Высшие цели. Грани судеб
Шрифт:
Когда спустя несколько мучительно долгих секунд ее, судорожно дышащую и дрожащую от холода, вышвырнуло в реальность - сомнений по поводу ответа не оставалось.
Мужчины смотрели на нее удивленно и встревожено. Особенно Даниил, по воле дара отчетливо ощущавший все ее чувства и эмоции.
– Кажется, мне придется согласиться, - хрипло пробормотала Тамара, тщетно пытаясь взять дрожащими руками свою чашку.
– И давно тебя так ведут?
– осторожно спросил оборотень.
– Дней десять, - бесцветно ответила Тамара, чувствуя, как потихоньку начинают отогреваться ставшие ледяными пальцы.
– Я еще не привыкла,
– А до этого?
Девушка безразлично пожала плечами и, скользнув взглядом по бутылке с настойкой, коротко кивнула Святославу. Тот молча поставил перед ней хрупкую стеклянную стопку.
– А до этого у меня была полная свобода выбора. Любая дорога, любое желание, "стоит только захотеть".
– Она невесело усмехнулась, поймав на себе изумленные взгляды, и голос ее стал холодным и пустым: - Я не исполнила ни одного. Заблудилась в своих путях, не пришла к обозначенному событию, и в последний год думала только о том, как бы поскорее уйти из жизни.
– Тамара глотнула кофе и, поставив чашку на стол, сумрачно и безнадежно сказала: - Он меня не выпустит отсюда... Теперь точно не выпустит. Я знаю...
– И правильно сделает, - помолчав, ответил ей Даниил.
Но Тамара только отрицательно покачала головой, не проронив ни слова в ответ.
***
Алтай долго еще прислушивался к тихим разговорам, доносящимся из кухни. Люди говорили вполголоса, девушка вообще по большей степени молчала. И даже кот ни разу не мяукнул.
Когда уже начало светать, негромко хлопнула входная дверь и оборотень неуловимо быстро прошел мимо него, не давая времени даже как следует проснуться и зарычать. Щелкнула засовом калитка, тренькнуло активированное охранное заклятие, тихонечко завелся автомобильный мотор, и хищный гость уехал, оставив Алтая хмуро ворчать в своей будке.
А спустя полчаса на крылечко бесшумно вышла Тамара и, осторожно ступая, подошла прямо к его конуре и присела рядом. Разломив заранее развернутую конфету пополам, она протянула одну часть опешившему псу, а вторую взяла себе. Алтай медленно съел лакомство и ошеломленно облизнул в знак благодарности ее руку, а Тамара ласково погладила его по белой косматой голове.
Святослав, которого открывшаяся дверь выдернула с кровати тренькнувшей охранной струной, сонно и хмуро понаблюдал за этим в окно, но нарушать идиллию не стал. Спустя пару минут раздумья, он устало кивнул в ответ своим мыслям и перегруппировал охранное заклинание, предоставив Тамаре незримое право перемещаться по всей территории дома и двора без его ведома.
Глава 17
За окнами шел дождь. Тихий и прохладный, он мерно шелестел по зеленым листьям и травам, приглушенно выстукивал навевающую грусть мелодию по крыше и подоконникам, укутывал мир прозрачно-серой, дрожащей дымкой.
Тамара сидела на укрывшихся под небольшим навесом ступеньках деревянного крылечка и отстраненно смотрела вдаль. В руках ее баюкалась почти полная чашка кофе. Алтай, свернувшись уютным калачиком, вполглаза наблюдал за девушкой из будки, не желая покидать свое жилище в непогоду.
День
Теперь все было по-другому, весь мир перевернулся с ног на голову, и самое смешное, что Тамара не просто вошла в этот, новый, неизвестный ей до селе мир, а встроилась в него, как некогда потерянный кусочек мозаики. Это произошло так быстро и стремительно, что девушка ничего не успела толком осознать, только принять сам факт своего здесь пребывания.
Неделю назад, когда она со Святославом впервые шла к Якову, девушка вдруг с пугающей остротой поняла, что прекрасно знает, кого именно сейчас увидит перед собой. Это узнавание возникло из ниоткуда и не имело ничего общего с "маячками". Оно словно покоилось где-то в глубине памяти, а потом вдруг открылось вместе со всеми мельчайшими подробностями, оставляя разум недоумевать над происходящим.
Тамара знала, что их встретит невысокий почти полностью седой старик, гладко выбритый, худой и бойкий, с ироничными светло-карими глазами и веселым нравом. Знала, что Яков - самый обычный человек, не обладающей способностью управлять энергией, любящий ухаживать своим садом и кормить с ладони маленького ручного воробушка... И что он состоит в Совете Высших, является земным Наставником более чем десяти человек, а также главой администрации Белой Тони...
**
...Несмотря на открытые окна, в добротном кирпичном домике сельсовета было очень душно. В просторной комнате, служащей Якову кабинетом, работал напольный вентилятор, тщетно разгоняя вдоль стены горячий воздух. В углу на небольшом столике натужно гудел старый громоздкий компьютер. Худенькая, с алыми от жары пятнами на щеках, девушка что-то выстукивала на клавиатуре, периодически сверяясь с лежащими перед ней бумажками. Взглянув на посетителей, она вяло кивнула в знак приветствия и вновь уткнулась в монитор.
Самого Якова на месте не было. Однако заваленный документами стол и стоящий под окнами старенький жигуленок свидетельствовали о его близком присутствии.
– Алла, ну я же тебя просил!
– вместо приветствия укоризненно сказал Святослав, одно за другим закрывая окна в комнате, а после бесцеремонно выдергивая из розетки вентилятор и ставя его в угол.
– Яков Андреевич запретил вас беспокоить, - тихонько отозвалась девушка, проводя вентилятор безнадежным взглядом.
– Да мы как-то уже и привыкли...
Святослав раздраженно фыркнул и сложил ладони лодочкой. Под удивленным взглядом Тамары, в них вдруг из ниоткуда начала медленно набираться белая мерцающая жидкость. Кончики пальцев мужчины вмиг побледнели, а жидкость, наполнив "лодочку" до краев, принялась источать холодный пар. Святослав подошел к дальнему углу комнаты и, подняв руки вверх, осторожно развел ладони. Находящаяся в них жидкость, вместо того, чтобы вылиться вниз, свилась в белоснежный пульсирующий шар и зависла под самым потолком. Легкий щелчок пальцами, и сфера распустилась колким ледяным цветком, заполнив собой весь угол и переливаясь иголочками-снежинками. В комнате ощутимо запахло озоном, и температура потихоньку пошла на спад, с каждым сполохом цветка становясь все ниже. Тамара восхищенно замерла, разглядывая ледяное чудо.