Я не Поттер!
Шрифт:
Зажигательные танцы целой сотни прекрасных вейл, фееричная радуга ирландской сборной и даже дождь из золотых монет не смогли меня порадовать ни на долю секунды. Я с интересом наблюдал за развернувшимся перед моими глазами действом, словно скучные картинки рассматривал. Драко то и дело пихал меня локтем в бок, что и заставляло избиваемого, то есть меня, имитировать бурный восторг, но внимание мое мог привлечь только один человек – Виктор Крам.
Я ждал его появления просто из интереса. Наследник древнего болгарского рода, его дед жизнь отдал за процветание Тома Марволо Риддла, только–только
Поговаривают, что его сын – отец Виктора – был не прочь последовать отцовским заповедям, да вмешался с Дамблдор со своим пророчеством и Волдеморт попал в его ловушку, развоплотился, растерял всю силу. Тем не менее, даже Риддл из зазеркалья, вспоминая, что он еще и Темный Лорд, не раз упоминал Андреуса. Превозносил его преданность и ясный ум, позволивший потомку древних ханов встать на защиту собственной крови с оружием в руках, а не коротать свой век на мягких диванах, довольствуясь заслугами предков.
Меня снедало любопытство – на лице этого самого Виктора я увижу хоть каплю мужества его деда?
В Болгарию с визитом отправится Белла, она уже строит планы по возвращению отбившихся от стаи птиц, то есть верноподданных Лорда, однако время еще не пришло. Пока все силы преданных нам магов были направлены на пробуждение британской мощи, и сегодняшний вечер покажет, как мы справились.
— Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И–и-и–и-и–и – Крам!
— Вот он, вот он! – завопил Рон, уставившись на Крама в омнинокль.
Нескладный, высокий, с широкими густыми бровями и крючковатым носом, он был похож на большую хищную птицу. И судя по тому, какую игру Крам вел на протяжении всего игрового времени, внешность обманчива, но далеко не всегда. Чего только стоил финт Вронского – опасный отвлекающий маневр. Спикировав с ловцом ирландцев, Виктор вывернул свою метлу у самой земли, а вот Линч не успел. Горящие, ликующие глаза болгара заставили меня усмехнуться. Парень нисколько не жалел чуть не убившегося игрока, играл грязно и дальше, расталкивал соперников всеми дозволенными и недозволенными способами, и повторил схожий маневр в самом конце игры. Понимая, что противники по очкам далеко впереди, он остановил матч, поймав снитч, и вышел из игры с гордо поднятой головой.
— Он такой мужественный, правда? – проорала мне в ухо рыжая.
— Ага… – согласился я, еще раз свято уверовав в то, что популярность среди девчонок способна творить чудеса и без магии.
Да, сильный малый, и хитрый. Без его хитрости и сноровки сидел бы я еще на этих трибунах и сидел, а так – свобода!
Наш белоснежный шатер располагался не в центре, а чуть поодаль, на опушке, и соседствовал с шатрами Ноттов и Забини. Сидя на своих кроватях под балдахинами, мы и не думали спать. Честно говоря, нам не хотелось
— Ну, скоро уже? – спросила Джинни, нарушив тишину, и мы все вздрогнули.
Шум, гам и крики празднующих победу ирландцев обещали быть не долгими.
— Скоро, — ответил я. – Мы услышим. Драко?
Приятель подглядывал за жизнью снаружи у выхода, в дверную щель.
— Ну?!
— Винсент, Грэг – они дошли?
— Да, я видел, их бабушка у своего шатра встретила.
— Хорошо… Блейз, остальные?
— Их домой еще час назад отправили, нормально все с ними.
— Хорошо.
— Здесь пьяные все, — поделился он своим впечатлением. – Веселые.
— Хорошо.
— Да что ты заладил – хорошо, хорошо… Достал уже!
— А что, разве не хорошо? – я пожал плечами. — Меньше проблем с охраной.
Блондин под моим пытливым взглядом немного смутился.
— Ну, конечно, хорошо… Просто ты как попугай, Гарри!
Поссориться толком мы не успели — рыжая соскочила с кровати и замерла, прислушиваясь к звукам снаружи.
— Рон, слышишь? Вы все — слышите?!
Пение стихло, до нас донеслись тревожные крики и шум беготни.
— Пошли, — скомандовал я. – Делайте все, как сказал лорд Малфой.
Выйдя наружу, в свете костров мы без труда заметили марширующую группу волшебников в масках и капюшонах. По мере их продвижения, к ним присоединялись все новые и новые маги. С каждой минутой черная масса становилась все внушительнее, она словно выдавливала собой всякий мелкий сброд, разбегавшийся от них в разные стороны. Звуки шагов сотни марширующих ног гипнотизировали своей силой, казались музыкой. Но засмотрелся я не только на них, я любовался еще и семейкой маглов, повисшей над идущими бесформенной тучкой. Они ссучили ножками и старались помочь себе, приняв вертикальное положение, не подозревая, что уже почти трупы.
— Эй! – приятель стукнул меня по спине. – Ты сейчас заплачешь от радости, а на нас смотрят. Пошли к деревьям, пора. Бежим! – крикнул он уже громче, следуя отцовским инструкциям. – Они уже близко, беги, Джинни! – верещал блондин весьма натурально.
За нашими спинами раздавался треск сминаемых палаток и хохот Пожирателей. Действительно, я чуть не разрыдался, увидев, что к плотной толпе волшебников с поднятыми палочками присоединяется такое число единомышленников, какое мы даже в самых смелых фантазиях себе представить не могли. На наших глазах рождалась армия!
Остановившись на краю леса, мы созерцали марево пожаров, и оно казалось мне зрелищем куда более ярким и захватывающим, чем какой-то там квиддич. Сердце у меня в груди трепетало, как птица в клетке. Я завидовал лорду Малфою, Барти, Белле и всем, кто оставил меня здесь, а сам наслаждается жизнью там – в огне.
Внезапно Драко перестал переминаться с ноги на ногу, успокоился, прислонился к дереву и принялся рассматривать свои и так ухоженные ногти. На кого была рассчитана игра, я понял сразу, как только увидел осточертевшую мне троицу грифиндорцев, крадущуюся в высокой траве. Их не должно было здесь быть, они что, заблудились?!