Визит
Шрифт:
– Везувий, - любезно подсказал Амон.
– Везувий, - повторила Светлана, - он тоже будет извергаться, когда Дорн ступит на землю Италии?
– Нет, не думаю, итальянцам Помпеи хватит. Не все же время так гулять.
– Это ваших рук дело?
– поразилась девушка.
– Магистр так захотел. Представляешь, весь город под пепел. Прямо законсервировали. Натурально. А город был просто шик! Храмы, театры, виллы, рынки все это раз... под пепел и шлак.
–
– не поверила его словам Светлана. Дома были погребены в семьдесят девятом году нашей эры. А Вам от силы лет тридцать. Вы надо мной смеетесь.
– Отнюдь нет, - покачал головой Амон. Обняв её за плечо, он устремил горящий взгляд на мерцающие портовые огни. Не отводя глаз от города - признался: - Я гораздо старше, чем ты можешь представить. Я видел, как отстраивались Помпеи, и как магистр разрушил просто и быстро. Такая судьба была у этого древнего народа. Как говориться: - не судьбу делают обстоятельства, а судьба направляет их. Смотри, как красив ночной город с неоновыми вывесками, портовыми огнями, и освещенными окнами домов.
Девушка удивленно вскинула на него глаза, Амон преподносил один сюрприз за другим.
– Вот уж не ожидала услышать от Вас, что еще что-то Вам нравится. Я думала кроме жестокости, никаких других чувств Вы не испытываете.
– Да. Я жесток. Зачем мне проявлять заботу о ком-то? Беспокоиться и волноваться? Этим занимаются другие, естественно это касается только людей. К магистру и его окружению я отношусь иначе. И ещё, в моей работе чувства только помеха.
– Амон тихо фыркнул.
– Убийца, тревожащийся о своей жертве. Что может быть отвратительней.
Отвлекая Светлану от этой темы. Амон обратил её внимание на приближающийся порт.
– Через минуту - другую мы пристанем к берегу.
– Амон, в нашу яхту никто не врежется? Смотрите, оно совсем не освещено. А, насколько мне известно, хотя бы два разных огня должны светиться по бокам судна.
Амон махнул рукой.
– Условности! Никакие знаки нам не нужны. Корабль войдет в порт незаметно. А, лишившись пассажиров, исчезнет, и не появится в порту, пока он нам не понадобится.
Стоя рядом они наблюдали за приближением порта. Шум кораблей и катеров достиг "Летучего голландца", пронесся над палубой, проник в кают-компанию, заставив находившихся там пассажиров, прервать развлечения и устремиться к борту судна, чтобы увидеть разворачивающуюся панораму ночного Неаполя.
Управляемое твердой рукой, судно, обогнав скопление мелких яхт, вплотную подошло к причалу. Расторопные матросы живо укрепили канаты и спустили трап.
Светлана и Амон направились к собравшимся у трапа. Все были в сборе. Барон притащил упирающуюся Мэгги, пассажиры расступились, давая им проход к трапу. Нагнувшись, Барон отстегнул прикреплённую к ошейнику цепь с сидевшей на четвереньках обнаженной девушки. Затем размахнулся и откинул цепь в сторону. Звякнув, она змеей скользнула в черную воду. Барон махнул на сверкающий огнями город и приказал съежившейся в испуге
– Ступай.
По-видимому, не поняв его слов, Мэгги не шевельнулась, только озиралась, вокруг сверкая глазами полными безумия. Теряя терпение, Барон поддал коленом ей под зад от чего она, визжа, скатилась по трапу на бетон пирса. Вскочила. Метнулась в темное пространство между домами. И её визг долго разносился эхом по подворотням.
Дорн медленно спустился с корабля.
Ожидавшая землетрясения, Светлана была удивлена наступившей тишиной.
Негромко переговариваясь, остальные устремились вслед за Дорном. Амон потянул девушку за собой, подчиняясь его приглашению, Светлана спустилась по трапу, и, от непривычки пошатнулась, ощутив под ногами твердую землю. Остановившись, спросила:
– Корабль сейчас исчезнет?
– Да.
– А наши вещи, неужели мы останемся без них?
– Девочка моя, ты забываешь, с кем находишься рядом! Все вещи всегда при нас, где бы мы ни находились.
Удовлетворенная ответом Светлана поспешила за уходящей в город группой. Но тут же остановилась.
– Что еще?
– обернулся Амон.
– Моя раковина, я хочу иметь её при себе. Амон я сбегаю на корабль, я её быстро найду.
– Светлана замолчала, увидев, что Амон покачал головой.
– Оглянись назад, - посоветовал он.
Светлана обернулась. Вода мирно плескалась у причала. "Летучий голландец" исчез, испарился. Амон спросил:
– Эта раковина?
Резко обернувшись, девушка обнаружила в руках Амона знакомую, желтую раковину.
– Да, да! Эта!
– радостно воскликнула она, аккуратно взяв её в свои руки. Бросив на Амон взгляд полный радости и благодарности.
– Спасибо, Амон.
– Поедем, мы и так порядочно задержались, - проворчал Амон. Прибавив шаг, они быстро догнали остальных.
По городу шли довольно долго, но никто не выразил желание остановить такси, или применить какой-нибудь другой, более быстрый способ перемещения. Небольшой группой они дружно шли по тротуару, освещаемому неоновыми вывесками и уличными фонарями. Пришедшая ночь не уменьшила количества людей на улицах Неаполя, жизнь била ключом, городской шум ни на миг не утихал.
– О! Это миленькая гостиница!
– воскликнула Катерина, остановившись перед небольшим, трехэтажным зданием. Должно быть скромная обстановка этого дома пленили ее. Обращаясь к спутникам, она заявила: - Вы идите, а я с Валентином останусь здесь. В таком уютном гнездышке не хватает только нас.
Оставив их в облюбованном доме, свита Дорна во главе с хозяином углубилась в лабиринт домов. Оставив позади еще несколько кварталов, Дорн остановился возле многоэтажного отеля.