Вспаханное поле
Шрифт:
Время от времени после глубокой затяжки старик закаш¬
ливался, но, отдышавшись, опять начинал жадно курить.
Он прервал молчание только для того, чтобы сказать:
— Уже поздно, тебе пора возвращаться на ферму.
— Я переночую здесь,—ответил Панчо.
Отец равнодушно пожал плечами. Панчо решил, что
он хочет остаться один, чтобы погоревать без свидетелей,
и, поднявшись, сказал:
— Темнеет, пойду загоню овец.
Он
отец предоставляли животным бродить где вздумается.
Сев на лошадь, Панчо с помощью собак собрал овец и при¬
гнал их к дому. Стадо изрядно поредело — сказывались
безалаберность и беззаботность Сеферино. Когда Панчо
управился, уже совсем стемнело. Он привязал лошадь к
частоколу и направился к навесу, где мигал огонек сига¬
реты и слышался надсадный кашель отца.
— Клотильда оставила ужин, — сказал Панчо.
— Ешь, если хочешь. Мне что-то не хочется... Пойду
спать, — ответил отец.
Больше обычного волоча ноги, Сория вошел в комнату.
Панчо тоже не хотелось есть. Немного погодя пошел спать
и он. Отец уже погасил свечу, но опять закурил, при
каждой затяжке, неизменно сопровождавшейся кашлем,
вспыхивал огонек сигареты. Панчо был не прочь загово¬
рить с отцом, но молчал, уверенный, что тот ему не отве¬
тит. Он растянулся на кровати и заснул.
На следующее утро, едва открыв глаза, Панчо увидел,
что отец уже встал и носит воду, чтобы напоить лошадей*
12а
Старик упорно не замечал его, и от этого Панчо было не
по себе.
— Вы бы подождали немного, я натаскал бы воды...—
сказал он.
— Я еще не обессилел, могу и сам управиться, — с
неожиданным раздражением ответил дон Ахенор и, не
скрывая более своей неприязни к сыну, которая, несмотря
на время, прошедшее с тех пор, как Панчо начал работать
у дона Томаса, оставалась такой же острой, как в первый
день, проворчал: — Ты ведь теперь пахарем стал, при¬
жился на ферме, значит, там тебе и м.есто.
Услышав этот прямой упрек, Панчо не смог и не по¬
желал промолчать.
— Отец, — сказал он, — к чему нам ссориться? Выду¬
маете так, а я иначе, что ж тут поделаешь!.. Вам нравится
поле, заросшее бурьяном, где бродят одичалые лошади да
овцы, а мне по душе обработанная земля. Может, когда-
нибудь вы согласитесь со мной и вспашете участок, от ко¬
торого сейчас никакого проку—нельзя даже прокормиться
по-человечески.
— Скорее я с голоду
пашню! — вспылил старик.
Юноша замолчал, чтобы не выводить из себя отца. Но
Сория уже закусил удила: с горькой усмешкой он бросил
в лицо Панчо:
— Тебе бы родиться сыном гринго!
— Вы рассуждаете по-своему, а я по-своему,—ответил
Панчо.—Я думаю, что, если поле не обрабатывать, его в
конце концов можно и потерять.
Старик взъярился, словно ему ненароком плеснули ще¬
лочью на открытую рану.
— Потерять?.. Уж не эти ли инженеры у меня его от¬
нимут? Хоть я и одинокий старик, но сумею постоять за
себя!
Панчо проследил за взглядом отца и увидел в поле
тех же, что вчера, людей с полосатыми рейками и опти¬
ческим прибором на треножнике.
— Если бы Сеферино был дома, он бы давно вы¬
швырнул их отсюда, чтобы не хозяйничали на чужой зем¬
ле, — посетовал Сория. — Но он уехал и они своевольни¬
чают, будто я уже помер и участок им в наследство до¬
стался.
9 Э Л Кастро
129
Быть может, он намеренно уязвил мужское самолюбие
сына, дав понять, что не рассчитывает на него. Панчо ни¬
чего не сказал, но подошел к лошади, вскочил на нее и не
спеша, шагом поехал к пришельцам. Он направился к по¬
жилому мужчине, наводившему аппарат на одну из по¬
лосатых реек, рядом с которым стоял молодой человек,
делавший какие-то пометки в тетради. Молодой человек с
любопытством уставился на Панчо, и тот, задетый его
наглым взглядом, сказал:
— Прежде чем вступать на чужую землю, просят раз¬
решения у хозяина!
— Не беспокойтесь, у нас есть разрешение из Буэнос-
Айреса, — с улыбкой ответил молодой человек.
Думая, что над ним смеются, Панчо вспылил:
— При чем тут Буэнос-Айрес! Хозяин участка живет
в этом ранчо!
Возмущенный его тоном, молодой человек ответил так
же резко:
— Для меня единственным хозяином является генерал
Вильялобос, и по его указанию мы снимаем план местно¬
сти.
Пожилой мужчина, по-видимому начальник группы,
вмешался, желая прекратить спор:
— Спокойно, Эмилио, не надо нервничать, разберемся
толком, как обстоит дело.—И, обращаясь к Панчо, ска¬
зал:— Послушайте, мой друг, может быть, мы ошиблись
и должны просить у вас прощения. Не могу ли я погово¬
рить с хозяином участка?