Я никогда не...
Шрифт:
– Ой-ой, - проговорила Шарлотта.
Эмма обернулась и поглядела туда, откуда они пришли, но тропинка извивалась между холмов, поэтому стоянку она больше не видела. Она вытащила телефон Саттон и включила фонарик на нем, но он давал очень мало света. Еще она заметила, что связи нет. У нее вспотели ладони.
– Что же нам делать?
– Давайте продолжим путь, - настаивала Габби.
– Осталось немного. Обещаю.
Каждая из них прижалась к впереди стоящей девушке, не желая отстать.
–
– Кто-нибудь расскажите какую-нибудь историю. Мне нужно отвлечься.
– Две правды и одна ложь!
– с нервным смешком предложила Лорел.
– Мы давно в нее не играли.
– Повеселимся!
– воскликнула Габби, отодвигая ветку с дороги, которая щелкнула обратно и ударила Эмму по подбородку.
Мэделин хихикнула.
– Габс, ты вообще знаешь, как в нее играть?
– Э-э, да.
– Габби обошла валун.
– Только потому, что я не состою в Игре в ложь, не значит, что я идиотка.
– Меня не проведешь, - пробормотала Шарлотта, и все захихикали.
Эмма увидела, как напряглись плечи Габби, когда та зашагала дальше по тропе. К счастью, Эмме были известны правила игры «Две правды и одна ложь»: они с Алекс и парочкой других девчонок играли в нее во время ночевок. Каждый по очереди делает три заявления: два правдивых и одно ложное. Все остальные должны угадать, где ложь.
Если они угадывают правильно, то должен выпить говоривший. Если неправильно, то выпить должны они.
– Я начну первой, - вызвалась Мэделин, которая запыхалась, пока они поднимались по склону.
– Первое: когда в прошлом году моя семья уехала в Майами, я устроила вечеринку и познакомилась с Джей Ло. Второе: в прошлом году я консультировалась по поводу операции на грудь в Центре пластической хирургии «Пима». И третье: я знаю, почему Тайер уехал. Думаю, я знаю, где он, но не скажу.
От этих слов Эмму прошиб озноб. Когда она повернулась и посмотрела в лицо Мэделин, то не могла сказать, улыбалась та или хмурилась.
– Операция на грудь должна быть неправдой, - прозвенел в темноте голос Шарлотты.
– Из всех нас у Мэдс самый шикарный бюст!
– Неправильно!
– поддразнила Мэделин.
– Операция на грудь - правда. Я договорилась о встрече, потому что обдумывала идею заполучить 5-ый размер. Но передумала, когда узнала, что из себя представляет операция. Так, что пей, Шар!
– И что же было ложью?
– Габби, идущая впереди, замедлила шаг.
– Тайер?
Медлен пожала плечами.
– Думаю, теперь вы никогда не узнаете.
Эмма пристально посмотрела на Мэделин. Могла ли она знать, где находится Тайер? Она пыталась его защитить от кого-то - может, от их отца? Жидкость в бутылке забулькала, когда Шарлотта пила.
– Хорошо. Утверждение
– Но твоя мама слишком привлекательна, чтобы ей изменять, Шар.
– Голос Мэделин прозвучал неровно.
– Не думаю, что это первое.
Эмма держала рот закрытым, внезапно в сознании возникла мысль. Когда она ждала Саттон в каньоне Сабино, то увидела мужчину, в котором из страницы Саттон в Фейсбуке узнала отца Шарлотты. Он казался взволнованным, а позже Эмма узнала от Шарлотты, что тот уехал по делам. Но она не осмелилась об этом сказать, лишь молча лавировала между двумя скалами.
– Фредди - ложь!
– наконец, воскликнула Габби.
– Габби, пей!
– ликовала Шарлотта.
– Я была в доме с привидениями и почувствовала у себя за спиной чьи-то руки.
Меня кто-то развернул и буквально впился в мои губы. Это был точно Фредди, я видела его ужасные ногти. Он неплохо целуется, Мэдс.
Мэделин фыркнула.
– Можешь забрать его!
Никто не спросил у Шарлотты, что же было ложью. После того, как Габби выпила штрафную, Мэделин сказала:
– Теперь твоя очередь, Саттон.
Эмма сделала глубокий вздох и стала думать, что же можно сказать о Саттон. Но тут у нее возникла другая идея.
– Хорошо. Первое: одно лето я работала на американских горках в Лас-Вегасе.
– Ложь, - перебивая ее, машинально проговорила Шарлотта.
– Ты никогда не работала в Вегасе.
– Ты просто пытаешься напиться, да, Саттон?
Мэделин передала ей бутылку. Эмма улыбнулась про себя, но не стала их поправлять.
Они продолжали идти. Вдалеке завыл одинокий койот. Голень Эммы оцарапала игла кактуса. Затем Габби обернулась и посмотрела на них.
– Я следующая? Первое: мы с сестрой смухлевали, чтобы попасть на танцевальный конкурс по случаю Хэллоуина. Второе: мы с Кевином целовались в доме с привидениями прямо возле банки с ненастоящими глазными яблоками. И третье...
– Для пущего эффекта она сделала паузу. Стрекотали сверчки.
– Однажды я дотронулась до мертвого тела.
Ветер взревел в ушах Эммы, а сердце подскочило к горлу.
Я вздрогнула. Это было мое тело? Больше, чем когда-либо, я нуждалась в Эмме - мне нужно было, чтобы она уличила Габби и Лили в моем убийстве. Мне нужно было, чтобы они облажались из-за того, что сделали.
Лорел фыркнула.
– Мертвое тело? Ну да, конечно.
Кровь пульсировала в ушах Эммы. Ей потребовались все усилия, чтобы заставить ноги двигаться вперед, потому что если она попытается повернуть назад, то может заблудиться... или того хуже.