Z — значит Зельда
Шрифт:
— Не бывает слишком много праздников — слышала о таком афоризме? — настаивал Скотт. — Кажется, это сказал Бен Франклин… или Мэри Пикфорд? — Он подмигнул. — Купи что-нибудь головокружительно шикарное. Пусть все оборачиваются, когда ты проходишь мимо.
— У меня есть хорошие наряды, которые я еще ни разу не надевала.
— Ты же не откажешься от возможности отправиться за покупками? Давай. — Он хлопнул меня по заду. — Мне нужно переписать пару глав — обещал выслать их Максу. А потом у меня обед с ребятами. Я буду занят весь день.
Ему нравилось хвастаться мной, а мне нравилось быть
— Будь по-твоему, — вздохнула я.
Моей первой остановкой был маленький бутик на Пятой авеню, который упоминала подруга Скотта Мари Херси, когда гостила у нас неделей раньше. «Парижские туалеты для богатых американцев» — вот как Мари описала товар в магазине и подмигнула Скотту, с которым была знакома еще в детстве в Сент-Поле. — Твоя невеста заслуживает только лучшего, ты сам говорил, — добавила она.
В бутике на вешалках красовались всевозможные роскошные и вычурные туалеты. Тончайшее белье, отделанное кружевом или мехом, шикарные бархатные накидки, тяжелые шелковые костюмы с вышивкой, пряжками и бантами, меха — от узких пелерин до длинных шуб — горностаевые, норковые, кроличьи, беличьи, лисьи. Я и не подозревала, что хочу носить меха, пока не переступила порог этого магазина.
Разглядывая товары, я поглаживала горностаевую накидку. В Монтгомери не было ничего похожего.
Я подумала: «Мои подруги, наверное, дорого заплатили бы, чтобы оказаться сейчас здесь со мной».
Я скучала по потерянному раю Монтгомери, но лакомые кусочки, которые получала за эти полгода, с лихвой компенсировали утраченное. И здесь, на вешалке у стены, я заметила, наверное, самый лакомый кусочек из всех: платье, подобного которому раньше не видела. Черное, без рукавов, очень простого кроя — прямое, чуть зауженное на талии. Самым замечательным в нем была отделка. По воротнику бежала узкая полоса серебристых пайеток, а с правого плеча до самого подола спускалась россыпь серебристого бисера, образующего изысканные растительные узоры.
Ко мне подошла высокая, стройная продавщица с безупречным макияжем.
— Восхитительное платье, не правда ли? И из самого лучшего шелка. Но постойте, — добавила она, — сейчас вы просто упадете в обморок.
Она сняла платье с вешалки и развернула. Спину прикрывала только дымчатого цвета органза, тонкая, почти невидимая — сквозь нее просвечивал глубокий V-образный вырез, отороченный блестками и тянущийся почти до самого копчика. Там она сливалась с черным шелком юбки, сзади также украшенной цветочным узором.
— Отец бы меня выпорол, — ужаснулась я.
— Оно идеально подойдет к вашей фигуре. Обязательно примерьте! Писк моды прямо из Парижа. Дизайн Пату — невероятно сексуально, как и сами парижанки. Ему в самом деле нет равных.
Я взяла платье у нее из рук:
— Упрашивать меня не придется.
Десять минут спустя платье запаковали и выслали в нашу квартиру, а я отправилась в парикмахерскую.
— Чем можем служить вам сегодня, миссис Фицджеральд? — спросила девушка за стойкой, когда я вошла.
Я вытащила из сумочки лист бумаги и положила на стойку.
— Жизнь должна подражать искусству, не находите?
Девушка посмотрела на заголовок — название майского рассказа для «Пост» — «Волосы Вероники».
— Полностью
— Тогда за дело, пока я не утратила решимость. Сколько нужно здесь прожить, чтобы перестать чувствовать, что с каждым шагом совершаешь преступление?
Я вернулась раньше Скотта. Уже лежа в ванной, я услышала, как хлопнула входная дверь. Скотт мурлыкал себе под нос что-то не слишком веселое, но уже то, что он вообще напевал, было хорошим знаком.
— Что тебя задержало? — спросила я.
— Ох, сама понимаешь. Дела.
— Не заходи сюда. У меня для тебя сюрприз. О, и я заказала легкий ужин в «Плазе». Что-то с картошкой и свеклой. Я проголодалась. Потом можем перекусить, если захочешь.
— Плещешься? — спросил он из-за двери.
— Не заходи! Я не шучу!
— Ну хорошо. Тогда я тоже не расскажу тебе, что у меня за сюрприз.
— Сюрприз? — встрепенулась я.
Он рассмеялся.
Я вылезла из ванны, вытерлась и не спеша нанесла крем для тела с запахом сирени, купленный в салоне, где, помимо прически-боб, мне сделали мой первый настоящий маникюр. Темно-красный лак, на который меня уговорили, все еще потрясал, хотя и не так сильно, как новая прическа, но он должен был смотреться сногсшибательно в сочетании с губной помадой того же оттенка.
Я накрасилась, уделив, по совету девушки в салоне, особое внимание подводке для глаз. Легкий штрих румянами, немного пудры, тушь, помада.
«Богиня», — подумала я, созерцая конечный результат.
— Какой сюрприз? — снова попытала счастья я.
— Боюсь, я тебя не слышу, дорогая. Этот лед, — Скотт потряс стаканом, — гремит ужасно.
— Ты злодей, Скотт Фицджеральд, так и знай, — заявила я и покорно приготовилась ждать.
Следующий этап — иссиня-черные чулки с кружевным верхом и новые подвязки. Никакого другого белья это платье не предполагало. Я искренне порадовалась, что у меня маленькая грудь, не требующая поддержки. Но перспектива показаться на публике даже без рубашки под платьем приводила меня в страшное замешательство. Это одновременно пугало и возбуждало.
«Эти парижанки такие смелые», — подумала я.
Что ж, я тоже смелая. По-нью-йоркски, даже по-парижски смелая, и я собиралась это доказать.
Я надела платье, еще раз посмотрела в зеркало, скользнула в новые черные туфли на каблуке и распахнула дверь.
Скотт сидел за письменным столом. Когда он посмотрел на меня, я медленно покрутилась на месте. Он уставился на новую, коротко остриженную и сияющую бисером парижскую версию своей жены, и тихо присвистнул.
— Безупречно, — таков был его вердикт.
Джордж ждал нас в такси с опущенным окном. Увидев меня, он присвистнул в точности как Скотт.
— Ох, куколка, что же с тобой сотворил Нью-Йорк!
— Не забывай, она все еще замужем, — буркнул Скотт, помогая мне сесть в такси и забираясь следом.
— Если тебе есть что сказать, начинай сейчас, — отозвался Джордж.
— И вы еще не видели спину, — сообщила я ему, наклоняясь вперед и позволяя бархатной накидке соскользнуть с плеч.
— Фитц, — обратился к Скопу Джордж, — где тебя можно высадить?