Воробьиная туча
Шрифт:
Подумав о детях, Джимбо остановился, а когда он остановился, его затопили печаль и сожаление. Он поклонился, прося прощения у двоих детей, жизнь которых он так жестоко оборвал. Он вспоминал о них ежедневно, и всякий раз представлял их в раю или в Чистой земле, в объятьях Господа нашего Иисуса Христа или богини милосердия Каннон. Он просил Христа спасти его душу и просил Каннон омыть его своей всепрощающей любовью.
Возвращаясь в Мусиндо, Джимбо встретил одну из деревенских девочек, Кими.
Джимбо, сюда кто-то едет!
Джимбо взглянул туда, куда указывала Кими. И действительно, на противоположной стороне долины по узенькой горной тропке спускались шесть всадников. Они находились слишком далеко, чтоб их можно было хорошенько рассмотреть. Но среди них и вправду было двое чужеземцев, мужчина и женщина. Быть может, это те два миссионера Истинного слова, о которых упоминал князь Гэндзи?
Кими вышла на поляну и завопила что есть мочи:
Эй! Э-ге-гей! — И замахала ручонками, стараясь, чтоб ее заметили.
Третий по счету всадник помахал ей в ответ. Это движение напомнило Джимбо князя Гэндзи.
Они нас увидели! Джимбо, пойдем с ними поздороваемся!
Они едут не сюда, Кими. Они просто проезжают мимо.
Что, вправду? Как обидно! А я хотела посмотреть на других чужеземцев.
И ты, несомненно, на них посмотришь, — сказал Джимбо. — В должный час.
Тут по долине эхом разнесся громкий голос Горо.
Джимбо! Джимбо! Джимбо!
Горо, мы здесь! — Кими принялась выбираться на тропу. — Пожалуй, я лучше пойду разыщу его. А то он может заблудиться.
Джимбо смотрел вслед всадникам, пока они не скрылись в следующей долине.
Тропа разветвилась натрое.
Здесь мы разделимся, — сказал Гэндзи. — Хэйко, ты поведешь Старка по тропам с наветренной стороны гряды. Я с Эмилией поеду через долины. Сигеру вернется назад и проредит ряды наших преследователей. Скорее всего, за нами движется Кудо со своими людьми. Он любит стрелков, так что будь осторожен. Хидё, ты останешься здесь. Подыщи несколько мест, пригодных для засады. Если они все-таки доберутся сюда, постарайся продержать их здесь как можно дольше.
Пусть женщины едут вместе, — предложил Сигеру. — Старку следует отправиться с вами.
Я согласен, — поддержал его Хидё. — Пророчество гласит, что на Новый год некий чужеземец спасет вам жизнь. После того, как Старк за несколько минут научился владеть синаи, сомнений быть не может — речь шла о нем. Но если его не будет рядом с вами, он никак не сумеет исполнить пророчество.
В этих глухих местах полно разбойников и дезертиров, — возразил Гэндзи. — Две беззащитные женщины далеко не уедут.
Я не так уж беспомощна, мой господин, — подала голос Хэйко. — Дайте мне ваш короткий меч, и я доеду туда, куда нужно. Обещаю.
Ты доедешь туда, куда нужно, потому что Старк тебя довезет, — сказал Гэндзи. — Не спорьте. Я так решил. Новый год долог. Кто может сказать, где именно произойдет это спасение?
Сейчас не время для шуток, — сказал Хидё. — Старк будет хорошим помощником, если вам придется с кем-то столкнуться. Эмилия же превратится в обузу, и вам придется заботиться еще и о ней.
Я — самурай, — отрезал Гэндзи. — И при мне — два меча и лук. Ты хочешь сказать, что я не в состоянии защитить себя и своего спутника?
Конечно же, нет, мой господин. Просто разумнее было бы рисковать как можно меньше.
Несомненно. Итак, мы встретимся в Акаоке.
Гэндзи объяснил свой план Старку и Эмилии.
Могу я поговорить с Эмилией наедине? — спросил Старк.
Пожалуйста.
Старк и Эмилия отъехали немного в сторону. Старк достал из-под куртки свой небольшой револьвер тридцать второго калибра и протянул девушке.
Вот, это может вам пригодиться.
Но в ваших руках он будет куда полезнее. Или отдайте его князю Гэндзи.
Может случиться так, что князь окажется не в состоянии вас защитить.
Но если он окажется не в состоянии, что же смогу сделать я? Я никогда в жизни не стреляла из револьвера.
Нужно взять его вот так, — показал Старк, — вот так взвести курок и вот так нажать. Это несложно.
Но ведь нужно еще прицелиться!
Прижмите его прямо к цели. — Старк поднес револьвер к собственному виску. — Вам не придется целиться.
Эмилия поняла, что он хотел сказать. Мэттью пытался подготовить ее к самому худшему. Он хотел предоставить ей возможность избежать судьбы, которая хуже смерти. Он не знал, что Эмилии уже пришлось это пережить. И ведь она — христианка. Не такая хорошая, как ее покойный жених, но все-таки христианка. Она не может собственными руками лишить себя жизни.
Спасибо, что беспокоитесь обо мне, Мэттью. Но как же госпожа Хэйко? Разве мы не должны думать сперва о других людях, особенно о тех, кому мы обязались нести слово Господне, а потом уже о себе? Как же вы сможете защитить ее, если отдадите мне свой револьвер?
Старк спешился и развязал седельную сумку. Он извлек из сумки свернутый свитер и, развернув его, достал револьвер сорок четвертого калибра — тот самый, который выкопал тогда из-под руин дворца. Затем на свет Божий появилась кобура. Старк надел ее, затянул кожаные ремешки на бедре и вложил больший револьвер в кобуру. Потом он несколько раз медленно достал его и положил обратно, проверяя, как металл скользит по коже кобуры.
Меньший же револьвер Старк снова предложил Эмилии, и на этот раз девушка его приняла — не потому, что решилась им воспользоваться, а просто затем, чтоб Старку было спокойнее. Им обоим предстоял долгий путь. Если Мэттью в своем опасном путешествии будет беспокоиться еще и о ней, это не пойдет ему на пользу.