Восхитительные ночи

Грайс Джулия

Она хотела принадлежать Роману, была готова сделать все, что он попросит…

Он снял рубашку, и от запаха мускуса, исходившего от его тела, у Селии перехватило дыхание.

Он накинул на нее свою рубашку.

– Я не… Вы не должны…

Она уже не знала, что хочет сказать, забыла все слова и безвольно дала Роману закутать себя в рубашку.

– Вы не должны что? Высохнуть и согреться? – Его голос звучал ласково, успокаивающе. – Как же я могу не помочь вам, Селия?

Теперь его руки двигались более осторожно. Ей хотелось,

чтобы это длилось бесконечно.

– У вас такие прекрасные груди, – пробормотал он. – И прелестные розовые соски… – Он нежно отвернул полу рубашки и взял ее левую грудь в свою ладонь. Его пальцы массировали ее тело, поглаживали соски, и Селии хотелось стонать от удовольствия.

Роман поцеловал ее правую грудь, потом провел языком вокруг соска, дразня, соблазняя, воспламеняя ее.

В душе вспыхнул огонь, который, казалось, вот-вот поглотит ее. Селия прильнула к Роману, он поднял ее на руки, понес к маленькой поляне и положил на ложе из папоротника и травы. Рубашка сползла с Селии, и она лежала нагая, позволяя ему смотреть на себя.

– Селия… Боже мой…

Ей больше не было холодно, кожа горела, девушка тяжело дышала. Он хочет заняться с ней любовью! Наконец, наконец-то! Она тоже страстно желала этого.

Роман опустился рядом с ней и прильнул к ее губам. Его язык погрузился в ее рот. Девушка ощутила страшную слабость и беспомощность.

– Я никогда раньше… Роман, я никогда не занималась любовью!

– Это не важно. Я помогу тебе… Обещаю… – Они шептали бессмысленные, но полные ласки слова, которые говорят все любовники в порыве страсти. Роман сбросил с себя одежду и навалился на девушку.

Их тела слились. Селия трепетала, охваченная доселе не изведанным ею наслаждением. И кроме этого всепоглощающего наслаждения, она не чувствовала ничего.

И вдруг они услышали стук колес. Роман вскочил и накинул на Селию свою рубашку.

– Роман? Что…

Она потеряла голову и не могла вернуться к реальности.

– Ш-ш-ш! Кто-то едет!

Он поднял ее и подтолкнул в заросли дикого «таро», заставив пригнуться. Селия дрожала с ног до головы. Только что она была в объятиях Романа, а теперь прячется, будто преступник!

Они ждали бесконечно долго. Стук колес приближался. Молодые люди услышали гавайскую речь и смех мужчин.

– Это заводские рабочие, а может, бригада лесорубов. Если нам повезет, они проедут мимо, – шепнул Роман.

А вдруг рабочие захотят искупаться или выпить холодной родниковой воды? А что если они увидят двух привязанных лошадей и разбросанную одежду? Если их найдут здесь…

Снова послышались голоса, рев быка и щелканье хлыста.

Неужели их обнаружат?

Но, наконец, стук колес стал удаляться. Селия глубоко вздохнула. Слава Богу, они в безопасности.

– К счастью, они поехали верхней дорогой, – сказал Роман, поднимаясь на ноги. Он был прекрасен в своей наготе. Селия тоже встала и запахнула рубашку, испытывая глубокое смущение.

Все так внезапно изменилось, что вернуться к любовной игре было уже невозможно.

– Пойдем, Селия. Мы чудом избежали опасности, но тебе лучше одеться. Рабочие могут вернуться.

Она натянула платье, застегнула пуговицы и завязала тесемки. Где же их чувства, которые всего лишь несколько минут назад охватили их, как пожар? Селия ощущала опустошенность и разочарование.

– Нам сегодня не следовало заниматься любовью, – проговорил Роман.

Селия изумленно уставилась на него.

– Да, это охватило нас, как безумие… – Одетый Роман выглядел так же, как в те минуты, когда появился у заводи. Его глаза, темные и непроницаемые, свидетельствовали о том, что он ушел в себя и его душа уже недосягаема для нее.

– Если это было безумием, то в его власти оказались мы оба, – мягко заметила Селия.

К ее удивлению, Роман сердито посмотрел на нее:

– Такая красивая женщина… Я ведь, конечно, не первый ваш любовник?

– Но я никогда… Я же вам сказала… – Краска залила ее щеки.

– Странно! Но вы столь опытны в любви… И так умело кокетничаете за обедом, ловко манипулируя тремя мужчинами…

Селия была поражена. Да ведь она любит его и была готова отдаться ему! Девушка раздраженно застегнула последние пуговицы.

– Роман, объяснитесь!

– Все очень просто. Джон пожирает вас глазами. Бо тоже. Разве вы этого не замечали, Селия? И разве вам не нравится, что мы все страстно желаем вас?

– Я даже не знаю, что ответить на ваши несправедливые обвинения, – пылко возразила Селия. – Виновата ли я в том, что Джон влюблен в меня? Что касается Бо…

– Довольно! – Глаза Романа сверлили ее. – Неужели вы полагаете, что я поверю вам? За что же такую необыкновенно привлекательную молодую девушку отослали из дома на эти забытые Богом острова? Не считайте меня глупцом! Ни одна хорошая бостонская семья не отправит дочь так далеко без причины. И причины эти, без сомнения, сексуальные.

Селии казалось, что она задохнется от слез.

– Нет! Это ложь!

– Это правда, вы сами знаете. Если вы не были беременны, значит, дело в вашем кокетстве. Вы флиртуете, получаете удовольствие, когда мужчины оказывают вам знаки внимания, постоянно подвергаете их испытаниям. Ну? Разве не так, Селия?

– Нет!

– Не обманывайте себя, красавица, и меня тоже. Все свидетельствует об обратном. Две расторгнутые помолвки, трое мужчин за столом у Бернсайдов, каждый из которых желает вас, что, кстати, вполне обоснованно! – Роман пожал плечами: – Разве вы приехали в Маунтен Вью не как невеста моего брата? А где оказались? Здесь, у заводи Пеле, флиртуя со мной!

– Но… Я могу объяснить…

– Не трудитесь, Селия. Я не хочу слушать! Но вам не следует возвращаться со мной в Маунтен Вью, чтобы никто не заподозрил, что мы были вместе. Вы же этого не хотите!