Вирус

Сам-Самойлов Ю. Е.

Заметив новых путников, стражница, перестала жевать и поправив детали мундира, широко улыбнулась.

— Здоровеньки булы, гости дорогие. Рады вас видеть на нашей богатой ярмарке. Горилка, сало е?

— Здравствуйте, уважаемая стража. — Поздоровалась Светка и повторила приветствие стражницы. Попытался повторить и едва не свалился на землю, хорошо Кузя заметил оплошность и поддержал дорогого отца. Светка кинула в мою сторону укоризненный взгляд и обернувшись к страже отрицательно покачала головой. — Нет. Не захватили.

А надо?

— Ни… То у нас карантинный товар. Кстати, коника без ветеринарного разрешения, не пропустим. По яким-таким делам в Окрайну державу пожаловали? Разрешение и приглашение е?

— С каких пор село державой стало? — Удивилась Светка. — Всю жизнь без разрешения к вам ходили торговать.

— Так то когда было? — Стражница похлопала глазками. — А теперь усе по-новому. Мы сами по себе, вы сами. Шо на ярмарку несете?

— Обычный товар. — Пожала плечами Светка. — Пуговицы из рогов единорога. Бижутерия. То, да се.

— То меняет дило. Сей момент. — Стражница прислонила копье к воротам, подошла к нам ближе, торопливо оглянулась по сторонам и шепнула. — Как хорошо, я попалась, а не другая стража. Ой, лютые бабы. По новому закону с каждого встречного, по три пуговицы дерут. А вы погляжу, народ не шибко богатый. Я ж, дивчина дюже добрая, по пуговице с рыла и пропущу со справкой. Соглашайтесь, пока таможня на обеде.

— Ну и что? — Не поняла Светка. — Стража, таможня, какая разница? За что пуговицы? Мы так не договаривались.

— Яки глупая дивчина. — Горестно покачала головой стражница и переваливаясь как утка, с ноги на ногу, перебежала дорогу, спрятавшись в полосатой будке. Расстроилась до недержания? Но через мгновение стражница высунула голову из окошечка. Широкое лицо тетки приобрело государственную строгость. — Эй, дивчина, до мене иди. Тэперь я таможня. Пуговицы давай. Три да три… Девять штук. Справочка от ветеринара в наличии? Карантин проходили? Без оплаты таможенного сбора, стража на ярмарку не пропустит. Усекла?

— Света. Дай тетке три пуговицы, пусть подавится. — Шепнул нашей начальнице. — Не видишь, взяточница?

— Хорошо, мы согласны. — Вздохнула Светка, раскрывая сумочку.

— Добре. — Осклабилась тетка и исчезла из окошка, чтобы мгновенно проявится рядом с нами. Настороженно оглянувшись по сторонам, стражница протянула руку, сложив жирные пальцы ковшиком. Три пуговицы упали на раскрытую потную ладонь и пропали бесследно. Фокусница-иллюзионист. Получив взятку, тетка широко улыбнулась и подойдя распахнутым воротам, торжественно взмахнула рукой. — Проходите дивчины. Гуляйте. Мы завсегда рады дорогим гостям. Ежели проблема, то кликайте. Оксаной бачут. То девичье прозвище.

Путь открыт и раскланявшись с теткой, прошли за ворота.

— Ох, рано — встает охрана. — Пробурчал Кузя, оглянувшись, на оставшуюся у ворот стражницу. — Если каждой тетке при исполнении, деньги давать, без штанов останемся. Взяточница.

— Кузя

заткнись. Не выходи из лошадиного образа. — Прошипела Светка и тяжело вздохнув, добавила. — Тебе ли, парнокопытный переживать? Из одежды — полупустой мешок на спине. Но действительно, что за порядки? Мне про денежные сборы при входе на ярмарку, Марь Ивановна не говорила. Странно.

— Складывается впечатление, что начальница ничего не объяснила. — Вздохнув, перчислил. — Ни про осла, ни про таможню. Живете в глуши, запечные тараканы. Тьмутараканщицы. Куда теперь? Где селянская ярмарка?

— Прямо и налево. — Наша начальница махнула рукой вперед. — Посредине села ярмарка, на площади.

Дорога на площадь, тянулась вдоль невысоких заборчиков, за зарослями садовых кустов, белели аккуратные домики, и гавкали необыкновенно крупные собаки. Заметив незнакомых прохожих, животные бросались вперед, на длину цепи и отчаянно лаяли — ругались. Понять что именно говорили и имели ввиду, сложно, но собачья ругань стояла на улицу.

— Гав-га-ды! Гав-гю-гы! Гав-ди-на! Хрреееныы-рр! — Хрипели в ошейниках злобные псы.

Протянул к собачке руку и тут же испуганно отдернул в сторону. Добрых намерений псина не поняла. Зубы с лязгом щелкнули рядом с пальцами, как волчий капкан. За что собак посадили на цепи? За какие грехи? Что нужно натворить, чтобы потерять благородный облик порядочного пса? Бедные, несчастные животные.

— Не дразни тварь. — Предупредила Светка. — Чем меньше обращаешь внимания, тем быстрее успокаиваются. Гавкают — жратву отрабатывают. Охраняют дома селянок. Сторожа. Друзья челевяка.

— Грозная защита. — Уважительно протянул, отступая от забора. — Загрызут и не заметят. Селянки под надежной защитой.

— Ты уверен? — Усмехнулась Светка и резко наклонилась, намереваясь поднять камень с дороги. Грозно рычащая собака, заметив движение охотницы, мгновенно заткнулась и взвизгнув спряталась за углом дома. Светка подбросила камень в руке, пренебрежительно объяснив. — Пустолайки. Собака лает, ветер носит. Гавкать из-за угла на прохожих, не великий подвиг. Трусливые создания.

— Скорее не трусливые, а умные. — Не согласился с начальницей. — Облаял чужака, выполнил работу, а кусаться и драться за отдельную плату. Профессионалы.

Светка спорить не стала, а метко запустила камень в другую собаку, надрывающуюся в соседнем дворе. Тявканье мгновенно прекратилось. Остальные собаки, почуяв неприятности, немного притихли. Мало ли что за бандит кидается камнями, попадет ненароком. Работу выполнили, хозяина предупредили, а дальше трава не расти.

Чем ближе к ярмарочной площади, тем народу на улице становилось гуще. Селянки как на подбор, высокие и статные. Кровь с молоком. Булочка с маком. Шашлык с кетчупом. Кофе со сливками. Ну и прочие кулинарные изыски. Время к обеду, а мы в пути. Непорядок.