Вивея
Шрифт:
Вивея прищурилась, явно пытаясь подловить меня на очередной лжи. Ну, это была ложь во благо, я так считаю. Мое лицо осталось непроницаемым. Я сделал несколько шагов вперед, подходя к обрыву и посмотрев вниз, на железную дорогу. По ней часто ездили поезда, и я любил слушать этот саундтрек грохочущих составов и вагонов.
— Что же. Час. Думаю, хуже не станет. — Сказала брюнетка, демонстративно отходя от меня назад, к машине.
Ее какое-то время не слабо потряхивало, от пережитого шока. Поездка явно была хорошей встряской для нее, но на мои вопросы и любые проявления заботы она отмахивалась, бросая нервное "все хорошо". Что же, сам виноват. Я не просто исчерпал лимит ее доверия, я там нехилую брешь
— Ты серьезно этого хочешь? — Спросил я, также не глядя на девушку. Со стороны может показаться, что я виду диалог с рядами шпал. Впрочем, от них отдачи было больше, чем от принципиальной брюнетки. И почему я не втюрился в поезд?
— Хочу чего?
— Закончить все здесь и сейчас. Разойтись, будто ничего не было. — Я на мгновение осекся и добавил: — Поправка: попытаться разойтись, будто ничего не было. Не думаю, что сделать это будет также легко, как сказать.
Какое-то время Вея обдумывала ответ, или тщательно подбирала слова, а может и просто не хотела говорить. Но все же ее голос появился в повисшей ночной тишине, нарушаемой лишь звонким плачем цикад:
— Да. Это то, чего я хочу, Арчибальд. — С показным спокойствием ответила Вивея.
Я усмехнулся, покачал головой и обернулся, чтобы взглянуть на девушку:
— Поверить не могу… Какая же ты все-таки дура.
Судя по вспыхнувшим глазам, девушка не это ожидала услышать.
— Я? Я дура?! Лишь потому, что хочу вернуть себе свою жизнь?
— Какую жизнь, напомни? Ту, от которой ты бежала сегодня ночью? Хочешь назад в золотую клетку, к которой так привыкла? Или ту, из которой я вытянул тебя, как суицидника из петли? — Лицо девушки помрачнело, да, я не всегда могу выбирать выражения.
— Знаешь что? Подойдет любая жизнь, если там не будет тебя! Я не могу смотреть на тебя, понимаешь? Не могу свободно дышать при тебе. И самое сложное смотреть на тебя и не думать о том, что я натворила. — Она вскинула правую руку и оттянула рукав куртки, на тонком запястье в лунном свете блеснуло белое золото. — Видишь это? Я ненавижу тебя за то, что ты заставил меня испытать, когда забрал его. Я считаю этот поступок таким низким, что мечтаю ударить тебя. Но даже этого я не могу себе позволить, потому что у меня не получается тебя ненавидеть. Я как будто не имею на это права, из-за той боли, что причинила тебе. Отношения? И все они будут с оглядкой на прошлое? На то, что мы уже причинили друг другу, Арчи? Смотреть в твои глаза и думать: ты говоришь правду? Или ты все еще ненавидишь меня?
— Ты просто боишься, верно?
Девушка вздрогнула, как будто ее застиг поток холодного ветра, но тут же выпрямилась и вскинула подбородок:
— Тебя что ли?
— Возможно, и меня. А еще тех чувств, что ко мне испытываешь. Ты боишься даже попробовать, дать нам шанс. Хотя совсем ничем не рискуешь.
— Я рискую собственными нервами. Я рискую тем, что ты доведешь меня до клиники или вообще до самоубийства. Ты знаешь, как мне было плохо, Хантер? Ты предал меня. Единственный человек, которого я пустила в свою жизнь, оказался тем, кто мечтал ее разрушить. Нет, не так. Она и без того была разрушена до основания, Арчи. От меня ничего не осталось, понимаешь? А ты пришел и стал складывать все: кирпичик к кирпичику, кирпичик к кирпичику… Чтобы потом взять чертов бульдозер и снова все снести. А я, я как полная дура, с улыбкой счастья и влюбленными глазами еще и ключи тебе от этой машины отдала. На, Хант, уничтожай меня! И после этого ты говоришь, что я ничем не рискую? Ну да. Я всего лишь рискую не пережить, если ты снова затеешь свои игры… Ай, к черту!
Девушка раскраснелась, вытерла ладонью лоб, а затем и вовсе сдернула с себя куртку. Нервно стянув ее рукава, она рассержено кинула верхнюю одежду на капот. Прямо сейчас Вея выглядела разъяренной
— Вея, ты что, не слышишь меня? Какая игра? Ты просто… Ты просто не понимаешь, что я к тебе чувствую. — Я едва ли не в отчаянии покачал головой.
Как достучаться до человека, настолько запертого? Да она была в чертовом бункере и не собиралась оттуда выходить! Мои слова как будто врезались в глухую стену, отбрасываемые назад. Снова и снова.
— Так объясни. — Тихо сказала девушка.
— Как? Что я должен сказать еще? Как я могу тебя убедить? Уже то, что я готов едва ли не на коленях ползать должно о чем-то говорить?
Вивея поморщилась:
— Ты намекаешь на то, что ты, весь такой гордый, но готов пасть ниц передо мной? Успокойся, чистота твоих брюк не будет нарушена. Мне это не надо.
Я и сам уже злился. Точнее, меня бросало то в жар, то в холод. В один момент мне хотелось нежно обнять девушку и целовать ее лицо, до тех пор, пока она просто не сдастся. А в другой момент меня одолевало желание взять ее за тонкие плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы шарики в ее голове наконец нашли свои чертовы места.
Я глубоко вздохнул, справляясь с собой. Почувствовал, как порыв ветра задевает разбитые костяшки кулака. В нем все еще пульсировала боль и отвлечься на это было даже приятно. Я еще раз глубоко вздохнул чуть прохладный ночной воздух и посмотрел на брюнетку:
— Если тебе немного холодно, я хочу взорвать весь мир и согреть тебя. Если ты расстроена, я будто способен свернуть горы, лишь бы вернуть на твое лицо улыбку. Если ты счастлива, счастлив и я. Мне нравится, когда ты смеешься и улыбаешься. И больше всего, мне нравится то, что именно я заставляю тебя улыбнуться. Как будто я чертов волшебник. Когда я смотрю на тебя, то меня разрывает от чувств. Я будто хочу спрятать тебя от всего мира и оставить лишь себе, как безумный фанат, но одновременно с этим мне хочется кричать этому самому миру: «Смотрите! Это она. Моя девушка». Я ни разу не солгал, назвав тебя красивой, и мне хотелось повторять это снова и снова, но ты так боялась это слушать… Хотя теперь ты, наверное, и в это не веришь? И да, я причинил тебе много боли, но это прошлое! Это все было, я не могу вернуться и исправить сделанное! Но я могу подарить тебе счастливое будущее! По крайней мере, я очень хочу этого. Я хочу видеть, как ты найдешь себя. Я хочу помочь тебе в этом, быть рядом, держать за руку на всем пути. Радоваться твоим успехам и поддерживать, если что-то не получается. Я хочу быть тем, кому ты завариваешь вторую чашку кофе. Всегда.
Она слушала меня, смотря куда-то в бок не видящим взглядом фиолетовых глаз. Здесь, в ночном сумраке, они казались чем-то и вовсе мистическим. Ее нижняя губа была цепко закушена зубками, как будто с целью не сказать лишнего слова.
Вивея стояла у шикарной ярко-синей Bentley, водя пальцем по крыльям логотипа, раскинутым на капоте. В ее позе читалась задумчивость и грусть о чем-то, что мешалось в ее мыслях. И нет, она не собиралась озвучивать свои мысли.
Мной же полностью завладело желание прижать ее хрупкую фигурку к себе и никогда не отпускать. И что сказать? Я любил подчиняться своим желаниям.
Я в несколько шагов преодолел расстояние между нами. Девушка вскинула лицо и прежде, чем она поняла, что происходит, я крепко обнял девушку. Как же удобно она устраивалась в моих руках, господи. Как будто вторая часть моего личного паззла.
— Арчи, мы не должны… — Начала девушка, но замолкла, когда моя рука прошлась по ее спине.
Я чувствовал, как она расслабляется в моих руках. Как ее щека прижимается к моей груди. Как дыхание становится спокойнее.
— Я люблю тебя. — Вырвалось у меня.