Воевода Константин
Шрифт:
– Ах, вот оно что! – возмущено, проворчал уязвленный «мастер плетения словесных паутин». Соблюсти интригу и огорошить муравья ему в этот раз не удалось, и он был вынужден признать, что снова стал жертвой излишней предусмотрительности и болезненной подозрительности насекомых.
«Черт возьми! Ну вот, опять я опростоволосился, наивно посчитав их, глупей себя. Нет! От этого застарелого комплекса «всемогущего Венца природы», надо избавляться, и как можно быстрее».
– Значит, ваша высокогуманная цивилизация поступила со мной как с подопытным кроликом. Могли бы, хотя
– Ему ничего больше не оставалось, как надуть губы и прикинуться обиженным ребенком, которому злые дяди, ни за что, надавали затрещин.
– В этом случаи цель оправдывала средства! – виновато проскрипел Месс, пытаясь сгладить возникшее между ними напряжение, однако его неуклюжая попытка возымела обратное действие.
– Нет, напарник! – теперь уже по-настоящему разозлился капитан. – Вы поступили подло! Ведь сколько раз я повторял тебе, что серьезное партнерство не строится на обмане и недомолвках. А вы предали меня! Причем самым бессовестным образом.
– Да как вы не поймете! – муравья аж затрясло от возмущения и обиды. Причем Константин впервые стал свидетелем столь бурного всплеска эмоций с его стороны. – Для вас все, что здесь происходит совершенно не важно. Подумаешь, какая-то очередная увлекательная войнушка! Занимательное и волнующее развлечение для бравого капитана космической пехоты, которое призвано ублажать ваше самовлюбленное и извращенное, постоянными воинами, сознание. Но самое печальное состоит в том, что для вас не существует предела допустимости в достижении цели. Вы, можете, не считаясь с потерями, переть напролом, а потом и вовсе не задумываться над последствиями своих плохо просчитанных решений.
– Все верно! Победителей не судят! – щедро подлил масло в огонь Ярославцев.
– Еще бы! Вам никогда не жить на тех планетах, которые вы разорили и испоганили своим присутствием! Не заводить на них семью! Не воспитывать детей! Вы привыкли беззастенчиво брать у природы только самое лучшее и оставлять после себя загаженные помойки. – И Месс в запале выложил свой самый важный аргумент: – Только люди способны ради праздного любопытства разорять муравейники! – он смолк на секунду, чтобы перевести дух.
– Жесть! Крой дальше! – подбодрил его капитан, все-таки признав правоту насекомого. – Ибо пока мне нечего возразить на твою справедливую отповедь.
– Для нас же, – немного растерянно продолжил тот, так как реакция собеседника оказалась совершенно противоположна той, на которую он рассчитывал, и ему поневоле пришлось оправдываться, – эта экспедиция последний шанс сохранить жалкие крохи своей цивилизации! Не имея право рисковать, мы были вынуждены изучить вас со всех сторон! Да, признаю, порой вопреки вашей воле и с соблюдением строжайшей тайны.
– О, как?! – только и смог произнести обескураженный Ярославцев.
– И ни как иначе! – вновь расхрабрился Месс и даже привстал на задние лапы.
– И чего же вы во мне такого выкопали, таинственные мои? Я надеюсь, овчинка стоила выделки?
– Скрытое сканирование показало нам, что вы обладаете таким
– Неужели все так плохо? – засомневался капитан.
– Если честно, то хуже некуда!
– Хорошо! Если я ходячее, чрезвычайное происшествие, то зачем вы связались со мной?
– У нас не было выбора! Ты думаешь, пески так просто, вдруг ни с того, да не сего, взяли и начали перемещаться? А потом, похоронив под собой большую часть оазисов, подступили к городам? Нет! Это Великие Творцы запустили механизм планетарного уничтожения, который в первую очередь сотрет в порошок нашу цивилизацию. Мы так и не оправдали их надежд, и попали в разряд генетически отработанных материалов. Скоро здесь не останется места ни нам, ни твоим соплеменникам, а на Фаногории наступит эра гигантских тараканов.
– Ух, и как же я мечтаю добраться до этих кукловодов! – Костя непроизвольно сжал кулаки, но тут же, осознав всю невыполнимость своего спонтанно возникшего желания, расслабился, облегченно выдохнул, и устало, прикрыв глаза, тихо подвел черту: – Ну, вот мы наконец-то и поговорили по душам. Причем настолько эмоционально, что даже, в какой-то момент, не заметили, как перешли на «ты»! Премного благодарен за откровение, напарник.
В начале своего диалога с муравьем Ярославцев совершенно не собирался провоцировать его на перепалку. Но, как говориться: «Слово, за слово…».
Хотя… Что случилось, то случилось! И из всего нужно было извлекать пользу. Его самого немного приспустили с небес, да и членистоногий наконец-то отважился показать свою скрытую сущность.
Поэтому капитан совершенно не печалился по поводу произошедшего. Конфликт назревал и рано или поздно он все равно бы состоялся. И сейчас, когда они были вынуждены бороться с бездельем, столь бурная размолвка оказалась весьма и весьма кстати.
И, не испытывая ни каких угрызений, а так же не тая обиду на насекомое, Ярославцев продолжал исполнять свои пилотские обязанности и вести себя так, словно между ними ничего не произошло.
– Нам надо немного снизиться. Уже смеркается, и тараканы наверняка зарылись по уши в своих гнездах. Да и высотное кислородное голодание, плохо влияет на работоспособность твоего головного мозга. Ты становишься излишне агрессивным.
– Возможно. – Нехотя согласился Месс.
– Ты за мной не гонись! – непринужденно зевнул Константин. – Я долго тренировался в барокамерах и могу вести боевые действия без специального снаряжения даже на высоте шести тысяч метров.
– Вы так и не озвучили свой пятый довод. – Вежливо напомнил капитану муравей, возвращая его к главной теме разговора.