто декорации, которые очень быстро несутся нам навстречу. Позади за нами неслись патрульные машины, и пока мы мчались между полосами, их из двух стало сразу четыре, словно они отпочковывались друг от друга.
На одном из участков Сирень резко дала по тормозам, от чего я чуть не поцеловал панель перед собой, резко крутанула руль, и мы в заносе свернули на узкую улочку, зацепив и разбросав по пути мусорные баки. Каким чудом мы сюда поместились, одному богу и Сирени известно. Но и полицейские машины смогли за нами протиснуться.
И теперь машина мчалась по узкой улочке, где едва-едва помещалась наш машина, тараня мусорные баки и картонные коробки. Мы буквально подлетали на неровностях, от чего все буквально бились головой о потолок. Машина от таких прыжков цепляла днищем землю, выбивая снопы искр.