Восход созидателя. Каратель
Шрифт:
Скоро доедем до пункта назначения. Об этом говорит пробка из дорогих автомобилей, ползущая вперед ленивой змеей. Большинство седаны, но есть и бронированные кортежи как мой. Очень непростое интересное заведение. На транспортировку меня задействовано три единицы бронированной техники и десять взрослых человек, включая водителей. И такой не я один. Интересно, какова доля тех, кто действует не из соображений безопасности, а имиджа, или проще говоря ради понтов?
Все это время младшие Орловы, немного осмелев рассказывают разные истории об одноклассниках. Полезная на этом этапе информация. Все же на данный момент решение
Подъезжаем к разумно спланированной зоне высадки. Одновременно высаживать пассажира могут пять машин. Перед высадкой внимательно осматриваю окружающую территорию. Орлова-старшая смотрит на меня.
— Этот квартал принадлежит Императорской семье. Здесь безопасно. Никто в здравом уме не рискнет устраивать здесь перестрелку.
Я киваю головой и усмехаюсь про себя. Да знаем, проходили.
Выгружаемся под пожелания удачного дня от Екатерины. Дети пытаются взять меня в коробочку: Лариса слева, Гена справа. Совершенно машинально делаю рокировку с Ларисой. В прошлой жизни этикет обязывал, чтобы старший находился посередине. Это же правило распространялось на прекрасный пол, за исключением жен. Младший располагался строго справа. В случае, двух человек младший попутчик или супруга стояли по левую руку. Правой рукой трогаю сзади плечо девочки и уверенно иду вперед. Держись школа, Я иду!
Десять турникетов под навесом, возле каждого находится охранник. Учащиеся прикладывают карточки к считывателю, на котором отражается фотография, фамилия, инициалы и класс в котором учится школьник. Подходим втроём к одному турникету. Первым отмечается Гена, следом его сестра. Моя очередь. Все проходит штатно и мы направляемся к парадному входу. В отличие от моей прошлой школы здесь ученики ведут себя спокойнее. У нас во дворе было много шума, беготни. Здесь же все чинно шествуют по территории. Аристократы. Без приключений добираемся до входа. Здание выполнено в помпезном дворцовом стиле. Никакого евроремонта. Только мрамор, керамика ценные породы древесины. Полы, за исключением просторного холла, вместо ожидаемого мрамора уложены из паркета и покрыты коврами: детки здесь учатся драгоценные, допускать травмы никак нельзя. Брат с сестрой хорошо ориентируются в здании. По четвёртый класс дети учатся в отдельном крыле, отделенном от старшеклассников. В эту часть их не пускают. Тем не менее они уже освоились и уверенно прокладывают путь. По дороге к нам присоединяются ровесники., здороваются с моими попутчиками и с любопытством поглядывают на меня. Естественно я все внимательно фиксирую, лица, имена, характеры. Нас собирается семь человек.
— Смотрите, сопли новые прибыли, — раздался голос с ломающимся баском за которым последовал гогот, потому что смехом подобное ржание назвать сложно.
Подростки как всегда в своём репертуаре. Тело растет, идет гормональная перестройка организма, энергия плещет через край, деть ее некуда, вот и ищут объект приложения сил, желательно безобидный. Четверо недорослей решили, что нашли себе жертву для будущих насмешек. Наша разросшаяся компания тихо проходит мимо. К счастью
Класс просторный, но парт всего десять штук. Они, что интересно, парные, я ожидал, что у аристократов будут индивидуальные столы. Почти все места заняты. Рассчитывал устроиться в заднем ряду для работы со смартфоном, не привлекая внимания учителей. На оставшиеся места быстро рассаживаются мои попутчики, а двойняшки ожидаемо занимают общую парту в третьем ряду. Гена разместил портфель на стуле и подходит ко мне. Судя по всему ребята по привычке расселись как в начальной школе. Остаются два места на первой парте справа у окна. Подхожу и становлюсь рядом.
— На этом месте сидит Мадина Юсупова, — говорит Гена и почему-то добавляет, — Она казанская татарка.
Пожимаю плечами, дескать мне без разницы. Указываю на оставшееся место и смотрю на него.
— Место свободное, но она никому не позволяет сюда садиться.
Киваю головой и усаживаюсь на стул.
В кабинет заходит девушка, на вид лет двадцати пяти, бегло окидывает взглядом класс, подходит к учительскому столу, трогает журнал и смотрит на часы. Интересные у них порядки.
Раздается звонок, одновременно с которым входит высокая девчушка и направляется прямо в мою сторону.
Красивое личико, длинная светлая коса, гордая осанка. Девочка явно очень хорошего о себе мнения. Останавливается возле парты и безапелляционно заявляет.
— Это место принадлежит мне, извольте сударь, освободить его!
Интересные здесь детки. Насколько проще было бы решить вопрос будь это мальчик. Здесь надо тоньше. Осматриваю парту, словно ищу надписи. Далее демонстративно осматриваю это микроскопическое недоразумение. Пока учительница занята разборкой вещей на столе, класс превратился в одно большое ухо.
— Сударыня, не знаю Вашего имени, ибо Вы не были мне представлены, но, смею заверить, что данная парта была мною тщательно осмотрена на предмет обнаружения признаков нахождения ее в чьей либо собственности, — краем глаза вижу, что учительница тоже внимательно прислушивается к нашему диалогу, старательно скрывая это, — Разумеется, в случае предоставления документального подтверждения факта приобретения данного предмета и данной площади в частное владение, Ваша просьба будет удовлетворена.
В классе только что стояла мертвая тишина, а теперь он сменился гулом в котором я выхватываю реплики, частью выражающие мне сочувствие, по большей части это ребята. Другая половина явно злорадствует в адрес гордячки, получившей неожиданный отпор.
Сама виновница скандала стоит красная и явно собирается начать второй раунд, только с менее изысканными оборотами речи.
— Внимание! Прошу внимания! Тишина в классе! — учительница стучит по столу указкой, — Ученики, все займите свои места!
Княжна Юсупова хочет что-то сказать, но ее жестко перебивает педагог.
— Я сказала, всем занять свои места! — и требовательно смотрит на ученицу, которая продолжает стоять в одиночестве.
— Сударыня, будьте добры, присаживайтесь, не заставляйте класс ждать, — мой голос максимально вежлив.
Что-то шипя по поводу неотесанных нахалов Медина с царственным видом усаживается на стул и демонстративно меня игнорирует. Дети они такие забавные.
— Тишина! — смотрит на меня гневно учительница, но в глазах скрываемое веселье.