Волшебник Ришикеша
Шрифт:
Анна смеется.
— Нет, нормально, да? У человека такое горе, а она заливается? — касается Володя сотрясающегося локтя.
— Просто это очень здорово.
— Вить, а ты мне вот скажи, — останавливается Ден, — если он был таким крутым йогом, как могло это с ним случиться?
— Йог! Он же человек, такой же, как остальные.
— Нет, как-то это не вяжется…
— Ух ты! — На возвышении — жилище с крышей-полукругом. Все выкрашено в ярко-зеленый цвет. — Похоже, наш друг сделал ремонт,
— У него явно улучшилось настроение!
— Наверное, встретил новую любовь.
— Я бы очень хотела познакомиться с ним.
Сплетаются струйки пара, срывающиеся с губ.
— Мы с Азой там были однажды. Она, кстати, была первой женщиной, с которой он заговорил после своего странного обета молчания.
Аза… Опять.
— Если хочешь, можем как-нибудь зайти с тобой.
Со мной. Здесь и сейчас.
За ужином Анна рассказывает историю Лоле.
— Я — в восторге от этого парня.
— Странные все-таки женщины. — Руки Ромы в плюшевых коричневых рукавицах пытаются обхватить стакан с чаем.
— А я все-таки не могу понять, какой же он йог, раз такое… — Ден вновь рядом.
— Мне кажется, мораль этой истории в том, что на каждого йога найдется своя хиппушка. — Ищут зрачки лазурный взгляд, потерявшийся в другом конце вечера.
Карие глаза шоколадной Лолы смеются в ответ.
9
Накануне
— Начнем. С разминки. Очень медленно вращаем головой.
Она стояла у окна. Свет резал глаза, превращая ее хрупкую точеную фигурку в черную тень. Их первое занятие. Он пытался избежать его, отказаться. Мол, занят и все такое. Дел действительно было невпроворот. Аза должна вот-вот родить… В квартире ремонт, пыль, словно туман. Приходится ездить каждый день из Подмосковья, часами просиживая в липко-удушливой пробке. Но отказаться он хотел не поэтому.
Достаточно одного взгляда — издали — желание прикоснуться вспыхивает. Когда с ним случалось такое последний раз? Аза, Аза… Вся его жизнь. И вдруг — взгляд, печальный, под вуалью меда. Пугающе родной взгляд. «Нет, наверное, не смогу с тобой заниматься. Очень занят. Не хочешь попробовать в группе? — Не могу, не хватит сил. У меня есть проблема. — Да, понимаю. Я подумаю». И он подумал. Девушке нужна помощь, и он не может отказать.
Силуэт вздрогнул.
— Тебе нехорошо? — Ближе к ней. Не оправиться от света глазам.
— Сейчас пройдет. Чуть-чуть посижу. Здесь очень душно.
Опускается на пол. Прислоняется к прохладной стене. Протяжная индийская музыка по-прежнему льется из дребезжащих колонок. Витя подходит к окну, распахивает настежь, позволяя звукам сонно-летнего города проникать в зал. Где-то вдали лает собака. Даже
— Ладно. Продолжим. Извини. — Встает, возвращается к окну.
— Все в порядке.
Голова налево, вниз, назад… В полукруге она падает, как-то мягко, в одно мгновение лишившись сил. На коленях — перед ней. Расправляет ее тело, выпрямляет руки, ноги. Кладет пальцы на запястье, доносится пульс, ее дыхание, тихое, еле уловимое. Обхватывает руками ее голову, пытаясь передать энергию. Она пришла десять минут назад и теперь лежит перед ним… Так странно… Ее лоб — прохладный…
Где же ты сейчас, Аня? Откуда ты явилась ко мне в мою размеренную жизнь?
— Соедините ладони за спиной. Правой рукой обхватите левое запястье и медленно наклонитесь вперед. — Пауза. — Возвращайтесь. Разотрите ладони и приложите к глазам. Медленно откройте глаза. Харе Ом.
Анна распутала кокон из тяжелого белого пледа, обволакивающий озябшие колени. Подняла с пола большой ключ с медной биркой «27», аккуратно переступая с ноги на ногу, чувствуя в стопах и икрах противное покалывание.
— Ну, что, идем? — лукаво потягивался Ден.
— Девочки, вы готовы?
— Угу… — сонными голосами протянули Марта и Белка.
Витя кутался в пуховик, искоса поглядывая на четверку.
— Куда собрались?
— В номера. — Анна засмеялась, протягивая вперед ключ.
— А… Тоже мыться?
— Да.
— Поздно уже. И темно. Завтра выходим в шесть утра. Лучше спать иди!
— Не могу идти на ледник с грязной головой.
— Послушай, расслабься. Сейчас очень холодно, ты заболеешь.
— Ты всегда всем говоришь, что все будет хорошо. Почему же меня останавливаешь?
— Ладно. Иди. Все будет хорошо, — произнес он раздраженно и вышел.
Договорились встретиться через десять минут. В полумраке мигающей лампочки Анна на ощупь искала в чемодане шампунь, полотенце, крем с маслом карите. Все это она положила в серую сумку, забросила ее на плечо и до самого верха застегнула молнию куртки. Страшно было даже подумать, что придется возвращаться по неосвещенной улице, обдуваемой голым ветром, с мокрыми волосами. Ден уже стоял у порога.
— Марта в своем репертуаре, копается. Подождем.
— Да… — рассеянно произнесла она, глядя на рядом стоящего Витю с встревоженным лицом.
— Ты фонарик хоть взяла?
— Да.
Он прятал ладони в карманах, а на голову набросил капюшон. Необъятный страх вдруг лег на ее плечи. Завтра предстоит дорога. Сможет ли она проделать этот путь? Или растает среди холодных гор. Мелкие капли посыпались с крупных сосновых веток.
— Витя, мне так страшно!