Ювенотерапия
Шрифт:
После презентации испанцы чуть ли не прыгали до потолка – снова симметрично, разумеется. Родионов пообещал купить небольшую партию их лазеров, так что завтрашним переговорам быть. Попрощавшись, мы оставили их и толпой вышли в холл.
– Коллеги, всем спасибо, – важный начальник Денис развернулся к нам, и остальные обступили его, оставив меня позади, – Встречаемся завтра в девять утра на этом же месте, а до того времени вы свободны. Можете прогуляться по городу или поужинать здесь, в отеле – в таком случае счет на мое имя.
Я вспомнила, как поехала тогда с Ириной на конференцию и как она платила за меня в кафе, потому что наличку я с собой не взяла, а карта работать перестала
– А с тобой мы не прощаемся, – Денис взял меня под локоть, когда я двинулась вслед за его сотрудниками, – Пойдем.
И повел меня на крышу.
Там оказалась уютная терраса, название которой обещает сладкую жизнь. Еще бы – с таким-то видом и бассейном, пусть и небольшим! Будь воздух градусов на пять теплее – я бы с удовольствием там поплескалась. Ноги-то помочить могу и сейчас; никогда колготки не любила, а потому и сегодня пренебрегла ими несмотря на предписания этикета. Но как представила, что потом влага будет испаряться с кожи, отбирая у нее тепло – и сразу перехотела. Солнце ведь уже садится, и становится довольно прохладно. Платье хоть и на подкладке, но я быстро в нем замерзну, если буду сидеть недвижно. А Денис вообще в одной рубашке. Чем думал, когда оставил пиджак в номере? Заметив, впрочем, что я потихоньку начинаю съеживаться от холода, он попросил для нас пледы.
– Зачем я тут? – не знаю, как понятнее сформулировать свой вопрос, поэтому надеюсь, что этого окажется достаточно, для того чтобы развязать ему язык.
– Я же сказал, ты мне нравишься, – сам тон его словно говорил, что увозить девушку в рабочую командировку в таких обстоятельствах – что-то настолько само собой разумеющееся, что и спрашивать об этом до неприличия глупо.
– Это я уже слышала. Но ты мог просто пригласить куда-нибудь в Москве, зачем все усложнять?
– Ты бы согласилась?
– Наверное. Не знаю.
– Я как-то услышал, что ты танцуешь только ради танца. Ты бы не пошла со мной на свидание, пригласи я тебя на вечеринке.
Вот как он умудрился? Последний раз я это обсуждала месяца два назад – мы тогда небольшим кружком болтали возле бара. Хотя подслушать можно было запросто, конечно. А если учесть, что я и знакомых-то с трудом в толпе различаю, неудивительно, что не заметила тогда Дениса. Но… Он с тех пор за мной следит, получается?
– А с коллегой, по-твоему, пошла бы? – резковато спросила я, потому что нельзя думать, что в сердечных делах статус коллеги или даже заказчика может иметь преимущества перед статусом партнера по танцам. Пусть он и прав: я всегда отказывалась от приглашений перенести приятное знакомство с танцпола в более располагающее к общению место. Но вдруг бы мне захотелось сделать для него исключение?
– Мы в Барселоне, в уютном ресторанчике. Вид красивый, музыка тоже… Признай, мой план сработал.
– Но это не свидание!
– Свидание.
– Денис, можно было как-то иначе.
– Нет. Я хочу переманить тебя в «Родио Тек», но это мы обсудим потом. Просто хотел, чтобы ты начала погружаться в тему.
– Этого точно не будет.
– Посмотрим, – пожал плечами Денис, – Ты уже выбрала что-нибудь?
Невыносим, он просто невыносим. Я сделала дежурный заказ – салат с мясом и вино, – и отвела взгляд в сторону. Город начал тонуть
– О чем думаешь?
Есть мысль поязвить, конечно, но в конце концов он старается мне понравиться – как умеет, так и старается. Привыкла я ценить старания других, выйдет мне это боком.
– О том, что всю жизнь мечтала здесь оказаться. Думала, подкоплю денег и съезжу. Потому что Саграда Фамилия – это то, что нужно увидеть, прежде чем соберешься умирать.
– Но так и не съездила?
– Так и не съездила, – кивнула я с едва заметной для самой себя усмешкой, впервые в жизни задумавшись о своей расточительности. Я ведь на столькое могла бы уже накопить, если бы не сиюминутные траты! – Но отсюда храм видно даже слепне вроде меня, можно спокойно умирать.
Губы Дениса впервые за весь день растянулись в приятной улыбке.
– Куда еще хочешь?
– Альгамбру еще хочу посмотреть. От нее захватывает дух, и не только из-за колоритной архитектуры, мне кажется. То место пропитано кровью и страстью – это всегда красиво, хоть и пугает.
– Я не задумывался над подобным. Но ты ее посмотришь.
– Ну, ты вообще ни над чем не задумываешься, мы это уже выяснили, – отшутилась я. Не люблю, когда обещают то, что никогда не сбудется. А это точно не сбудется, почему-то я знаю, – Денис, спасибо тебе за эту поездку.
– Тебе спасибо, что сильно не упиралась.
– О, за это Давида благодари. Будь моя воля, я бы не поехала.
– Правда?
– Да. Ты застал меня врасплох. О том, что я тебе могу понравиться, я не думала. А как переводчик я такое не тяну, мне письменный перевод ближе. Я бы отказалась.
– Ты бы справилась, мне кажется, – заметил Родионов, и не похоже, чтобы он льстил. Он правда верит в мои способности? Смешной.
– Нет. И думать об этом сначала не хотелось, а потом уже все само решилось.
– Иногда поплыть по течению – самое лучшее решение, – Денис взялся за бокал, и это прозвучало как тост. Пригубив вино, он поставил бокал на место и принялся резать свою отбивную.
– Главное осознанно выбирать, в какую сторону плыть, – сказала я, чтобы хоть что-то ответить, – Понимать, хочешь ли плыть по течению или позарез нужно в обратном направлении.
На самом деле я слегка слукавила. Не всегда отчетливо вырисовывается момент, когда нужно сделать этот выбор. Первые впечатления бывают и обманчивы, принятые в спешке решения зачастую ошибочны; в кизомбе это так явно проявляется, как нигде больше. И тогда доверять внутреннему голосу гораздо правильнее, чем сознанию – только он порой может привести тебя к чему-то ценному. Случалось ведь раньше, что я хотела сбежать в первую секунду после того, как вставала в пару, а потом мечтала, чтобы танец длился бесконечно, и радовалась, что не прислушалась к тому рациональному, что велело мне давать деру. Когда мужчина сразу пугает своей напористостью, ничего хорошего не ждешь. Но постепенно он завоевывает твое доверие – и вот ты уже закрываешь глаза и позволяешь рисовать ваш танец. Словно листок, подхваченный бурлящим потоком, ты подчиняешься стихии. И следуешь за ней. Все как в жизни.