Вкус огня
Шрифт:
— В субботу, — сказала она. — Мы можем пожениться уже в эту субботу.
— Ах, Мэрилин, как бы мне хотелось, но это невозможно!
— Почему?
— В воскресенье утром я еду в Сан-Антонио. Очень рано. — Ройал, как умелый обольститель, провел руками по ее бедрам. — Я не хочу так сокращать нашу первую брачную ночь.
— Я могу поехать с тобой. Он покачал головой:
— Это Деловая поездка, дорогая. В понедельник я встречаюсь с человеком Пинкертона.
— Зачем?
Заметив ее настороженный взгляд, Ройал беспечно продолжил:
— Оружие не предотвратит бед, свалившихся
— Ты уедешь утром в воскресенье, чтобы встретиться с ним в понедельник. А что же дальше?
— Если все пойдет хорошо, вернусь во вторник, возможно, привезу его с собой.
— Ладно, надеюсь, дела не задержат тебя. Давай устроим свадьбу в следующую субботу.
— Отлично. А ты займись приготовлениями. Скрепя сердце Ройал поцеловал и обнял Мэрилин, лживую, холодную и расчетливую.
Оторвавшись от нее с деланной неохотой, он проговорил:
— Ну, хватит пока. Нам надо соблюдать приличия, любовь моя. Иди, тебе пора домой.
И, взяв ее за руку, вывел на веранду.
— Я приеду завтра, дорогой, с первым наброском списка приглашенных.
Ройал кивнул. Если Мэрилин намерена вести игру до конца, будет трудно держать все в тайне. Вернувшись в кабинет, Ройал решил все рассказать Антонии. Лучше уж сейчас выслушать упреки, чем ждать, пока дело зайдет слишком далеко. Прежде чем поговорить с Антонией, он решил выпить, чтобы поскорее забыть поцелуи Мэрилин.
Глава 21
— Уезжаешь? — удивилась Патриция, остановившись с Оро посреди комнаты.
— Да. И немедленно.
— А как же твое обещание Хуану? — Томас встал с кровати.
— Думаю, Хуан понял бы, — убежденно сказала Антония.
— А как насчет Ройала? — осведомилась Патриция.
— Ройал здесь ни при чем.
— Как это ни при чем? Да как ты можешь говорить такое?
— Очень просто. Он только что сделал предложение Мэрилин. Я должна исчезнуть.
Антония быстро направилась к себе. Ее ничуть не удивило, что, как только она положила сумку на кровать и начала укладывать вещи, появились Патриция и Оро.
— Сядь, Оро. Ты должен дать ноге отдохнуть, — спокойно сказала она.
— День только начался, чика. Я еще не успел устать.
— Ты действительно уезжаешь? — прошептала Патриция.
— Да.
— Томас тоже укладывается. Он поедет с тобой.
— Но мне это не нужно, Оро.
— А мы с ним считаем иначе. Ты уверена, что Ройал просил Мэрилин выйти за него замуж?
— Да, Оро. — Антония вздохнула. — Я видела, как он поцеловал Мэрилин, здороваясь с ней, чего никогда не делал. А потом я пошла за ними, когда Ройал повел ее в кабинет. Смотрела и слушала через дверь в библиотеку. Он сделал ей предложение.
— Не может быть! — возразила ошеломленная Патриция.
— Спустись вниз и послушай сама. Они, наверное, все еще строят планы.
— А разве не трусость — вот так убегать, дорогая? — спросил Оро.
— Возможно, но я так не думаю. У меня нет выхода.
— Поговори с Ройалом, — предложила Патриция.
— Мне некогда играть с ним в его игры. Я беременна.
— Антония увидела, что Оро и Патриция потрясены. Будь дело только в Мэрилин, я бы, может, и осталась. Обещание, данное Хуану, держало бы меня здесь, даже если бы Ройал бросил меня. Но это, — она положила руку на живот, — все меняет. Я была дурочкой и надеялась, что Ройал выберет меня, но он предпочел Мэрилин. Вот я и уезжаю. Скоро станет заметно, что я жду ребенка. У меня нет времени.
— Это верно, чика, — согласился Оро.
— Оро, — перебила его Патриция, — Антония должна поговорить с Ройалом.
— Зачем? Он сделал выбор. Теперь здесь нет места для Антонии и ее ребенка. — Он повернулся к Антонии: — Ты отправляешься в Мексику?
— Да, в нашу деревню. Если старый дом уже непригоден для жилья, найду другой.
Когда в дверях появился Томас, Антония поцеловала Оро и Патрицию.
— Я дам вам знать о себе.
— Да. Так будет лучше. — Оро кивнул.
Никто не заметил, что Антония и Томас седлали лошадей. Ей было приятно, что Томас молчал, когда они отъезжали от ранчо. Но едва ранчо скрылось из виду, они встретили Мэрилин. Казалось, эта женщина знала об их отъезде, но, судя по всему, она наслаждалась, окидывая взглядом землю. которая скоро будет принадлежать ей.
— Признаться, не ожидала, что Ройал выставит вас так быстро, — сказала Мэрилин.
— Ройал не выставлял меня, сеньорита, — возразила Антония.
— Нет? — Мэрилин посмотрела на дорожные сумки, притороченные к седлам. — Вы берете вещи даже для обычной прогулки?
— Я действительно уезжаю, но меня никто не прогонял.
— В Мексику?
— Да, и кратчайшим путем.
— Надеюсь, ты поняла, что не можешь быть с Ройалом?
— Но, сеньорита, я уже была с ним. До свидания, — по-испански сказала Антония.
Она не оглянулась, когда они отъехали от Мэрилин. Злобный блеск в глазах этой женщины не доставил ей удовлетворения. Что бы ни говорила Антония, она проиграла эту игру.
— Ты уверена, что делаешь то, чего хочешь? — спросил Томас.
— Это совсем не то, чего я хочу. Это то, что я должна сделать.
— Ты могла бы избить эту дрянь, намеревающуюся занять твое место.
— Ошибаешься, Томас. Это я заняла ее места, но совсем ненадолго.
— Не понимаю. Мне казалось, что гринго отставил эту женщину, потому что хотел тебя.
— Вот и я так думала. Но я позволила одурачить себя красивыми словами и страстью. Только прошлой ночью мы говорили о том, чтобы поселиться в одной комнате. Ройал спросил меня, останусь ли я, когда мы выиграем эту битву. А что сегодня? — Антония покачала головой. — Зачем он говорил мне все это, если собирался сделать предложение Мэрилин?
— Не знаю. В этом нет никакого смысла.
— Вот и мне так кажется.
— Может, тебе следовало спросить его?
— Нет, хотя мне было бы интересно услышать его ответ. Но ты не знаешь всего, Томас. Я ношу ребенка Ройала.