Воевода Константин
Шрифт:
Через час серия взрывов сотрясла гору. Проходы оказались обрушены, и малая часть гарнизона полностью изолировала себя за многометровым слоем скальной породы, стали и бетона.
Ярославцев слегка опасался – а понравится ли этот финт Великим Творцам и не произведут ли они еще одну плазменную или лучевую бомбардировку?
Но
Когда давление в поврежденных трубопроводах снизилось до нуля, а над прогретой песчаной поверхностью перестал подниматься губительный туман, тараканы наконец-то отважились на третью, за сегодняшний день, атаку.
Теперь они поделили остатки своей армии пополам и приступили к полномасштабной воздушно-наземной операции со всеми вытекающими последствиями.
Сблизившись с муравьями на предельно допустимую дистанцию, первая половина встала на крыло, а вторая продолжила наступления, максимально увеличивая темп.
Гвардейцы тоже не ловили ртом мух и встретили противника одновременным кислотным залпом.
На какой-то миг передние линии боевых порядков Стражей дрогнули и смешались, немного задержав атакующих. Но все равно муравьи не успели наполнить железы для повторного извержения кислоты.
Спереди на них обрушилась лязгающая хитиновыми панцирями полуторакилометровая лава, а сверху вплоть до подножия горы посыпался уцелевший воздушный десант.
Агония длилась почти двадцать минут…
Не один из гвардейцев не дрогнул и не отступил! Все они до последнего вздоха оказались верны присяги и, не щадя живота своего, дрались в рукопашную пока не оказались полностью истреблены.
Около миллиона уцелевших стражей, большая часть из которых была покалечена, устремили свои взоры на вершину горы.
Там их ожидало последние препятствие – маленькое и слабое
Однако пока этот человечишка, словно боевое знамя, находился там, сражение не считалось выигранным.
И тогда около трех тысяч самых нетерпеливых, не ожидая приказа своих начальников, сорвались с мест и устремились вверх по склону. Они спешили, очень спешили! Солнце уже клонилось к закату, а им еще предстояло, каким-то образом, проникнуть внутрь горы.
Когда же до Ярославцева оставались считанные метры, тараканы вдруг одновременно опрокинулись назад и покатились вниз по склону.
Константин, недолго думая, применил самый эффективный для такого случая боевой навык – ментальный удар, вложив в него все имеющиеся у него энергетические резервы.
Столь внезапный отпор заставил Стражей отнестись к его персоне с должным уважением!
Однако обладая достаточными телепатическими способностями, они сразу же вычислили, что тот полностью израсходовал свой потенциал и больше не сможет противопоставить им ничего кроме плоти и крови.
Он же обреченно выдохнул, медленно запрокинул голову и посмотрел в безоблачное небо.
– Господи! Как умирать-то не хочется! – прошептали его губы, и тараканы, фактически на подсознании услышав этот крик души, словно по команде, бросились на приступ.
Капитан медленно раскинул руки и начал молекулярный распад, надеясь напоследок, максимальным температурным выбросом отправить на тот свет еще несколько сотен насекомых.
И снова, уже второй раз за сегодняшний день, откуда-то из дальних уголков подсознания, в него ворвалось та, совершенно неподдающаяся объяснению, энергетика, которая многократно усилила производимый им эффект.
Конец ознакомительного фрагмента.