Время Героев
Шрифт:
— Погоди.
Виллем удивлённо обернулся. Он не ожидал, что его будут останавливать.
— Ещё что-то спросить хочешь, юноша?
— Нет. Вызвать тебя на дуэль. Завтра на рассвете, за главными воротами. По правилам Деритора ты не имеешь права отказаться.
Мужчина несколько секунд озадаченно смотрел на Аарона, так спокойно вызвавшего его на поединок. Виллем раньше считал, что его уже невозможно было чем-то удивить, однако же это произошло и всколыхнуло в нём какие-то странные, давно позабытые чувства.
— Действительно, позор на мою седую голову будет, если откажусь. Всё же дуэль двух мужчин — дело чести! Но ты действительно уверен? Я что, так сильно тебя
— Ты так сильно меня взбесил, — бросил юноша и, не дожидаясь ответа, сам встал и вышел из таверны, с гордо поднятой головой пройдя мимо впавшего в ступор Виллема.
Глава 9
По правде говоря, о правилах проведения настоящей Дериторской дуэли Аарон знал лишь понаслышке. Он никогда не интересовался подобными бессмысленными драками за честь, достоинство и прочие вещи, которым человечество даёт особый смысл. Однако в причинах своего поступка разбираться особо не хотелось. "Раз в жизни можно и позволить себе безрассудство" — размышлял он, пока Дангер нервно мерила шагами пол старой тесной гостиничной комнаты, в которой они находились. Ему было отчего-то слишком спокойно. Даже весело. Кажется, он начинает понемногу сходить с ума.
— О чём ты думаешь вообще?! — Кричала и махала руками Дангер, и Аарон невольно подумал, что обычно это его реплика, — мозг есть, так воспользуйся им!
— Поддерживаю, — кивнул Дариэль, сидевший на кровати со скрещенными на груди руками и закинутой одна на другую ногами, — ты недавно порезался листом бумаги и два часа нам приходилось слушать жалобы на боль и слабость от потери крови. А меч ты даже поднять не сможешь, он же весит как половина тебя.
Новоявленный дуэлянт любые доводы пропускал мимо ушей. Он заявил, что отказываться от своих слов не собирается и драке быть.
— Вы поймите, — с внезапной тоской во взгляде тихо сказал Аарон, — он подверг опасности моего младшего брата. Пусть проиграю, но я не мог это… Проигнорировать.
Дангер резко перестала метаться по комнате как рассерженный и загнанный в угол зверь. В помещении вдруг на несколько долгих мгновений повисла звенящая тишина.
— И ты что же, решил, что твоё самоубийство мне чем-то поможет? — Со смесью некого удивления и немного даже восхищения спросил Дариэль.
— Конечно, нет. Это просто было на эмоциях. У меня чувства, кстати, тоже есть. Например, я чувствую, что до сих пор люблю тебя и хочу тебе помочь. А ещё чувствую злость и мне хочется проткнуть Виллема мечом, вытащить его кишки голыми руками, а потом зажарить на костре и сожрать, — признался Аарон, задумчиво уставившись куда-то в потолок.
Это всё прозвучало так спокойно и так не состыковалось со смыслом слов, что Дариэль, который считал до сих пор, что верные спутники его либо боятся, либо ненавидят, просто опешил. Его демонические крылья дрогнули, словно от порыва ветра. Парню подумалось, что, возможно, если Аарон продолжит с таким безразличием высказывать подобные мысли, то за право быть самым отъявленным злом им вдвоём ещё нужно будет побороться. Однако больше всего поразило, что трусоватый и впадающий в истерику от любой боли братец готов мстить не за себя, так бездарно и глупо втянутого в опасный поход, а за него — идиота, у которого ума не хватило послушаться и вернуться домой. Идиота, из-за которого теперь страдают… И за которого готовы ринуться в бой, заранее зная, что проиграют.
А потом парень понял, что было не так всю их поездку. Он сам. Остальные ведь вели себя как обычно — ворчащий и ноющий Аарон, болтливая и шумная Дангер и эти их друг с другом обиженные взгляды и недомолвки… Это он из-за
На смену злости вдруг пришло какое-то опустошающее сожаление. Обострённые чувства притупились и стали почти человеческими. Дариэль ведь тоже до сих пор их обоих любил. "Любовь сильнее всех страстей" — припомнил он слова матери-настоятельницы. Она сказала это, когда рассказывала про Создателя. Про то, как он сотворил этот мир и вдохнул в него любовь.
Повинуясь внезапному порыву чувств, Дариэль вскочил со своей кровати, рывком пересёк комнату и заключил брата в объятия. Тот сначала дёрнувшись в сторону от неожиданности, притих, сжимаемый крепкими руками, а после уткнулся носом в плечо и неловко обнял в ответ.
— Извини, — выдохнул Дар, — и спасибо тебе за всё, что ты для нас делаешь. Проткни мерзавца, отведаем его кишков вместе.
— Обязательно.
— Я, конечно, не хочу прерывать столь трогательную сцену, но давайте вспомним, что Аарон до сих пор совершенно не умеет сражаться, — мрачно напомнила Дангер.
— Может, тогда покажешь пару приёмов? — Аарон высвободился из объятий и с ухмылкой посмотрел на девушку, — впереди ещё целый вечер. Я быстро учусь.
***
Дангер подозрительно быстро умудрилась найти второй меч для обучения фехтованию и гордо преподнесла его Аарону, заявив, что это оружие более лёгкое по весу и с ним может справиться даже ребёнок. При этом довольная собой воительница не стала объяснять, где она видела таких детей и просто отвела друга в какие-то тёмные подворотни.
Они стояли друг напротив друга с поднятыми мечами, сосредоточенные и серьёзные.
— Главное тебе не дать себя ранить, — говорила Дангер, — в этой стойке ты держишь меч по направлению к лицу твоего противника. Так ты защищён от выпада в твою сторону. Держи локти слегка согнутыми, из прямой руки легче выбить меч. Не напрягайся слишком сильно — быстрее устанешь. После каждого удара старайся возвращаться в это положение. Помни, что за секунду замешательства тебя могут проткнуть.
Он пытался повторять движения подруги, но было слишком очевидно, что бои на мечах были не самой сильной стороной Аарона, привыкшего к тому, что о собственной защите можно было не волноваться, положившись на более сильных друзей. Тело было слишком напряжено, парень то и дело путался в руках и в стойках и, вместо того, чтобы плавно рассекать воздух мечом, как его учила подруга, бессмысленно размахивал им, словно какой-то палкой, которой он пытался отогнать злую собаку.
— Так не пойдёт, — вздыхала Дангер, — ты ведь постоянно подставляешься! Я что тебе говорю? У тебя нет щита, вся защита приходится только на меч! И ты должен держать его так, чтобы твоё тело, руки и голова были закрыты. Если бы мы действительно сражались, я бы успела несколько раз перерезать тебе горло и выпить чаю. Не прижимай локоть так близко к животу! Отведи его в сторону и расслабься. Опусти плечи! Нет, теперь слишком вывернул кисть. Как можно держать оружие такой вывернутой кистью? Она ведь вообще двигаться почти не должна. Я ведь запросто могу выбить твой меч. Представь, что клинок — это продолжение твоей руки. Руками же своими ты хорошо умеешь пользоваться?