Вторжение
Шрифт:
Пацан быстро залопотал, отчаянно жестикулируя, а потом дунул по улице, не дожидаясь изъявлений благодарности. Видать, спешил очень. Скахет кивнул Колину, предлагая идти за ним.
— Что сказал этот балабол? — поинтересовался сержант, — Я так ни слова не разобрал.
— Сказал, что есть недорогая гостиница «Кровавый полдень» где не задают вопросов.
— А нет ли гостиницы с более дружелюбным названием?
— Может и есть, — пожал плечами Скахет, — но искать не охота.
Больше часа блуждали по улицам. Пояснения, которые дал пацан, оказались
Уже почти отчаявшись найти то, что нужно, друзья вдруг уткнулись в висящую на уровне глаз вывеску весьма зловещего вида. На ней был намалёван здоровенный чернявый мужик с окровавленным топором в одной руке и отрубленной головой в другой. Кроваво-красная надпись ниже извещала потенциальных клиентов, что перед ними лучшая в Скавелле гостиница «Кровавый полдень», где всякого страждущего ждёт приятный отдых, сытная еда и низкие цены. Прямо под вывеской находилась хлипкая лестница, ведущая в подвальный этаж. Справа от лестницы уныло скособочилась такая же хлипкая коновязь. Друзья привязали усталых лошадок и, осторожно ступая по скрипучим ступенькам, спустились вниз.
В лицо ударила тяжёлая струя густого спёртого воздуха, наполненного едким дымом и запахом пива. Трактир в гостинице представлял собой большой, полутёмный зал с низким потолком и изрядно закопчёнными стенами. Крошечные окошки на уровне земли пропускали так мало света, что даже в ясный полдень в зале жгли свет. Смоляные факелы горели ярко, но и коптили нещадно, оттого в зале постоянно витал запах близкого пожара.
В остальном же местечко оказалось вполне благопристойным. Крепкая деревянная мебель, относительно чистый пол, вдоль стены — длинная стойка с табуретками. За стойкой высокий мужик лет сорока, в традиционной вышитой рубахе и кожаном жилете, но этот нехитрый маскарад не скрывал его истинной сути. Смуглая кожа, иссиня-чёрные кудри и пронзительные глаза-угольки. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — перед ними уроженец далёкого Сумарента.
Нахмуренные брови и недобрая ухмылка, которой встретил хозяин новых гостей, делали вполне понятным и название гостиницы. Нетрудно представить, как эти здоровенные ручищи отрывают голову излишне загулявшему клиенту…
«Нездешние» — хмуро подумал сумарец, когда они подошли к стойке. Взгляд его чёрных глаз настороженно оглядел чужеземцев.
Что и говорить, времена настали неспокойные, поневоле станешь подозрительным. А эти двое выглядят не лучше, чем разбойники с большой дороги. Ишь, зыркают по сторонам, того и гляди затеют драку, а кому это надо? Стражники набегут, ещё и монахи притащатся… Эти не станут разбираться, кто прав,
Так думал хозяин «Кровавого полдня», разглядывая вновь прибывших. И чем дольше он на них смотрел, тем меньше они ему нравились. Особенную неприязнь вызвал в сумарце молодой черноволосый воин в плаще. Хотя тот, второй — лысый как коленка — был ничуть не лучше.
— Нам бы переночевать, да еды какой, — обратился к хозяину Скахет.
— Ты сперва деньги покажи, а уж потом про ночлег спрашивай, — недобро прищурился сумарец. — А-то ходят здесь всякие, потом проблемы начинаются.
— Не беспокойся, папаша, с нами проблем не будет, — воин извлёк золотой кругляш и покатал меж пальцев. — Нужна комната на пару дней, да еда нам и нашим лошадям. Можешь что-нибудь предложить?
— Возможно, — хозяин проследил за движениями монеты, прикинув, что жёлтый кругляшок ему бы сейчас не помешал.
— Вот и договорились, — видя, как трактирщик жадно следит за монетой, Скахет стукнул ей о стойку. — Лошади на улице, а мы пока присядем вон за тот столик, — он указал в дальний угол.
Поужинав, друзья поднялись в отведённую им комнату и стали готовиться ко сну. Вернее Скахет разделся и растянулся на постели, а Колин, скрестив ноги, уселся прямо посреди комнаты. Воин никак не отреагировал на чудачества друга. Такое он видел не единожды.
За время, проведённое в Сионе Колин изрядно поднаторел в работе с Астралом. Сержанту настолько понравилось это занятие, что он мог часы напролёт проводить в трансе. Астрал стал для него вторым домом. Там он оттачивал не только приобретённые магические навыки, но так же владение мечом. И если бы не Скахет, Колин, наверное, и вовсе бы оттуда не возвращался.
Стараниями научившегося врачевать друга воин поправился быстро и, не желая сидеть мёртвым грузом, тут же отправился в сионскую школу мечников. Там он попросил для себя место временного инструктора и после демонстрации способностей был приставлен к двоим отпрыскам знатного родителя.
В свободное время Скахет не забывал и про Колина. Правда, теперь их тренировки не сопровождались нравоучениями черноволосого воина, а всё больше походили на боевые поединки. Сержант уже свободно владел мечом, интуитивно подбирал стойки и придумывал новые связки.
В общем Колин зарабатывал помощью лекарю, Скахет фехтованием и к моменту отъезда из Сиона у них скопилась кругленькая сумма. Часть денег друзья потратили на одежду, лошадей и вооружение, но большая часть так и осталась лежать в кошелях, внушая веру в светлое будущее...
Привычным усилием Колин вытолкнул искру сознания в Астрал и материализовал в руке подобие собственного клинка. У него вошло в привычку — прежде чем заниматься составлением нового плетения он разминался с призрачным противником. Вот и сейчас сержант встал в стойку и, недолго думая ринулся в атаку.