Волчье Логово

Балин Константин

 На этот раз всю историю, рассказанную Дарэном мальчику, поведала Кэтрин, правда в свойственном женщине короткой манере. Смуглое, правильно сложенное лицо Клайва – прямая противоположность своему сыну – сделало многозначительный задумчивый вид, после чего он заявил:

– Извините, но не чем не могу помочь.

– Ну а как же ваш сын, - срываясь от нетерпения, сказала Кэтрин, - ведь он божился, что вы знаете! Мало того что мы в пути шесть часов пробыли в ожидании, так теперь и тут вы нас заставляете.

– Извините мэм, если я вас чем-то оскорбил.

– Все в порядке, - вмешался Дарэн, - Мы уже уходим.

 Но не успев выйти за порог, всегда сдержанный Дарэн вскипел от

неожиданного приступа злости: увидев свой новенький Chevrolet, стоящий на кирпичах без двух задних колес, его бросило немой ступор. Громко использовав пару крепких слов, даже, несмотря на близкое присутствие идущего следом Тома, Дарэн закрыв глаза, провел по векам двумя пальцами. Глаза его не обманывали: пока он терпеливо вместе с семьей ждал в приемной появления чересчур вежливого Клайва, его машину разули прямо у него под носом. Стоявшая рядом Кэтрин была не в меньшем потрясении, чем ее муж, след которого уже потерялся за хлопнувшей за спиной тяжелой дверью.

 За высокой стойкой администратора, снова стоял живой скелет Эйджа, беспечно читающего сложенную вдвое газету, увлажняющего горло холодным чаем со льдом.

– Это все вы! С порога начал кричать, указывая пальцем на ничего не подозревающего мальчика Дарэн, - Я знаю, это вы!!!

 Когда опешивший от беспочвенных обвинений в его сторону Эйдж начал оправдываться, на возрастающий внизу шум явился отец мальчика.

– …Полиция? переспросил Клайв, - зачем полиция? Уладим все здесь и сейчас. Поймите мистер…

– Брайс. Дарэн Брайс.

– Поймите мистер Брайс ни я, ни тем более мой сын невиновны в том, что с вами случилось. И я клянусь, что мы не имеем ни малейшего отношения к пропаже колес; скажу даже больше, если бы у меня была лишняя пара, я бы, не раздумывая, безвозмездно отдал их вам, лишь бы только прекратить это недоразумение.

– Недоразумение, - сказал Дарэн, - у меня на улице машина без колес, а вы называете это недоразумением?

– Увы, но мне больше нечего вам сказать, - ответил, запрятав руки за спину Клайв.

– С меня хватит, - сказала Кэтрин, все это время держащая за плечо мужа, - я звоню в полицию.

 Она достала из заднего кармана джинсов сотовый и начала, с особым усердием вдавливать в него кнопки.

– Зря стараетесь, - своим хриплым голосом сопровождал ее старания слегка улыбнувшийся Эйдж, но едва заметив, как уголок его рта приподнимается, закрыл его рукой. – Мобильной связи здесь не было испокон веков.

Юноша не соврал. Кэтрин снова и снова читая на дисплее слова: «Нет сигнала», вынуждена была сдаться и запрятать телефон обратно. Решив, проявит хоть каплю взаимопонимания в этом конфликте, Клайв Донаван на секунду исчез за стойкой и уже вынырнул из-под нее с тяжелым телефоном в руке. Принявшегося сразу крутить пластмассовый диск Дарэна, ожидало тоже разочарование, что и его жену: выдавая протяжные жалобные гудки, телефон отказывался работать в руках незнакомца, на что сожалеющий мистер Донаван пояснил что-то о неполадках на линии.

– Да что же эта за дыра такая! Не выдержав, выдохнула уставшая Кэт.

– Миссис Брайс, мне действительно очень, очень жаль, - сказал Клайв, - но не волнуйтесь вы так. Вечером из Дауча вернется шериф Маккарфи – он-то вам и поможет.

– Вечером!? Переспросил Дарэн, - Мало того что вечером, так еще… Чем же он нам поможет? Может в качестве гостинца привезет мне из Дауча пару новеньких колес???

– Зачем вы так мистер Брайс о шерифе…? Маккарфи хороший человек, я вам за него ручаюсь. А пока мой сын проводит вас в гостиную, где вы сможете отдохнуть с дороги и набраться сил пока не приехал шериф. Эйдж, - обратился он к юноше, - проводи этих милых людей в гостиную, пусть

отдохнуть. И завари им свежего кофе, будь любезен.

Похожий на высохший бледный скелет мальчик сделал все беспрекословно.

 Шло время: солнце зашло за самую высокую вершину окруживших город холмов, а шерифа все не было. Когда огромные гостиные часы с боем пробили восемь Кэтрин, лежавшая в мягком велюровом кресле, вытянув в перед уставшие ноги, заметила ходившему по комнате Дарэну, что на позолоченном корпусе старинных часов выгравирован тот же символ, что им до этого встречался по пути в мотель. Заметив в этом лишь случайное совпадение, Дарэн все-таки подошел по ближе, чтобы разглядеть странный знак. Это были все тоже изображения костей в окружении обезглавленной змеи, только на этот раз мастерски когда-то выбито чеканщиком на металлическом корпусе часов. Над мертвым телом скрутившегося в кольцо гада, как и под ним, была выбита одна и таже короткая фраза: та что выше была написана на непонятном Дарэну языке и была похоже на клинопись; надпись ниже, скорее всего, являлась переводом верхней и гласила - «Жертвующий кровь Господину принимает смерть как дар».

– Странные часы, - пробурчал под нос Дарэн.

 В это время находившейся за стенкой приемной раздался новый голос, и он принадлежал шерифу Маккарфи.

4

Объявившись поздним вечером шериф, оказался немолодым пятидесятилетним мужчиной с не первой проседью на заложенной на бок челке. Он был одет в кремового цвета безрукавку и такого же цвета выглаженные штаны. Не успев выйти на его шаги в приемную, шериф Маккарфи сам встретил молодую семью, переступив порог гостиной. Было бы излишним опускаться в детали его разговора с Брайсами, так как в нем шериф все равно ничего толкового не сделал, кроме рассыпанных им пустых обещаний. После короткого десяти минутного разговора, когда Маккарфи покинул мотель, Дарэн, отчаявшись в своем положении, все-таки решил снять двуместный номер. Он, конечно же, мог заночевать на разложенном сидении своего автомобиля, но как тогда быть в случае уставших в дороге Кэтрин и малыша Тома?

Номер, доставшийся Дарэну, оказался одноместным, как и все свободные номера в мотеле. На все его требования Донавану найти для них в пустом мотеле двухместный номер, владелец отвечал одно и то же: «Все двуместные номера закрыты на ремонт». Заняв свою комнату, находившуюся на первом этаже некоторыми вещами, перенесенных из машины, Дарэн улегся на не расстеленную жесткую кровать и остановив взгляд на стене, через которую находилась комната Кэтрин с ребенком, он закрыл глаза. Сам того не замечая, занятым круговоротом мыслей в голове Дарэн заснул.

 Первая, проведенная в незнакомой постели ночь, оказалась беспокойной: мучавшая ворочающего с бок на бок Дарэна бессонница, вместо приятных сновидений одарила беднягу только несколькими красными прожилками на глазах. Как потом он сетовал своей жене, его мучили постоянный, невесть откуда возникающий временами холод и странный пронзительный гул, доносившийся со стороны холмов в его окно. А еще, перед самым рассветом, он слышал, как скрипели половицы под дверью; скрип то приближался, то становился менее четким, как будто кто-то ходил по темному коридору и старался заглянуть к нему через замочную скважину. На удивление высказавшему Дарэну, Кэтрин тоже было о чем рассказать: шорох под окном, слабый мерцающий свет в щели под дверью и тот же странный, похожий на звук бегущего по проводам ветра, доносившейся с холмов, первым упомянутым Дарэном. Взвесив все за и против, оба приняли решение, во что бы то ни стало выехать из этого мотеля до сегодняшнего вечера.