Виски с лимоном

Конрат Дж. А.

— Есть какие-нибудь соображения, что он имел в виду в той записке, говоря, что оставляет для вас подарок, который глубоко запрятан?

— Нет. Возможно, еще одна жертва? Но нет, он их не прячет, он любит выставлять их напоказ, оставляет в общественных местах. Может быть…

Я вновь прокрутила все это в голове. «Я оставил тебе еще один гостинец, но он глубоко запрятан». А если он намекает, что гостинец там, вместе с телом, глубоко запрятан внутри? Глубоко в теле?

— Что, если он прячет нечто внутри тел?

— Разве

при вскрытии это не обнаружилось бы?

— Может, и нет, если глубоко запрятано.

Бейнс снял телефонную трубку и вызвал помощника патологоанатома Фила Блэски. Он попросил его заново проверить нашу первую Джейн Доу на предмет чего-либо, что могло быть спрятано внутри тела.

— Он этим займется, — сказал Бейнс, положил трубку и поскреб усы. — Со мной вчера разговаривали специальные агенты Кореи и Дейли.

Я молчала, ожидая продолжения.

— Они считают, что вы не в полной мере оказываете им сотрудничество.

Я ответила, постаравшись как можно тщательнее подбирать слова:

— Понимаете, фэбээровская система составления портретов способна из Гитлера сотворить иудея.

Бейнс прыснул, что было ему совсем несвойственно.

— Кто спорит, Джек: лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным.

— Я постараюсь.

— И еще письма. Я хочу, чтобы провели их анализ.

— Они сейчас в лаборатории.

— Я имею в виду почерковедческий анализ.

— Мы и так убеждены, что почерк сходится.

— Это только часть задачи. Канцелярия мэра направляет нам эксперта-графолога, чтобы тот по почерку составил психологический портрет преступника.

Я опять скорчила кислую мину.

— Еще один профиль? А следующим пунктом мы затребуем консультацию психиатра?

— Уверен, что вы окажете графологу всяческое содействие, лейтенант, — внушительно произнес Бейнс, вкладывая в эти слова весь свой властный авторитет. Потом отпустил меня, и я встала, чтобы идти. — Джек! — окликнул он меня.

— Да, кэп?

— Во внеслужебное время берегите себя тоже. Мало будет от вас проку в расследовании, если будете настолько измочалены, что не сможете видеть картину в правильном свете.

Я вышла раздраженная. Прослужив в полиции больше двадцати лет, я поучаствовала в расследовании изрядного количества преступлений и вкусила свою долю давления со стороны СМИ и разных чиновников. Но необходимость сотрудничать с ФБР, а теперь еще и с каким-то прохиндеем-графологом только неоправданно усугубляла наши трудности.

— Смотри на дело так, — отреагировал Бенедикт, когда я передала ему состоявшийся разговор. — Тебе платят жалованье независимо от того, арестуешь ты преступника или нет.

— Ваше отношение к делу оставляет желать лучшего, детектив.

— Это всего лишь работа, Джек. Не принимай ее близко к сердцу. Эти твой способ зарабатывать деньги, чтобы на них иметь возможность жить своей жизнью.

Я не меньше тебя хочу поймать этого гада. Ты же видела, что он сделал с той женщиной. Черт, да погляди, что он сделал с моим ртом! Но когда я выхожу вот за эту дверь, всю работу я оставляю здесь.

— А меня эта самая работа, похоже, преследует, куда бы и ни направлялась.

Харб нахмурился:

— Тебе надо отдохнуть. Возьми отгул. Позвони в службу знакомств, что я тебе говорил, найди себе симпатичного, парня, с кем перепихнуться. Ради Бога, займись чем-нибудь, кроме полицейской службы. Через пятьдесят лет, когда ты помрешь и тебя похоронят, хочешь, чтобы на могильном камне стояла эпитафия: «Она была хорошим копим»?

Я поразмыслила над этим.

— Ладно, — решилась я. — Возьму сегодня полдня отгула. Ты справишься тут на хозяйстве в мое отсутствие?

— Считай, что все тип-топ.

— Тогда до встречи.

— Живи своей жизнью, Джек. Она у тебя только одна. Я кивнула и вышла.

Придя домой, последующие четыре часа я размышляла об этом.

Глава 15

Все дело в тщательной предварительной подготовке.

Если проработаешь досконально каждую деталь, всегда можно выйти сухим из воды. Фокус в том, чтобы оттянуть получение удовольствия до тех пор, пока вся подготовка будет закончена. Вот почему раньше ему случалось попадаться — потому что возбуждение от предстоящего преступления затмевало здравый смысл. Но такого больше не повторится. Теперь он относится к планированию, как к рюмке аперитива перед обедом. Как к любовной игре перед половым актом. Оно превратилось в самостоятельное удовольствие.

Это свое нынешнее пиршество он спланировал так хорошо, что сможет порешить всех четыре за неделю, при этом еще отводя себе достаточное время, чтобы насладиться каждой из них. Это жесткий график, который сделался еще жестче благодаря внезапному интересу, который стала вызывать в нем Джек Дэниелс. Но месяцы, потраченные на планирование и ожидание, и опять ожидание, себя оправдывают. К следующей неделе он уже войдет в историю, станет чикагской легендой, оставив за собой наследие в виде ужаса и безответных вопросов.

Сегодня утром ему пришлось избавиться от тела Меткаф, хотя, на его вкус, он бы подержал ее у себя еще немного. Но что поделаешь: не в его силах справиться с запахом. Конечно, рискованно избавляться от трупов одним и тем же способом два раза подряд, зато это прибавляет ему сверхъестественной загадочности. Он с нетерпением ждет газетных заголовков.

Чарлз сидит на полу в своем подвале, среди бочек с бензином, уставив взгляд в красное кровавое пятно на том месте, где он всего лишь несколько часов назад осквернял труп. Завтра ее место займет другая. А до тех пор ему надо еще кое-что спланировать.