Ярость мщения
Шрифт:
Джейсон пошарил у себя за спиной и отломил кусок гамбургера. Скатал из мяса шарик и положил его перед детенышем. Глаза малютки с интересом расширились. Он медленно двинулся вперед, покачивая крохотными антеннами, приблизился вплотную к шарику и, скосив глаза вниз, непонимающе уставился на него. Он опустил свои антенны, почти касаясь ими мяса. Перекатил глаза на Джейсона, потом посмотрел на меня – и снова на мясо.
– Чррп?
– Смелее, – подбодрил Джейсон.
Малыш снова легонько постучал антеннами по мясу.
– Ты видишь решающий момент, Джим.
– Разве нельзя помочь ему? Почему бы не засунуть мясо ему в рот?
Джейсон покачал головой: – Он должен сделать это сам.
Младенец растерянно поднял глаза. Сердце у меня упало. Этот малыш так много значил для каждого из нас! И он не собирался есть.
Детеныш снова опустил глаза на мясо и долго-долго смотрел на него.
– Чррррпппппп.
«Пожалуйста, – взмолился я про себя. – Ешь». Он отправил мясной шарик в рот. Жевал его медленно, почти задумчиво – мы с Джейсоном затаили дыхание. – потом взглянул на нас и сказал: – Бруп?
Мы обменялись торжествующими взглядами. Малыш, похоже, справился!
Возбужденный Джейсон отломил еще фарша и "катал шарик побольше. Малыш с интересом следил за его манипуляциями.
На этот раз он не долго колебался, два раза коснулся шарика антеннами, схватил мясо и быстро его съел.
– Бррпити?
Джейсон разделил остаток фарша на три куска и положил их на пол. Переползая от одного к другому, малыш с удовольствием съел все.
– Он будет есть, – сказал Джейсон с гордостью. – Теперь мы – настоящая семья. Впереди огромная работа но мы вышли на прямую дорогу, Джим. – Он посмотрел на меня. – Спасибо тебе. Ты невероятно помог – одним своим присутствием. Понимаешь, это исторический момент. Спустя годы ты будешь рассказывать об этом людям.
Он вытер руки о полотенце и снова начал обсушивать детеныша.
Тот схватил палец Джейсона и с любопытством постучал по нему антеннами.
– Фррп? – спросил он и потянул палец в пасть.
Джексон осторожно высвободился.
– Нет, – сказал он. – Нельзя. Ни «фррп», ни что-нибудь другое. – И повернулся по мне: – Теперь тебе лучше уйти, Джим. Для подготовки к вечеру надо многое сделать. А мне необходимо оставаться здесь.
Я возвращался в лагерь удивленно-радостный. Я помог. Так сказал Джейсон.
Шастал тихонько, бочком,Крал незаметно, молчком,Прятал добычу исподтишка.(Тайником служила прямая кишка.)И кричал: «Я набрал 21 очко».21 АПОКАЛИПСИС
Верующий человек должен быть узнаваем вопреки своей религиозности, а не благодаря ей.
Кольцо факелов сжигало ночь. Оранжевое пламя с шипением превращалось высоко над нашими головами в серые клубы
Мы собрались на границе крута и ждали.
Джейсон обнимал и целовал всех подряд. Каждому он что-то тихо говорил. Когда подошла моя очередь, он заглянул мне в глаза и сказал: – Спасибо, Джим. Я рад, что ты с нами здесь сегодня. Мы любим тебя. – И добавил: – Я люблю тебя.
Я потупился, чтобы не встречаться с ним взглядом, ибо он был слишком прекрасен. Но он поднял мой подбородок и заставил посмотреть на себя.
– Раскройся, Джим. Ты любим. Ты очень важен для нас. – Он пристально смотрел в мои глаза, пока от восторга и признательности у меня не брызнули слезы. Я обнял его, целуя и бормоча слова благодарности за то, что он дал мне возможность стать причастным.
А потом Джейсон вышел вперед, но в круг пока не вступал. Повернувшись к нам, он сказал: – Тем, кто еще ни разу не был на Откровении, я говорю: добро пожаловать! Тем, кто уже был, я говорю: рад вас видеть здесь снова.
Все, что вам нужно знать сегодня ночью, – это то, что каждое Откровение неповторимо. Если вы никогда раньше не праздновали его, то не сделаете ничего неправильного. А если праздновали, то тем более знаете, что правильного способа праздновать просто не существует.
По форме все Откровения различны, за исключением тех случаев, когда они вроде бы повторяются. Но независимо от того, одинаковыми они кажутся или разными, само сравнение – ловушка. Каждое Откровение приносит новый опыт, и не важно, сколько раз вы праздновали его раньше. Сегодняшнее будет таким же, и оно будет другим.
Перед вами круг света. Мы превратим его в священный крут. Что сделает его священным? Наше общее согласие считать его таковым. Если вы не хотите считать его священным, не входите. Если не хотите праздновать Откровение, не входите. Если не хотите причаститься правды, не входите. Если не хотите ощутить себя источником и началом всего, не входите.
Если вы боитесь разочарования, не входите в круг.
Сегодняшняя ночь может принести радость. С равным успехом она может ввергнуть вас в отчаяние. Вы можете испытать сильные переживания. Или не испытать. Чего бы вы. ни ожидали от нее, оставьте это за пределами крута. То, что произойдет, все равно обманет ваши чаяния.
Мироздание всесильно, но оно хрупко. Мы все, каждый без исключения, должны взять на себя ответственность за созидание новой Вселенной. Мы должны отбросить земные понятия, все, что не поднимается над уровнем обыденного, включая мир наших представлений и понятий. Необходимо оставить их позади. Нового опыта не обрести в старом мире. Радости в объяснении не отыскать. Отрешимся от этого. – Он воздел руки.
Я обратил внимание, что Орри, Фальстаф и Орсон не-подвижно сидят поодаль.
– Я попрошу новых богов защитить нас сегодня-ночью. Я отвечаю за круг. Пространство вне круга я прошу новых богов взять на себя. Никто не посмеет нарушить святость Откровения.