Высшие цели. Грани судеб

Евстра Евгения

– Сейчас лето, и Иней не линяет!
– уязвлено отозвалась Тамара, идя вслед за Святославом.

– Ага, кому-нибудь другому рассказывай, - кивнул головой мужчина и распахнул соседнюю со своей комнатой дверь.
– Вот, располагайся.

Комната была небольшой и уютной, с нейтральными бежевыми обоями и почему-то слишком темными коричневыми шторами. Справа от входа стояла деревянная кровать со стопкой чистого белья и тумбочка, у квадратного окна небольшой письменный стол с красной металлической лампой и тяжелый, с высокой резной спинкой стул. Напротив

двери красовался небольшой шкаф и деревянный комод на три ящика. На полу лежал уютный домотканый палас.

Тамарины сумки мирно стояли у кровати, дожидаясь хозяйку.

– Можешь потихоньку разбирать свои вещи, - отчаянно борясь с зевком, сказал Святослав.
– Если будет холодно - одеяло где-то в комоде. Завтра поищу на чердаке зеркало и какой-нибудь ночник.

Тамара удивленно посмотрела на мужчину:

– Спасибо большое, но ведь я же...

– Приехала к Якову, - не дожидаясь продолжения, кивнул Святослав, заставив девушку возмущенно вспыхнуть. И с насмешкой посмотрел на нее: - Нет, ты сейчас неправильно думаешь, что я лазил у тебя по карманам в поисках записки. Просто Яков единственный, кто оказался неподалеку и согласился мне помочь. Можно сказать, повезло. Он же является одним из пятерки Совета Высших, с коими тебе еще предстоит познакомиться. И, как это не прискорбно, Тамара, но он тебя узнал. И ужасно разозлился, по его данным ты должна появиться около двух лет назад. И совсем не при тех обстоятельствах, что сейчас.

– Не он первый об этом говорит, - со вздохом сказала девушка.
– Но от меня ничего не зависело.

– В любом случае в Белой Тоне ты теперь надолго, - сказал Святослав.
– Поэтому жить ты будешь у меня, так постановил Совет.

– Но я не могу так!

– Тамара, поверь, тут всем плевать на то, что ты можешь, а что нет, - устало ответил мужчина.
– Если Совет сказал - надо выполнять. Поверь, скучно тебе не будет. Скоро Мила от матери вернется - вообще весь дом на уши встанет!

– Жена?
– безнадежно поинтересовалась Тамара, сильно сомневаясь, что таковая будет в восторге, застав дома незнакомую женщину.

– Дочь, - легонько улыбнулся Святослав.
– Ей четырнадцать лет.

"О не-ет, лучше бы две жены...
– подумала Тамара.
– Но теперь хотя бы понятно, откуда у тебя такая повышенная забота и навыки в готовке".

– Я думаю, что вы быстро найдете общий язык, - с едва уловимой издевкой добавил он.
– Тем более что разница в возрасте у вас не такая уж и большая.

– Спасибо за комплимент, - вежливо оскалилась Тамара и, не дожидаясь ответа, пошла вытаскивать Инея из объятий Морфея. Настроение у нее испортилось окончательно.

К великому недовольству Святослава, за время его отсутствия в комнате, кот благополучно перебрался с матраса в центр подушки, свив там что-то вроде гнезда.

– Замерз, наверное...
– отдирая отчаянно вцепившегося в наволочку кота, виновато пробормотала девушка, украдкой смахивая с кровати длинную серебристо-серую шерсть.

Святослав только мрачно покачал головой и, не обращая

более на гостей внимания, принялся стягивать с себя футболку.

Тамара быстро подхватила стоящую на полу у кровати ополовиненную миску с молоком и поспешила к выходу. Но у самой двери взгляд ее зацепился за небрежно прикрепленную к торцу шкафа вместе бумажками и рисунками открытку. На ней помимо стандартной надписи "С днем Рождения!" красовалась крупная цифра 48, а внизу порывистым, не слишком разборчивым подчерком приписано "Любимому папочке!".

– Святослав?..
– невольно остановившись, медленно произнесла девушка.

Тот удивленно обернулся и, проследив за ее взглядом, усмехнулся:

– Возраст что ли? Ну да, издержки работы с энергией, не удивляйся.

– А Даниил?
– потрясенно спросила Тамара.

– На пять лет старше, - мужчина зевнул.
– Он ведь оборотень.

***

Первое, что Тамара сделала, кое-как обустроив в комнате своего питомца, это занялась собой. Теперь, когда она осталась одна, появилось время наконец-то обдумать произошедшее.

Стоя в ванной у зеркала, она внимательно осмотрела едва заметные белые полоски на плечах и шее, оставшиеся от когтей. После - осторожно потрогала большой, почти уже рассосавшийся желтый синяк на ребрах. Святослав помниться говорил, что они сломаны, но Тамара этого не чувствовала. Ей доводилось ломать ребра, и она не понаслышке знала, какого это даже несколько недель спустя болезненно вздрагивать от каждого глубокого вдоха или смеха.

Скорее всего, это был просто небольшой ушиб и пара царапин, - заключила девушка. Но, устало посмотрев в зеркало на свое бледное и измученное отражение, вздохнула и покачала головой. Кого она обманывает? Можно подумать, если не верить в реальность, то она сама собой исчезнет, как страшный сон...

Нет, нужно смотреть фактам в лицо - никуда не исчезнет ни Святослав, свободно владеющий иной, неведомой ей ранее силой. Ни Даниил, непостижимо являющийся зверем и человеком одновременно, ни призрачный Страж, вдруг взявший ее под свою защиту, но с легкостью отдавший на растерзании Наблюдателям. Не исчезнет Белая Тонь, дорога и маячки, строгий и безжалостный Алмар, насильно заставивший ее стать разменной монеткой в Земном мире. И не у кого спросить совета, попросить о помощи. Все вокруг, также как и она, лишены памяти, слепы и беспомощны...

Когда Тамара вернулась в комнату, вдоволь наевшийся сухого корма кот, блаженно вылизывался посреди чистой, только что расстеленной постели. Тамара возмущенно фыркнула, но сгонять его, так и быть, не стала, памятуя о том, сколько всего пришлось пережить сегодня ее питомцу.

Вытерев мокрые волосы полотенцем, девушка заплела их в тугую косу и, подойдя к окну, отдернула занавеску, намериваясь слегка приоткрыть окно. Рама чуть скрипнула и с легким щелчком поддалась, впуская в комнату свежий воздух и наполненную песнями сверчков ночную тьму.