За кулисами

Лётная Марина

Я проследовал в центр зала, просачиваясь между людей и разложенных кресел в сторону шепчущихся танцоров во главе с русоволосой девушкой. Моему взору открылось множество сумок, которые танцоры сначала принялись укладывать под сидения, но скрип двери заставил их испуганно всполошиться. Мгновением позже толпа быстро потеряла интерес к входной зоне, когда в зал проследовал очередной артист труппы.

– Тихо! Лучше в заброшенную гримёрку, - танцоры быстро подхватили свой загадочный клад, унося свёртки в сторону выхода за сцену. Один из пакетов, проплывающих мимо меня, недвусмысленно загремел, выдавая владельца нескольких стеклянных бутылок, судя по размерам, крепкого алкоголя.

На происходящее стал проливаться свет. Я скептически проводил взглядом

соучастников грядущей пьянки в сторону гримёрок, терпеливо дожидаясь, когда вокруг Мишель спадёт ажиотаж. Девушка выглядела довольно весёлой, раздавала что-то своим знакомым и мило перешёптывалась, даря театральным подружкам добродушные улыбки. Мне хотелось верить в то, что девушка простила мне гадкую выходку и не вспоминает об этом каждый раз при встрече со мной, как это делаю я… От одного взгляда на неё я как будто сам себе не мог этого простить.

– Привет, лапуля, - осторожно обратившись к Мишель, я едва коснулся её холодного плечика, укутанного в вязаный свитер, неловко обращая на себя внимание. Девушка настороженно обернулась, неохотно закончив разговор со знакомой из массовки, быстро оставившей нас наедине.

– А, это ты… Привет, - Мишель едва ласково и сдержано улыбнулась, тут же опустив взгляд в шуршащий под её ищущими движениями пакет. Я не мог не рассмотреть румянец, залёгший на скулах от уличного холода, нетерпеливо изучая нежное лицо и шею, в которые угождали месяц назад мои поцелуи. Что же там такое… Она сосредоточенно искала что-то конкретное в мешке.
– Держи, Брэндон.

В моих руках оказалась дешёвая чёрная маска супергероя на тонкой резинке, и я не удержал смешок, подняв взгляд на артистов у сцены, натягивающих с энтузиазмом картонки на свои лица. Герои мультиков, животные, ведьмы и гномы.

– Очень мило, - я недоумевающе, но искренне радостно принял её сувенир, как если бы это было приглашение на сегодняшнюю вечеринку за кулисами в отсутствие хореографов. Так же всё было спланировано? Макарти за порог по своим неотложным делам, а массовка с артистами за пластиковые стаканы, припасённые в одной из её раскрытых сумок.
– Спасибо.

– Оставайся сегодня после репетиции… Тоже, - Мишель сдержанно и с едва уловимой ноткой кислого сожаления улыбнулась, а потом забрала кое-какие вещи и собиралась двинуться в гримёрки, но я никак не мог насладиться её практически свободным со мной диалогом.

– Хорошо. А какую себе оставила?
– Танцовщица растерянно замерла с сумками в руках, поворачиваясь медленно в мою сторону и не понимая, о чём я спрашиваю. Я подошёл поближе, занырнув рукой в один из её пакетов, и нащупал парочку оставшихся атрибутов сегодняшнего вечера. Пара кошачих ушей, ведьменский крюкообразный нос, несколько масок… - Возьми эту, тебе подойдёт.
– Не дожидаясь ответа, я натянул ей на голову резинку с зелёной маской, и постарался улыбнуться как можно более непринуждённо.

Разве ли это не забавно - два солиста труппы в образе летучей мыши и его верного помощника?

Девушка в очередной раз натянула добродушное выражение лица, оставляя практически без внимания мою безобидную шутку, и стремительно направилась вниз по пролёту. Только что-то невыразимо постылое будто захрустело от плотно сомкнутых челюстей, как если горсть раздавленного стекла. Эта выходка обошлась мне ценой проскрипевшей обидой женской благородности: я опешил от промелькнувшей злобы, растерянно замерев у пустых кресел. Наверное, мне не стоило так делать…

Сегодня предстояло внедрить в наши номера взаимодействие с передвижными лестницами, трансформирующимся в водопад замком, начать ставить переходы между некоторыми склеенными выходами. Полный состав со всеми главными, второстепенными ролями, массовкой и спецгруппой; Макарти, Жак и ещё несколько хореографов, с которыми я пересекался, наверное, только единожды… Пожалуй, я видел всё это действо одновременно и вместе первый раз, а под налётом хэллоуинской праздничной атмосферы, масок, громких разговоров и припрятанного алкоголя в излюбленной мной заброшенной гримерке рабочий процесс ещё

больше походил на неорганизованный базар. Тем не менее, Крэгу всегда удавалось контролировать ход репетиции и влиять на положительный результат: в назначенное время мы все столпились у подмостков, наблюдая, как на сцену выкатывают трехэтажный передвижной постамент, декорированный под неприступный тяжеловесный замок. Спецгруппа показала нам, как устроены створки, трансформирующие башню дворца в широкую лестницу, а затем отвернули её лицевую часть в задние кулисы, демонстрируя неровную скалистую поверхность, изображающую отвесную гору. При помощи света на неё проецировалась картинка журчащего ниспадающего потока воды: всё это производило удивительное впечатление от существующих ныне технологий и фантазии нашего режиссёра.

– Обозначим начальной и финальной точками сцены с первым выходом принца и его свиты, затем танец Брэндона и Изабель. Тут всё ясно. Пока работаем без света и дыма, но покажите мне сам переход между номерами, - нас наверняка ожидало несколько дублей, пока пытливый наставник наконец не добьётся идеала из представленной им картинки.
– Затем от и до я хочу увидеть массовый танец подданных. Сегодня я подумаю, как его подвязать к сольнику принца и служанки. И после массовки сразу идёт выход Мишель, как мы и планировали: оставим время на затемнение, на снятие верхнего слоя тюлей с платья, и в этот момент прошу быть внимательными спецгруппу. Здесь идёт первая смена передвижных декораций. Из первого положения сразу же в третье, в водопад, - коллектив внимательно слушал Крэга, среди них и Мишель, поглощённая рабочим процессом, кусала нижнюю губу, вдумчиво рассматривая наставника. Я невольно теперь наблюдал за каждым проявлением её эмоций, пытаясь изучить мимику или укрепить свои приторные воспоминания новыми деталями.
– Нужно начать трансформировать замок как только задний план будет затемнён, Мишель в этот момент отыгрывает актёркой перенос в воспоминаниях. Не забудь пожалуйста сегодня оставить достаточно времени спецгруппе, заодно проверим, сколько уйдёт на это секунд. Далее идёт номер Мишель и Карлоса, и завершаем его аналогичным приёмом, где Мишель стоит у края сцены, закрывая лицо руками. Спецгруппа помогает ей вернуть верхние слои тюли, приводя её в первоначальный облик, и, внимание, все участники массовки помогают сложить водопад обратно в замок. На затемнение уходит буквально несколько секунд. Возвращаемся в точку перед массовым танцем. И… На данную минуту пока что всё, далее ориентируемся по факту. И ещё один очень важный момент: попрошу никого не расходиться, не разбредаться в туалет, не кушать, не курить, а ожидать терпеливо своей очереди за кулисами. Если кого-то не окажется в нужный момент на сцене — уволю сразу.

Крэг увенчал свою речь угрожающим и в то же время шутливым жестом, проведя большим пальцем по шее, а затем торопливо захлопал, подгоняя труппу зайти за кулисы, чтобы быстрее приступить к работе. Озвученный план выглядел не так объёмно, как обычно в будние дни, даже бедно: или же мне так только казалось, ведь никогда не знаешь, на чём застопорится репетиция, когда как её ход зависит от множества людей и факторов. Но я почему-то подумал, что Крэг собирался отпустить коллектив раньше положенного времени в честь праздника.

Действие постановки начиналось сразу же с моего присутствия на сцене. В её середине уже разместили трон, украшенный переливающимся серым шифоном и громоздкими многогранными камнями, вставленными в золотые перилла королевского кресла. Вместе с этим вдоль крайних кулис появились высокие фигурные канделябры в каком-то постмодернистском чудаковатом стиле, а остальное дело оставалось за проецируемыми на заднюю кулису изображениями резных колонн и пышных складок богатых сиреневых тюлей. Но сегодня мы работали без световых эффектов, поэтому отсутствие вспомогательных элементов единой картинки могли здорово оголить огрехи плохой игры перед Макарти. Последний день октября - как будто в театре горела отчётность, ведь Крэг снова напрашивался на моё нелюбимое для него прозвище нудилы.