Вне игры
Шрифт:
«Мы сами с Игорем разберемся!..» Нет, не разобрались они. Так и не узнав все, что тревожит Сергея, Крутов покинул Москву.
…Прошло время, и Сергей вновь стал студентом, а Ирина защитила диплом. Любовь их выдержала все испытания. Ирина работала, Сергей учился, и казалось, что все развивается точно по плану, начертанному этой удивительно волевой девушкой. Но была в том плане одна трудная позиция — возвращение Сергея из рабочего коллектива в студенческий. И сопутствующие тому обстоятельства. Борис окончил вуз и уехал на Урал. Игорь — в Сибири, и письма от него стали приходить редко. Ирина работу совмещала с заочной аспирантурой,
Ирина рассвирепела, узнав, что Сергей стал опять встречаться с Владиком и даже был у него на холостяцкой пирушке — холостяцкой в том смысле, что собрались гости обоего пола, не обремененные семейными узами. Сергей клялся, что все произошло случайно. «Ты в этот вечер занималась английским, а Владик встретил меня в метро и буквально силой затащил к себе». Она поверила, успокоилась, но первая маленькая трещина в их отношениях так и не заросла. На душе у нее было горько, досадно: «Неужели все прахом пойдет?» А тут еще появился Глебов.
Однажды Ирина твердо решила, что напишет Игорю Крутову и попросит его… О чем? Чем может он помочь, находясь за тысячи километров? Советами издалека? Все это уже было.
И вдруг — приятное известие. Крутов на несколько дней прилетел в Москву. Сегодня вечером Сергей вместе с другом придет к Рубиным. Но застолье, да еще с участием Владика и Глебова, оказалось не лучшим местом для откровенных объяснений. А все остальные дни Игорь был в бегах, и они только один вечер смогли провести втроем у Сергея.
— Мы с тобой, Сережка, толком так и не поговорили. Как дела?
— Нормально…
— Я не понимаю суть этого модного слова. Или у тебя других нет?
Сергей сперва смутился, потом обозлился.
— Опять будешь учить меня уму-разуму… С меня Ирининых наставлений хватит. Сыт ими до начала следующего века. Я просил бы…
Но от зоркого глаза Игоря Сергей не смог скрыть свою душевную неустроенность. И Крутов повел разговор о Сибири, о стройке, об успешных своих хлопотах в ВЦСПС и министерстве — стадион начнут строить уже в этом году, — о сложностях человеческих взаимоотношений в трудовом коллективе. И вдруг совершенно неожиданно, обращаясь и к Ирине и к Сергею, спросил:
— А что это за деятели сидели за столом — Владик и Вася? Пыжились чего-то…
— Наши друзья, — ответил Сергей.
Ирина пожала плечами:
— Я бы их к своим друзьям не причислила.
— Почему?
— Спросите у Сергея… Молчишь?
И Ирина, словно из пулемета — сто слов в секунду, — выпалила все, что думала, все, что наболело, все, что уже однажды говорила Сергею о нем и о его дружках.
Сергею было стыдно перед Игорем. От ощущения собственной беспомощности он становился еще злее и наконец яростно закричал:
— Ты решила всю мою жизнь наизнанку вывернуть?
Игорь примиряюще обнял их и сказал:
— Мир и благоденствие дому сему… Никаких дебатов. Все выяснено, стороны поняли друг друга. Это тоже важно.
Он хотел улыбнуться. Но улыбка получилась кислая. Между бровями углубились резкие морщинки.
Уже прощаясь, Крутов вновь напомнил о своем давнем предложении:
— А что, если вам, друзья дорогие, перебазироваться все же в наши сибирские края? Вот здорово было бы. Что скажете?
Ответа
На улицу они вышли вдвоем — Игорь и Ирина. Долго шли молча. И уже на остановке троллейбуса Ирина сказала:
— Хороший вы человек, Игорь…
— Это вы моему начальству сказали бы… Оно иного мнения…
Крутов весело рассмеялся и вскочил в подошедший троллейбус. Ирина помахала ему рукой и, низко опустив голову, пошла по безлюдной улице.
КОМАНДИРОВКА
— Вам все ясно, Никанор Михайлович? Два задания сразу — Крымов и Строков. Вылет сегодня ночью…
Михеев уже все знал о Сергее Крымове. Может, даже больше, чем требуется, больше, чем это известно Бутову, — есть у него впечатления от бесед с Ириной, от ее вскользь оброненных характеристик Крымова, столь же метких, сколь и противоречивых. Сегодня ночью он полетит в Сибирь, чтобы встретиться там с ним. Михееву наконец-то удалось установить, куда и при каких обстоятельствах улетел Сергей Крымов.
…В редакции ему давно была обещана командировка. Среди внештатных сотрудников он шел под первым номером. Был у редакции и дальний прицел — когда Крымов получит диплом экономиста, забрать его к себе: экономические знания плюс неплохая журналистская хватка, острое перо. И просьбу Сергея послать его недели на две на какую-нибудь большую стройку решили уважить. Крымова только спросили: «А как с дипломом? Не завалишь?» Он усмехнулся: «Наш пострел везде поспел…» Оставалось уточнить — куда?
Михееву известно, что Сергей неожиданно отказался от двух предложенных ему на выбор, весьма приятных адресов — Рига и Ереван. Он настойчиво добивался поездки в Сибирь, в глухомань, в тайгу, где поднялся первый корпус нефтехимического комбината, к которому ныне тянут нефтепровод.
Бутов и Михеев озадачены: что побудило Сергея Крымова, парня, любившего беспечную жизнь, отказаться от командировки в Ригу и Ереван, метнуться туда, в комариные края? Чем привлек его комбинат, продукцию которого с нетерпением ждут не только хлеборобы и текстильщики, но и люди из так называемых почтовых ящиков. Нет ли тут тех подводных течений, что дают основание проявить особую настороженность? Бутов так и нацеливал Михеева:
— Вам, Никанор Михайлович, надлежит разобраться — нет ли здесь побочных наслоений на наш главный вопрос касательно той странной телеграммы?.. Нам небезынтересно знать, почему молодой человек, предложив любимой девушке «ховать игрушки», сам рванулся туда, где будут делать кое-что причастное к «игрушкам» весьма солидного калибра… И рванулся именно тогда, когда к отцу его Ирины заявился этот самый господин Егенс…
Есть еще одно обстоятельство, насторожившее чекистов. Установив наконец, какая редакция и на какую стройку отправила студента Крымова, они также узнали, что по дороге на комбинат он должен остановиться в одном из сибирских институтов, причастных к рождению гиганта нефтехимии. В течение нескольких дней запрашивали институт о Крымове: «Нет, не был, не знаем такого». Связались с дирекцией, парткомом стройки: «Нет, не приезжал к нам московский журналист Крымов». Тогда решили проследить по спискам пассажиров Аэрофлота. Вроде бы он, Крымов, должен быть на стройке. Аэрофлотовские документы свидетельствуют: пассажир С. Крымов прилетел в областной центр и в тот же день на самолете местной авиации прибыл в райцентр.