Шрифт:
Существует также и открытое суррогатное материнство, при котором суррогатная мать может общаться с семьёй и, в конечном итоге, с ребёнком. Всё зависит от того, что лучше в каждом конкретном случае. В моём случае, я почувствовал, что закрытое суррогатное материнство будет лучше.
Я общался с суррогатной матерью на протяжении всей её беременности. Но мы делали это анонимно. Я также постоянно был на связи с её врачами. И хотя я не был рядом с ней физически, я был с ней на протяжении всей её беременности, и я уверен, что она получила самую лучшую заботу.
Если мои сыновья захотят узнать о своём доноре яйцеклетки, когда они станут старше, я смогу показать им её фотографии.
Между тем, женщина, выносившая мальчиков, не имеет с ними генетической связи. Она просто одолжила свой живот. Я очень благодарен ей за то, что она сделала, и если в будущем я захочу сделать это снова, я буду рад, если это снова будет та женщина. Она уже проходила через этот процесс ранее, и она пришла с прекрасными рекомендациями от агентства. Когда я разговаривал с ней, то спросил её, почему она это делает, а она ответила: «Я очень набожная женщина, и я никогда не чувствовала себя так близко к Богу, как когда я могу подарить жизнь кому-то, кто не может сделать это самостоятельно».
Мне понравился её ответ. Я почувствовал, что мы едины в нашей вере, а её слова заставили меня уважать её ещё больше. Для меня было честью, что такая женщина будет заботиться о моих детей девять месяцев, и я бесконечно благодарен ей за покой и здоровую окружающую среду, которую она предоставила им.
Я начал весь этот процесс во время Black and White Tour. Это было в августе 2007 года, когда я впервые набрал слова «суррогатное материнство» в поисковой системе и начал изучать всё, что я мог найти об этом. Вскоре после этого, я начал процесс отбора донора яйцеклетки и женщины, которая предоставит свой живот, вместе со всеми медицинскими анализами и необходимыми правовыми документами. Тур закончился в ноябре, а примерно через месяц я узнал, что суррогатная мать беременна. Тот год я праздновал, говоря «спасибо» за чудесный подарок, ожидавший меня.
Обычно, при суррогатном материнстве имплантируются два эмбриона, чтобы увеличить вероятность успеха, и чтобы избежать вероятности прохождения этого процесса ещё раз. И хотя я всегда знал, что там находится два эмбриона, я полагал, что у меня будет только один ребёнок. Конечно, этого было недостаточно, чтобы стать отцом, жизнь приготовила для меня ещё один сюрприз, и прошло около двух недель беременности, когда они сказали мне, что у меня будут близнецы!
Близкий друг, знавший меня очень хорошо и проработавший со мной более двадцать лет, сказал: «Парень, ты можешь сделать что-нибудь нормальное в своей жизни? Ты всегда делаешь невероятные вещи…. Похоже, что для тебя это единственный способ!»
Я не могу описать свою радость, когда узнал, что их будет двое…. Это было невероятно эмоционально. Я начал готовить себя быть отцом-одиночкой двух малышей, я читал всё, что только мог найти. Единственной проблемой было то, что у меня было одно короткое имя только для одного из них, и это оказалось для меня большой проблемой, потому что было достаточно сложно придумать даже одно! Я искал во многих культурах: я смотрел в Индии, Бразилии, Египте…. Я обращал внимание даже на некоторые имена индейцев Тайно, коренных уроженцев острова Пуэрто-Рико. Я, наконец, решил, что одного будут звать Маттео, это еврейское имя, означающее «дар Божий».
Но теперь мне
Время никогда ещё не двигалось так медленно в моей голове, как в эти шесть месяцев. Они казались вечностью. Естественно, когда женщина беременна двойней всегда существует больший риск развития осложнений, конечно, это касалось и меня, и я всегда был в тесном контакте с женщиной, носившей моих детей, чтобы убедиться, что всё идёт гладко.
Но среди всего этого, то, что я чувствовал в глубине души можно охарактеризовать только как чистейшее блаженство. Абсолютное счастье. Я полагаю, что любой, у кого есть дети, полностью согласится со мной, что эти девять месяцев ожидания являются самым невероятным подарком из всех. Всё, что я хотел сделать, это залезть на крышу и прокричать всему миру эту замечательную новость. Но я должен был быть очень осторожным, потому что я не хотел чем-нибудь навредить женщине, носившей моих детей. Я хотел, чтобы она была спокойной, и старался поддерживать её внутренний мир таким образом, чтобы её беременность протекала без осложнений. Если бы по каким-то причинам, пресса узнала, что происходит, они, возможно, узнали бы кто она такая и засыпали бы её вопросами, вторгаясь в её повседневную жизнь. Кроме того, я не хотел, чтобы люди беспокоили её, потому что я ничем не хотел повлиять на неё или моих детей, я чувствовал ужасную ответственность за такое давление и вторжение в чужую жизнь. Вести публичную жизнь было моим выбором и поэтому я отвечаю за последствия; но я никогда не хотел навязывать это кому-то ещё.
Таким образом, чтобы сохранить всё в секрете от остального мира, я сказал об это только трём людям, за исключением моих родителей. Не то, чтобы я не доверял остальным своим друзьям, я просто переживал, что эта информация может случайно соскользнуть с чьих-то уст из чистого азарта, и это привело бы к катастрофе. Некоторые друзья – вот когда вы понимаете кто является настоящим другом – даже просили меня не говорить с ними об этом, потому что если новости каким-то образом попадут в прессу, они не хотели бы обнаружить себя в списке людей, которые могут нести ответственность за это…. Они были со мной всё время, убеждаясь, что со мной всё в порядке, но они не хотели знать больше, чем это необходимо. И я всегда буду благодарен за эту лояльность и привязанность.
Как хороший отец, во время ожидания рождения мальчиков, я прочёл все книги, какие только можно: книги о развитии ребёнка, книги о близнецах, книги о первых неделях жизни. На самом деле, существует на удивление мало книг о том, что значит быть отцом-одиночкой (и те, которые доступны в первую очередь, сосредоточены на том, что делать после развода), а я хотел получить полную информацию по этому вопросу к моменту их рождения. Поэтому я проводил всё своё свободное время читая, изучая и готовясь. Мой мозг был как губка; я хотел узнать всё о том, как быть самым лучшим отцом. В то же время, я в полной мере осознавал, что большинство из того, что значит быть отцом нельзя найти ни в какой книге, это не передаётся от человека к человеку. Это инстинкт, который проявляется только тогда, когда вы берёте ребёнка на руки, и учитесь интерпретировать его разный плач, смех, улыбку и эмоции. Инстинкт, который вы никогда не узнаете до тех пор, пока не дойдёте до этого момента.