Ярость мщения
Шрифт:
Орри издал глухой рокот. Два других червя согласились с ним.
Джейсон опустил руки и заговорил уже доверительным тоном: – Я сказал это, чтобы не осталось сомнений. Что бы ни случилось сегодня ночью внутри круга, не покидайте его. Как только празднование начнется, никто больше не войдет и не выйдет. Круг священен. Его нельзя нарушать,. Новые боги защищают не нас – круг. Они убьют каждого, кто выйдет из круга света. Таково их условие. Мы тоже условимся – не нарушать их условия.
Если вы нарушите целостность нашей с вами Вселенной, то разрушите
Вступая в круг, вы вступаете в пространство радости и абсолютной правды. Вступая в этот круг, вы перешагиваете границу Вселенной, оглянувшись, вы можете увидеть ее. Вот что мы собираемся совершить сегодня.
Этот круг священен, потому что мы так решили. Вступая, вы должны все обыденное оставить позади. Вы должны настроиться на сверхуровень. Вы должны стремиться так прожить эту ночь, словно она последняя. Люди умирают на празднике Откровения.
Стремиться жить на пороге смерти и означает достичь сверхуровня.
Если вы не хотите умереть, не входите в круг.
В том, будете вы участвовать или не будете, нет ни хорошего, ни плохого, ни правильного, ни неправильного. Это – дар судьбы, наш шанс. Если не хотите нести ответственность за себя и за свое участие, не вступайте в круг.
Если вас не устраивает присутствие здесь, не насилуйте себя – уйдите. Сейчас подходящий момент для этого.
Он замолк, выжидая. Мы тоже ждали, оглядываясь друг на друга.
– В том, что вы уйдете, нет ничего плохого, – увещевал Джейсон. – Присмотритесь к себе, есть ли у вас повод праздновать сегодня?
Я засомневался.
Один из стариков резко повернулся и пошел прочь. Спустя мгновение за ним последовала расстроенная женщина. Сделав несколько шагов, они остановились и оглянулись.
Джейсон ободряюще кивнул им и обратился к нам: – Я знаю, кое-кто сейчас раздумывает, не должен ли он тоже уйти. Я не требую абсолютной уверенности. Я только прошу хотеть. Итак, если вы хотите остаться, оставайтесь и участвуйте. – Именно это мне и требовалось. Тем временем Джейсон продолжал: – Но учтите: войдя в круг, вы должны оставаться в нем до самого конца Откровения. Уйти посередине нельзя.
Было страшно, но я хотел. И решил остаться.
Из толпы вышли еще три человека и присоединились к стоявшим поодаль. Толпа расступилась, чтобы они и Джейсон – видели друг друга.
– Благодарю вас за честность, – сказал им Джейсон. – Я уважаю и люблю вас за вашу храбрость. Нужна большая смелость, чтобы отказаться от Откровения. В будущем вы можете присоединиться к нашим праздникам в любой момент, А теперь идите и оставайтесь в своих постелях до утра. Ради собственной безопасности не выходите из комнат сегодня ночью.
Они
Его голос слышали все оставшиеся.
Он спросил: – Многим из вас страшно?
Вместе с откликнувшимися поднял руку и я.
– Благодарю вас. Многие сердятся? Поднялись другие руки.
– Спасибо. Многим не терпится начать? – Он обвел нас взглядом, стараясь охватить всю картину. Он был прекрасен. – Благодарю вас. Должен сообщить, что все это было частью процесса, который нельзя завершить, не пройдя все его стадии. Таким образом, что бы ни испытывали вы сейчас – это то, что вы должны испытывать.
Он шагнул к границе круга. Вот оно, началось.
– Я вступаю в священный круг. Я хочу быть источником всего сущего. Я заявляю, что готов войти. Кто-нибудь против?
Таких не оказалось.
– Спасибо.
Он снял ботинки, расстегнул рубашку и отбросил ее в сторону.
– Все, с чем вы себя отождествляете, оставьте за пределами круга, – предупредил он. – Потому что правда – это не то, что вы думаете. Вы – это не ваше имя, не ваша одежда, не ваши мысли, не ваше тело. Вы – ощущение этих вещей, но не сами вещи. Поэтому оставьте все то, что вызывает у вас какие-нибудь ощущения.
Он переступил через упавшие шорты. У него было прекрасное тело. От оранжевого пламени факелов по коже пробегали блики. В их дымном свете казалось, что Джейсон светится. Высокий и подтянутый, с перекатывающимися под шелковистой кожей мышцами, он вошел в круг и застыл посреди кольца из факелов подобно ангелу-хранителю. Пламя производило странный эффект – Джейсон выглядел почти таким же розовым, как Орри. И даже слегка мохнатым – словно с головы до ног был покрыт нежным розовым пухом.
Его улыбка была заразительной. Я влюбился в него, В который уже раз.
– Идите-ка сюда, – пригласил он. – Просветление великолепно.
Напряжение разрядилось. Мы засмеялись.
– Ну, ну, давайте, – звал Джейсон, – Кто хочет войти? Вперед шагнула Джесси: – Я.
Джейсон повернулся лицом к ней и тихо спросил: – Все ли дела ты завершила в физическом мире? Джесси на мгновение задумалась, потом сказала: – Нет, не все.
– Что еще связывает тебя с ним?
– Мне не удалось заготовить достаточно еды для новых богов, чтобы хватило до конца недели.
Джейсон понимающе кивнул..
– Пусть все останется как есть? Независимо от того, что может последовать?
Джесси кивнула.
– Тогда можешь войти.
Джесси скинула одежду и вошла в круг. Он обнял и поцеловал ее.
Следующим оказалось чудовище Франкенштейна. Его силуэт угрожающе навис над Джейсоном.
Джейсон проэкзаменовал его так же, как Джесси.
– Все ли ты завершил?
Каждый желающий участвовать в Откровении должен был чувствовать абсолютную свободу. Джейсон спрашивал, оборвал ли он все свои прежние связи, выполнил ли все свои обязанности, перестал ли сожалеть о прошлом.