Волк Спиркреста

Рид Аврора

Когда мы подходим к могиле Лены, у меня подгибаются колени: реальность происходящего становится для меня неожиданным шоком. Я спотыкаюсь, и Захара ловит меня за талию, стараясь поддержать мой

вес. В горле у меня саднит, а глаза горят. Дольше всего я не могу ничего сделать, кроме как смотреть на надгробие, снова и снова читая имя сестры.

Захара кладет букет луговых цветов, который мы привезли с собой. Она сама собрала его, яркие, красивые цветы — такие, которые понравились бы маленькой девочке. Я лезу в карман и достаю коробку с акварельными красками. Стоя на коленях на траве, я кладу ее рядом с цветами.

— Прости, что я не пришел раньше, Лена. Мне было страшно. Прости. Теперь, когда я здесь, мне уже не так страшно. Тебя больше нет, и я скучаю по тебе. Но я всегда буду хранить тебя в своем сердце, сестренка. Надеюсь, однажды я увижу тебя снова. А пока, надеюсь, тебе понравятся акварели. Настоящий художник помог мне выбрать их для тебя, ты знаешь. Жаль, что я не успел подарить тебе это до твоей смерти. Мне бы хотелось, чтобы многое было по-другому. В основном

я хочу, чтобы с тобой все было хорошо. Надеюсь, ты не сердишься на меня, Лена. Я старался изо всех сил, но этого оказалось недостаточно, и мне очень жаль. Я люблю тебя. И я надеюсь, что ты счастлива, где бы ты ни была.

Теплая рука Захара ложится мне на плечо, но она ничего не говорит. Она молча ждет, а когда я собираюсь уходить, останавливается и наклоняется, чтобы провести пальцами по надгробиям.

Она шепчет: — Пока, Елена. Жаль, что мы так и не встретились. Но мы скоро вернемся. Мы будем возвращаться часто. И не волнуйся. Я присмотрю за ним для тебя. Обещаю.

Она никогда не нарушает этого обещания.