Вивея
Шрифт:
Арчи сделал неуловимое движение, будто желая подойти еще ближе, прижать, обнять, но я повела рукой желая, чтобы он остановился. Он послушался. Я продолжала.
— Осенью, ближе к зиме, врач выписала мне антидепрессанты. Знаешь, они и правда помогают. Но я отказалась от них. Не потому что появились побочные эффекты, или боялась быть вялой или сонливой, хах… — Глухой смешок и дрожащие пальцы, убирающие пленку пота со лба заставили Ханта сделать еще одну попытку приблизиться. — Нет, не подходи, иначе я уйду. Слушай меня. Я же тебя слушала. Я отказалась от таблеток, потому что они заглушают боль души лишь
— Сможешь. Мы сможем. Мы все преодолеем. Да, я должен был сказать раньше. Может, тогда все было бы не так…
— Должен! Должен был! — Крикнула я, не в силах более сдерживаться. — Но ты молчал, понимаешь? Ты молчал каждый день и каждый час, рядом со мной. Ты мог закончить это в любую минуту, стоило всего лишь открыть свой рот. Ты мог сказать мне правду. Сам. Но ты не сделал этого.
— Да потому что я люблю тебя! — Крикнул Арчи с таким надрывом, как будто сила его голоса могла разрушить выросшую стену между нами. Но нет, она была слишком крепка.
— Что? — Тихо спросила я, чувствуя, как мои губы растягиваются в улыбке. Но она совсем не выражала веселья.
Арчи сделал очередное движение по направлению ко мне, но затем остановился. Руки парня метнулись к волосам, взъерошивая темные пряди. Какое чертовски знакомое движение. Такое знакомое, что сердцу стало больно. Странно, а я думала, что оно больше ничего не почувствует.
— Я люблю тебя. — Тихо, но четко и уверенно повторил парень. — Я не знаю, как это произошло, но когда понял, как сильно погряз в этом, стало уже невероятно поздно. И я понимал, что когда ты узнаешь о том, что было вначале… Ты больше не сможешь смотреть на меня как прежде. А будешь смотреть… Как сейчас. Я не мог набраться смелости, чтобы пойти на это, Вея. Я не мог сделать этот шаг и признаться во всем. Я не хотел твоей ненависти. Не хочу ее и сейчас. Просто поверь мне, прошу…
Заладил же он: «поверь, поверь»… Как будто моя вера решила бы все проблемы и стерла всю боль. Я горько улыбнулась:
— «Поверь мне»… Как просто об этом попросить. Как сложно эту просьбу исполнить. Я уже поверила тебе, Арчи, один раз. И я доверяла тебе как никому другому. Я доверила тебе единственное, что вообще во мне осталось — мое сердце. А ты растоптал его в прах. Больше мне дать тебе нечего, поэтому…
Я двинулась к выходу, осознав, что начинаю задыхаться. Ощутив, как по щекам наперегонки снова несутся чертовы слезы. Признак моей слабости. Доказательство моих проклятых чувств к этому человеку. Этому предателю. Ублюдку. Ничтожеству. Мрази! Сколько ругательств не пронеслось бы в моей голове, этого было мало. Мало, чтобы поверить в то, что я действительно так думаю…
— Нет, не уходи! Ты не можешь…
— Оу, тут ты ошибаешься. Даже если учесть, что сердце ты мое, так сказать, разбил, ноги у меня все еще целые. Так что я могу и уйду.
— Нет, Вея! — Руки парня сжались на моих локтях и с рывком развернули меня к себе. — Я люблю тебя,
— Если бы ты правда меня любил, то не причинил бы мне столько страданий. Или ты просто не понимаешь, что такое любовь. — Кажется, даже я не знаю что это. Ведь не могу же я любить Ханта, верно? Не могу же…
— Я мог, Вея. — Произнес парень сквозь зубы, как будто эта правда давалась ему с наибольшим трудом. Руки на моих локтях сжались с больше силой. — Потому что хотел этого. Просто теперь все изменилось.
«Хотел этого»? Мне хотелось закричать, так громко и безумно, чтобы он оглох к черту. Мне хотелось крикнуть ему в лицо: Да что я тебе сделала?! ЧТО Я СДЕЛАЛА?! Но…
— Тогда я все еще хочу узнать только одно. — Сжав кулаки, произнесла я и вновь подняла глаза на парня: — За что…
Тихо, на выдохе.
Произнесла? Показалось? Кажется, все же произнесла.
Его лицо опять изменилось. Что на нем? Что это? Подскажите? Это сожаление в глубине глаз, таких родных и чужих одновременно? Или это новая маска, одна из тех, которые он сменяет так ловко, так незаметно. Ох черт. Черт, черт, черт.
— За что, Арчи?.. — Повторила я, теряя терпение.
Взгляд парня скользнул от уголков моих глаз, по щекам и к подбородку. Дотронувшись до лица рукой, я почувствовала, что они следили за слезинками, катившимися по моему лицу.
— За что?! — Уже просто крикнула я ему в лицо. Неужели он меня не слышит? Иначе, почему молчит? Или причины вовсе нет?! — ЗА ЧТО?
— Ты убила мою сестру. — Он сказал это так тихо, что мне показалось, будто я ослышалась.
Крик встал комом в моем горле, заставляя подавиться своим вопросом. Слово «убила» оглушило меня. Убила? Я? Кого? Бред.
Но мозг уже лихорадочно работал. Взгляд скользнул от татуировки парня к моему браслету, а затем к его глазам. Карим. Таким же невероятно карим. Какая же я дура. Какая я непроходимая дура.
Как в замедленной съемке я видела, что парень вновь открывает рот, чтобы сказать что-то еще. Я хотела опередить его, крикнуть «Нет! Не надо!». Или заткнуть уши. Или сделать хоть что-нибудь. Но губы не слушались меня и все тело будто онемело. И всего несколько слов, собранных в короткие, рваные предложения, взорвали весь мой мир к черту.
— Камелия. Моя сестра.
Здравствуй, бездна. Я дома.
*If I fold, Will You Show? (англ. Если я сброшу карты — покажешь свои?). Фраза, которую часто употребляют игроки за покерным столом. Матерые — для получения информации. Начинающие — из любопытства.
*«Теннисный» браслет — знаменитый браслет из белого золота или платины, инкрустированный бриллиантами. Обрел славу после трансляции теннисного матча с популярной теннисисткой Крис Эверт (1987 год, Открытый чемпионат США). Спортсменка всегда играла с бриллиантовым браслетом. Когда он слетел с ее руки, женщина чрезвычайно расстроилась и попросила судью об остановке матча и поиска браслета. Ювелиры воспользовались ситуацией и этот инцидент принес небывалую популярность таким же браслетам.