When the Mirror Cracks
Шрифт:
Дэмиен его уже не слушал. Измотавшись за ночь, расстроенный мальчишка уснул, растянувшись поперек кровати брата.
Кошмар не отпускал. Дик даже не был уверен в том, что проснулся. Различить вымышленное и реальное для него было все сложнее, а постоянная боль, сопровождавшая каждое движение, только подстегивала воображение, вызывая галлюцинации. Грейсон не знал, насколько мощные, и не всегда понимал, в какой момент галлюцинирует.
Осознание реальности происходящего пришло вместе с открывшейся дверью. В кошмаре не было
– Вам нужно принять лекарства и немедленно лечь, – строго произнес дворецкий.
– А тебе нужно…
– При всем моем уважении, – перебил Альфред. – Те грубые слова, которые вы подготовили для меня, можете засунуть себе в задницу, сэр.
Дик прикусил язык и покорно взял лекарство. Ссориться с Альфредом, да еще и когда он в таком настроении – хуже самоубийства.
– Что это? – спросил Грейсон, когда нечаянно раскусил одну из таблеток, которая оказалась невероятно горькой.
– Обезболивающее, – пояснил Пенниуорт. – В вашем состоянии не повредит.
– Может, стоит тогда принять больше? В моем-то состоянии, – по инерции грубовато отозвался Дик.
– Я не для того не спал несколько ночей, пытаясь спасти вас, чтобы сейчас дать вам себя угробить.
– А не надо было меня спасать!
– Мастер Ричард! – на мгновение Дику показалось, что Альфред его ударит. Но дворецкий сдержался и продолжил. – Глупый мальчишка! Вы гоните от себя всех, но не видите, что они хотят помочь. Что они любят вас. Вам никогда не справиться с этим одному! И если еще раз я услышу от вас глупости про то, что вам лучше было бы умереть – я всыплю вам розгами.
Грейсон хотел было что-то ответить, но Пенниуорт обнял его. Крепко и бережно.
– Альфи…
– Вам нужна семья, мастер Ричард. Всегда была нужна, – ласково проговорил дворецкий. – То, что с вами случилось – ужасно. Но не дайте этому подчинить вас. Я верю, что вы справитесь.
– Оно уже подчинило, Альфред, – прошептал Дик. – Оно во мне. И я не знаю, как защитить вас от этого.
– Позвольте нам защитить вас, – Пенниуорт отпустил его и тепло улыбнулся. – Вернитесь в постель. Через час я принесу вам поесть. Полагаю, что этот пункт вашего затворничества вы не продумали.
– Спасибо, – только и смог пробормотать Грейсон. – Прости меня, Альфред.
– В последний месяц я слышал вещи куда хуже, – усмехнулся дворецкий, останавливаясь в дверном проеме. – В основном от Джейсона. Хотя и остальные временами были не менее безумны. Отдыхайте, мастер Ричард.
Послушно закрыв глаза, Дик устроился в постели, мысленно благодаря уже ушедшего Альфреда.
Часть боли отступила.
В бутылке было чуть меньше половины виски, но Джейсон оставался таким же трезвым, злым и разбитым.
Он пытался разыскать хоть какой-то след Ника Эдриана с тех самых пор, как сбежал от Брюса. Он почти нашел, был близок к тому, чтобы отыскать и
Наспех забинтованная рука саднила, но Тодд старался не обращать внимания. У него были куда более серьезные поводы для размышления.
Красный Колпак пытался понять, за что сражается.
Он пытался убедить себя в том, что хочет отомстить за Дика, но противный червячок совести услужливо напоминал, что он отрекся от Грейсона, да и от семьи. Джейсон старался не думать об этом, но раз за разом возвращался к этой мысли. И пытался отрицать надежду на то, что Брюс позволит ему вернуться и даст еще один шанс.
Он тряхнул головой, пытаясь отделаться от размышлений, и снова поднял бутылку. Искать стакан не хотелось, равно как и находиться в этой квартире, но здесь его вряд ли стали бы искать. Здесь в прошлом году Тодд застрелил парня на глазах у Бэтмена. Сюда он пообещал себе не возвращаться.
Ударом боевого посоха бутылку выбило из рук. Джейсон вскочил, еще удивившись тому, что проморгал нападение, а в следующее мгновение он уже пытался блокировать удары голыми руками, не имея возможности дотянуться до оружия.
Конец посоха попал ему по голове, и Тодд не выдержал.
– Черт побери, Тим! Прекрати!
Словно не услышав просьбы, Красный Робин сделал выпад и ударил Джейсона по ране на руке, заставляя взвыть.
– Трус и предатель! – крикнул Тим, не в силах больше сдерживаться. – Ублюдок!
– Тим…
– Заткнись! – Дрейк сделал подсечку и Тодд упал.
Брат не щадил его. Бил изо всех сил, попадал по ранам, не давал подняться и жестоко пресекал все попытки Джейсона отбиться.
Никогда в жизни Тодд не видел Тима в такой ярости.
– Хватит меня бить! – взвыл Джейсон, когда удар посоха вновь пришелся по руке.
– Ты не заслужил ничего другого! – задыхаясь, выкрикнул Красный Робин. – Трус!
– Тим, успокойся.
– Ты бросил его. Ты нас всех бросил. После всего. Как ты мог? – младший брат откинул посох и сел на пол. – Он сходит с ума. Прогнал меня, наплевал в душу Дэмиену, выгнал Брюса. Не подпускает к себе никого, кроме Альфреда. И кричит. Если бы ты только слышал…
– И зачем ты пришел, Тим? Обвинить меня?
Дрейк не ответил, пытаясь восстановить дыхание и справиться со своей злостью. Получалось с трудом.
– Мы вернем его, – через несколько минут молчания проговорил он. – Пара дней – и Брюсу это надоест. Мы справимся, и Дик снова станет прежним. Но ты… если ты после этого сунешься к нему, если будешь находиться с ним хотя бы в одном городе… Я убью тебя. Клянусь всем, чем только можно, Джейсон, я тебя убью.
– Успокойся, – Тодд переместился к брату и ободряюще положил ладонь ему на плечо. – Ты прав. Я трус и ублюдок. Но я… можно мне все исправить, Тим? Пока не стало поздно.