Восхитительные ночи
Шрифт:
– Я уже сказала вам всю правду, – прошептала девушка. – Мне не следовало приезжать сюда. Я…
Но, как и в прошлый раз, Джон остановил ее:
– Я ничего не хочу слушать.
Селия поднялась и оправила юбку. Краска залила ее щеки.
– Но я должна отказать вам, Джон. Сейчас я еще не готова принять решение. Вы должны это понять.
В тот день после обеда Селия сидела на веранде одна. Услышав голос, она обернулась и увидела Романа. Нежные отблески заката смягчали резкие черты
– Я должен извиниться перед вами, – тихо начал он.
Сердце у Селии подпрыгнуло.
– Это связано с Тиной. В прошлый раз за обедом мне не следовало говорить о проказе. Сегодня она пришла ко мне и стала расспрашивать об этой болезни. Я понял, девочка боится, что она и другие ученики школы в Маунтен Вью могут заболеть.
Значит, он решил поговорить о Тине, а не об их отношениях, не о том, как вел себя с нею!
– Я рада, что вы думаете о Тине. Она очень способная и добрая девочка.
Вечерний ветерок трепал кудри Романа, вызывая у Селии желание прикоснуться к его волосам. Никогда прежде она не ощущала столь сильного физического влечения.
Ей нужно выбросить его из головы, забыть о нем! Но как? Как изгнать из души те новые, пугающие ее чувства, о существовании которых она прежде и не подозревала?
Роман кивнул ей:
– Я ухожу, Селия, хочу кое-что почитать. Доброй ночи.
– Доброй ночи, – ответила девушка, не сводя с него глаз.
На следующее утро Селия поднялась рано и, желая отвлечься от тягостных мыслей, поспешила на конюшню и оседлала Мисти. Лошади Романа уже не было в стойле. «Может, он тоже отправился на верховую прогулку? – раздраженно подумала девушка. – Впрочем, что мне до этого? Пускай едет куда хочет, пусть возвращается в Лахаина».
Она пришпорила лошадь и пустила ее по горной тропе, ведущей к заводи Пеле.
«Вероятно, я сделала ошибку, приехав на Мауи, ибо ничего не добилась. Сейчас я ничуть не ближе к Роману, чем в Гонолулу. Как же мне забыть о нем?»
Она услышала шум водопада и проехала мимо отвесной скалы, с которой падала вода. Повернув, Селия оказалась у заводи Пеле, которая блестела на солнце, как зеркало. Заводь была совершенно пустынна, тишину не нарушало даже пение птиц.
Девушка привязала лошадь, направилась к воде и вспомнила нагую Кинау в венке из белых цветов.
В глубине мелькнула маленькая рыбка. Селия погрузила в воду ладонь, а потом подняла руку и смотрела, как с нее стекают капли, похожие на бриллианты. Она не нужна Роману. Придется с этим смириться, выбросить его из сердца.
Солнце припекало, и вскоре Селия сняла платье и нижнее белье – все, кроме корсета и панталон, а затем вошла в воду. Батист тут намок, и сквозь ткань просвечивала кожа. Поблизости не было никого, к тому же ее платье висело совсем рядом на скале, и в случае необходимости она бы сразу дотянулась до него.
Поплавав минут двадцать, Селия замерзла,
– Кто… кто это? – испугалась она и погрузилась в воду так, что на поверхности остались лишь голова и плечи.
– Это я.
– Вы?!
К своему ужасу Селия увидела Романа, направлявшегося к скалам у заводи Пеле.
– Кажется, вы плещетесь тут обнаженная, как «вахине»?
Роман, улыбаясь, смотрел на нее.
– Я не обнаженная!
– Тогда почему вы не выходите на берег? – насмешливо спросил он.
Селия кокетливо засмеялась.
– Я не выйду, пока вы не отвернетесь!
– А если я не отвернусь?
– Вам придется это сделать! – Она плеснула в него водой.
Роман опустился на колени, набрал в ладони воды и плеснул в девушку.
Селия почти физически ощущала на себе его напряженный взгляд. Его рубашка была расстегнута; грудь, покрытая волосами, блестела от пота. Трепеща от желания, девушка представила себе, что целует его в ямку на шее.
Селия плавала кругами, прекрасно сознавая, что рано или поздно ей придется выйти из воды и прилипшее белье продемонстрирует его взгляду все ее прелести.
Наконец Роман подхватил ее платье и рассмеялся:
– А ну-ка поймайте! Вместо того чтобы дразнить меня, выходите-ка лучше из воды, пока не замерзли. Я здесь уже купался и знаю, какая холодная эта заводь.
С кем он тут раньше купался? Услышав эти слова, девушка задрожала.
– Поспешите, а то покроетесь гусиной кожей!
Она взяла у него платье и вышла на берег, прикрываясь им. У нее зуб на зуб не попадал. Селия возилась с платьем, чувствуя себя совершенно беззащитной под взглядом Романа.
О чем он думает, так пристально наблюдая за ней? Нравится ли она ему?
– Надеюсь, вы не собираетесь надеть платье на мокрое нижнее белье? – воскликнул Роман.
Именно это она и хотела сделать.
– Да вы же заболеете пневмонией!
Не успела она и слова вымолвить, как Роман отобрал платье и принялся раздевать девушку. Его прикосновения возбуждали девушку, и она чувствовала, что все это уже не игра. Это было серьезнее всего, что когда-либо происходило в ней.
Испугавшись, Селия попыталась прикрыться.
– Нет, – прошептала она. – Нет, пожалуйста, я…
Но он уже снял с нее корсет и гладил ее тело, объятое дрожью.
– Не будьте дурочкой. Я врач.
Ей показалось, что голос Романа звучит более глухо, чем обычно.
– Даже местные жители понимают, что замерзать нельзя. – Он мягкими движениями спускал ее панталоны. Роман гладил ее ягодицы. Девушка слышала его учащенное дыхание, и ей казалось, что между ними может произойти все. Что же должно произойти? Селия знала что, но уже не слушалась голоса разума.