Вынуждающие обстоятельства

Сильварг Александр

Конечно, были и другие отличия. По отдельности они не сильно бросались в глаза, но все вместе являло собой принципиально другую религию, в которой от старой осталось только название, имя того, кому поклоняются прихожане, да какие-то наработки от старого архианства, вроде Кон-Сай.

В связи с этим меня в последнее время занимал вопрос, на который я пока не мог получить ответа в дневнике: кем на самом деле был Ривелино и откуда он взялся.

Мои мысли текли вокруг предстоящего. Снова я задался вопросом: что делать с монахами? Можно прогнать их или убить. Но

может, кого-то стоит поставить вместо них? Но кого? Идеально было бы оставить тех, кто мог бы обработать прихожан, чтобы они меньше верили в Бойдула. Но как это сделать? Конечно, паства будет слушать, что ей говорят, но они же примут только монаха, а не простого зверя с улицы. Значит, нужно искать именно служителя, причем такого, что донес бы до прихожан истину о происходящем.

В голове всплыло загадочное словосочетание, которое произносил Ягмур в моем видении. Лига Справедливости. Организация, которую монах оставил после себя, чтобы они противостояли новым веяниям в архианстве. Наверняка в Ордене знают об этой организации и могли приложить усилия к тому, чтобы ее ликвидировать. Эх, слишком мало шансов, что она есть и спустя тысячелетие. Я обернулся к волчице:

– Ты знаешь что-нибудь о Лиге Справедливости?

Подумав, охотница тряхнула гривой:

– Слышала. Еретическая организация, которая борется против идей Ордена, причем еще со времен первого Иерарха.

Я навострил ушки:

– Так она есть и сегодня?

Волчица подняла красные глаза:

– К сожалению, да. За десять столетий Ордену так и не удалось разгромить ее. Постоянно выживала какая-то часть ее членов, которые возрождали ее вновь и вновь.

Мое сердце забилось чаще:

– А что представляет собой эта Лига сегодня?

Волчица ответила:

– Мне нечасто доводилось с ними сталкиваться. В основном всю информацию о них мы получали из Ландара. Они говорили, что в Лиге состоят еретики, которые пропагандируют идеи запрещенного архианства магистра Ягмура. Как будто у них даже есть монахи, которые хранят все заповеди, оставленные первым Иерархом перед исчезновением.

Я взял охотницу за плечо:

– Джесс, это очень важно. Мне нужно узнать от тебя о местоположении любого логова Лиги по пути в Ландар. Это очень важно.

Волчица печально покачала головой:

– Простите, Мирпуд, но я не могу сказать. Я попросту не знаю этого.

Я в отчаянии ударил себя кулаком об бедро. Проклятый дери, как же все оборвалось, даже не успев начаться! Если Джесси не знает этого, то не знает и никто. Хотя… Кажется, я знал, кто мог мне помочь. Правда, приходилось молиться, чтобы все получилось.

Начал накрапывать противный мелкий дождь. Самая его мерзость заключалась в том, что он пытался забиться в каждую складку одежды, буквально вымораживая изнутри, хотя на улице стояло лето и было тепло. Кроны над нами смыкались в некоторых местах, но не везде. К счастью, в лесу было достаточно места, чтобы остановиться и переждать дождь. Я дал короткий знак Джесси и повел Зогмос’а в сторону ближайшего дуба, росшего возле лесной дороги. Охотница без слов поехала за мной

и спешилась с лошади, стоило только мне слезть со своего коня.

Конечно, наше временное пристанище было не витиеватой елью, но крона дуба была достаточно густой, чтобы скрывать нас от противных капель дождя. Разводить костер я не решился, хотя становилось все холоднее – огонь пришлось разжигать слишком близко к стволу дерева, иначе бы его затушил накрапывающий дождь.

Плотнее запахнувшись в плащ, я сгреб по себя листья, удивительным образом опавшие с дуба, хотя они были вполне зелеными. Так стало немного теплее, и я сосредоточился на вызове. Джесси попыталась что-то мне сказать, но я молча показал ей кулак, призывая молчать. Волчица с полуслова поняла мой намек и приглушила звук.

Связи не было очень долго, я и начинал терять терпение. Кажется, я или разучился пользоваться мыслесвязью, либо на таком расстоянии она не работала.

Внезапно в голове раздался знакомый, но уже подзабытый голос:

– Я слушаю тебя, ученик.

Я мысленно воскликнул от радости:

– Мастер, вы отозвались!

Гимеон крякнул:

– Да не ори ты так, а то голова болеть начинает. Где ты находишься?

Я огляделся вокруг, немного задержавшись взглядом на Джесс:

– Я в лесу, где-то в Меровии, не так далеко от границы с Граальстаном.

Варан хмыкнул:

– Неплохо ты сумел связаться со мной за несколько сотен миль. Не каждому это удается. Я так полагаю, с тобой много что произошло за этот месяц, пока я тебя не видел?

Я вспомнил про Вейлин и сжал кулаки, прижатые к морде. Я забыл, что все мои мысли прекрасно передавались по мыслесвязи. Голос Гимеона потеплел:

– Мне очень жаль, что ты потерял Вейлин. Твои мысли работают быстрее твоего языка, и я уже знаю все, что было между вами. Я очень надеюсь, что тебе хватит сил пережить эту потерю.

Я шепнул вслух, но очень тихо:

– Спасибо.

Джесси подняла голову:

– Мирпуд, вы что-то сказали?

Я помотал головой и вернулся к разговору с наставником:

– Мастер, мне нужна ваша помощь. Мне больше некого просить.

Ящер опять начал говорить ленивым, вальяжным тоном:

– Я тебя внимательно слушаю.

Я рассказал ему почти все, что произошло со мной за то время, что прошло с нашего последнего разговора еще в Ларотийском лесу, после изгнания духа эцхеде из Лассы. Так как мысли у меня «рассказывались» намного быстрее, чем я рассказал бы то же самое вслух, мой рассказ не занял долго времени.

– Мастер, так вот в чем проблема. Судья дал клятву уничтожить Орден. Вообще я не собираюсь нести ответственность за то, что говорил Судья, потому я Мирпуд, а не Судья, и то, что обещает Судья, он и должен выполнять. Но я хотел бы разрушить Орден, пусть без таких репрессий, что обещало мое альтер-эго. Я каким-то образом пленил напавшую на меня Кон-Сай, и теперь она следует за мной, не отходя ни на шаг, готовая выполнить любой мой приказ. Мастер Гимеон, что вы знаете о Лиге Справедливости? Я должен услышать все, что вы можете мне рассказать.