Шрифт:
Чтобы изменить документ по умолчанию, отредактируйте файл "blank.fb2" вручную.
1
В быстро мчавшемся автомобиле, молодая девушка усталым взглядом глядела в окно. Мимо нее с космической скоростью проносились одинаковые стволы растущих у обочины деревьев и раскинувшиеся вдалеке пестрым веером, бескрайние поля цветущего ириса и желтого, словно солнце золотарника. Шум встречного ветра и несущихся по асфальту
– Милый, - ласковым голосом сказала она, - Сбавь скорость. Нам спешить совсем некуда.
Сидевший за рулем коренастый брюнет лет тридцати сделал вид, что он ничего не слышал. Левой рукой, держась за баранку, а правой пытаясь настроить шипящий приемник, он, то и делал, что поднимал и опускал голову, то вниз, то снова сосредотачивая внимание на разделительной полосе.
– Дарэн, ты, что меня не слышишь?!
– Я все прекрасно слышу, милая.
– Не гони так.
– Хорошо. Дай мне только сначала поймать эту проклятую волну.… И он снова принялся крутить регулятор на хрипящем радио.
– Только не делай слишком громко. Мне кажется, что Томи заснул.
На заднем сидении, свернувшись в безобидный клубочек, спал самый младший член семьи Брайсов – Томи. Вложив в тонкие губки большой палец, он беспечно лежал на боку, поджав под себя ноги. На правой руке мальчика красовался металлический браслетик в виде трех больших заглавных букв его имени. На переднем кармашке его комбинезона были нарисованы герои забавного мультсериала «Том и Джерри», в честь одного из которых и назвали мальчика.
Августовское солнце медленно поднималось все выше и выше. На часах было четверть девятого: вот уже как сорок с лишним минут серебристый седан глотал пыль извилистой дороги.
Каждое лето, в период между серединой июня и концом августа, Брайсы собирали багаж и ехали отдыхать в Национальный парк Грэйхилс, что в западной части Миссури. Удивительная природа, царившая в тех краях навсегда, пленила молодую чету из Айовы и вот уже четвертый год подряд манила их к своим голубым лесам и девственно чистым горным озерам.
Сейчас самое время рассказать о Дарэне Брайсе – главы молодого и счастливого семейства; ведь именно он и был главным инициатором этих поездок. Дарэн был писателем, он работал на «Глобалдэйс джорнал» и писал, а также редактировал для него статьи. В свободное от работы время он печатал в малых формах фантастические рассказы и посылал их различные журналы и издательства. Так на небольшую зарплату и гонорары от опубликованных в других источниках рассказов, Дарен, содержал жену, ребенка и еще мог себе позволить вместе с семьей каждое лето проводить в самых живописнейших местах Америки.
Месяц назад Дарэн начал работу над своим первым серьезным произведением в жанре фантастическая проза; взявшись в первые в своей жизни за написание романа он и предположить не мог, что все будет настолько сложно: сюжетные линии путались и не желали ложиться на бумагу; главные герои словно восковые, покорно читали свои монологи, не проникаясь искрами пролетающей мимо них
Кэтрин – жена Дарэна, всегда помогавшая своей половинке в нелегком творческом пути и поощрявшая любые, даже самые невероятные идеи, которые уже не раз спасали мужа от творческого кризиса, сильно обиделась, узнав, что в этот раз они не поедут в Грэйхилс.
Первым, кто посоветовал Дарэну изменить место, и посетить холмы Слоуна, был его близкий и самый лучший друг Бэн Подольских.
Бэн был родом из Эвэрбэй-Милс, он преподавал в местном университете историю и вел курсы классической английской литературы. Там, в Эвэрбэй-Милс, Дарэн и познакомился с профессором Подольских. Именно Бэн открыл в молодом и зеленом студенте Дарэне Брайсе зачатки писательского таланта; и именно профессор, через шесть лет, после выпуска Дарэна, станет его лучшим другом.
Мог ли предположить Дарэн, что спустя столько времени, он, снова приехав в Эвэрбэй-Милс, вместе с Кэтрин, встретит бывшего преподавателя, в качестве своего нового соседа. Именно Бэн и посоветовал Дарэну, в один из дождливых майских вечеров, сидя как обычно на веранде за баночкой пива, поехать как – то вместе с ним в Слоун. Дарэн в силу своей простоты и наивности, просто не смог отказать бывшему профессору и, в конце- концов согласился.
– И что ты нашел в этом Слоуне? – когда Кэтрин повторяла название города, она строила кислую мину и отводила взгляд в сторону. – Неужели не нашлось других мест, кроме этого захолустья, куда бы могли с тобой поехать?
– Кэт, мы ведь все с тобой обсудили еще неделю назад…. И вовсе Слоун – не захолустье…
При слове Слоун, Кэтрин снова наморщилась.
– …Это маленький городок на границе штата; со своими больницами, школой и городской ратушой. Бэн говорит, что в его пригороде есть какой-то чудодейственный источник, который исцеляет все болезни. А местная достопримечательность – Волчьи Холмы. Вот увидишь Кэт, тебе понравится.
– Ты так говоришь, как будто сам уже там успел побывать, - сказала Кэт. Подумаешь: волшебный источник. Пусть Бэн остается там, навсегда и не вылазит с этого колодца, раз это ему так необходимо. Хотя судя по тому, что он со своими болячками ездит туда каждый год, выходит, что источник не такой и чудодейственный. Сколько Бэну уже: пятьдесят? Больше?
– О, Кэт. Дело совсем не в Бэне. Даже если бы он мне не предложил, я бы все равно не поехал бы в Грэйхилс. Ты ведь знаешь – мне нужна смена обстановки; нужна другая атмосфера; посмотреть на мир под другим углом. Я должен дописать роман. Без этого ни как; если ты, конечно, не знаешь другого способа. Только скажи, и я поверну назад!
– Не утрируй!
Кэтрин сложила впереди себя руки и на минуту замолчала.
– Куда там уже поворачивать; мы уже как час едем. Долго еще?