Виртуоз
Шрифт:
С классической красотой лицо Драко не имело ничего общего. Но была какая-то странная притягательная сила в его резких чертах, особенно привлекательных, когда Малфой улыбался высокомерно, глядя на мир свысока.
Официантка принесла бокалы и вино, поставила их на стол и снова исчезла. Драко убрал пробку, разлил вино по бокалам, кивнул Гарри:
– С наступающим?
Гарри приподнял бокал, глядя на Малфоя, пригубившего свое питье, отсалютовал и выпил одним духом. Глаза блондина изумленно расширились:
– Поттер… - прошептал он с
Гарри, почувствовав, что его, кажется, обвиняют в отсутствии хорошего вкуса, моментально огрызнулся:
– Ну, извини!
Раскаяния в его голосе было не больше, чем жалости в сердце у василиска; Драко молча посмотрел на любовника и развернулся, махнув официантке:
– Девушка, принесите нам бокал для виски и одну бутылку «Джонни Уокер». Один бокал и одну бутылку - вот для этого молодого человека. Вино он больше не пьет.
В ожидании заказа они сидели и выпивали - каждый свое. Гарри одолел уже две порции виски из бутылки и теперь беспокойно покручивал в пальцах вилку - ему хотелось налить еще, но при Драко было неудобно.
– Ты потратил на эту машину большую часть своего состояния?
– Малфой потягивал свое вино с километровым названием невыносимо долго, до сих пор не осилив толком даже первый бокал.
Большую часть времени он просто держал бокал в руке, и Гарри с тоской смотрел на серебряное кольцо с гербом Малфоев на безымянном пальце. На гербе был изображен выпуклый меч, обвитый лилией - символом чистоты и невинности (а также французского королевского рода), и выгнувший спину стилизованный горностай.
– Хммм, - неопределенно протянул Гарри.
– Ммм… да.
Интересно, это сильно неприлично - наливать себе, когда сосед еще не допил?
– И много у тебя после этого осталось?
– Ну-у… я потратил все деньги, оставленные мне родителями, и еще пришлось докладывать свои сбережения.
– И что на это сказала Джиневра Уизли?
– Драко шел по следу безжалостно, словно чутьистая гончая.
– Она это не одобрила, - Гарри скользнул быстрым взглядом по лицу любовника и посмотрел в зал: ближайшими их соседями оказались две разнополые парочки и девушка, потягивающая мартини через соломинку, с начала вечера сидящая за столиком в полном одиночестве.
Все шло как-то не так… Совсем, абсолютно не так.
Он ждал… большей романтичности, что ли?
– Блеск, - Драко наконец-то поставил бокал на столик.
– Впервые одобряю реакцию кого-то с фамилией Уизли. Ты удивительно непрактичен, Гарри.
– А тебе-то что?
– сразу же ощетинился Поттер.
– Вас это касается - то, как я трачу свои деньги?
Драко опустил глаза и промолчал. Он теребил краешек салфетки, не глядя на аврора.
– Каково твое финансовое положение?
– спросил он через минуту, разрывая тяжелое молчание.
Гарри прикусил губу: направление, которое принял их с Драко разговор, вызывало у него удивление
– А твое?
– задал встречный вопрос он.
– Я получаю зарплату стажера, пока работаю здесь, в Англии. Это 250 галлеонов* . Как дипломату мне будут платить только за границей. У меня есть трастовый фонд в 460 тысяч галлеонов, но я получу право им распоряжаться только после 25 лет. Состояние моего отца оценивается в 850 тысяч галлеонов, матери - в 300 тысяч, но в любой момент наследства меня могут лишить. Одежда, проживание, пропитание - все это за счет родителей, если я с ними рву, мне придется рассчитывать только на свою зарплату, - Драко произнес все это сухо, ровным голосом, и лишь в конце запил тираду глотком вина.
Теперь настала очередь Гарри прятать глаза.
– Ммм… У меня зарплата 380 галлеонов в месяц, 100 галлеонов я перечисляю дочери. Больше у меня ничего нет… а, еще министерская квартира.
Официантка наконец-то принесла заказанные блюда, и Гарри всерьез удивился при виде миниатюрных тонких ребер на огромной тарелке.
– Мерлин мой, что это? Ребрышки домовых эльфов?
– Что за фантазии, Поттер? Думаешь, я бы стал есть домовых эльфов?
– поморщившись, ответил Драко.
– Это Agnelet, ребра ягнят 30 дней от роду. Попробуй: мясо тает во рту.
– Тридцати дней?!! Честное слово, нет хуже зверя, чем человек.
– Да? По-твоему, лучше поить барашка вином и кормить из рук редкими фруктами, чтобы он стал вкуснее, а затем зарезать - собственноручно, не электрическим разрядом, чтобы мясо не утратило нежность, - и подать к столу?
– Перестань говорить такие вещи, - пробормотал Гарри.
– Я не хочу переходить до конца жизни на морковку и шпинат.
Он решил, что теперь самое время выпить; потянулся к бутылке, но остановился на полпути, услышав насмешливое:
– Начальная стадия алкоголизма, а, Гарри?
– Ничего подобного, - ответил он с досадой, отдернув руку.
Драко намазал на ломтик сыра горчицу и мед: Гарри проследил за действиями Малфоя расширившимися глазами, но, черт побери, это действительно были горчица и мед!
Затем Драко взял ложечку и насыпал сверху очищенные орехи из маленькой чашки, поднес все это к губам…
Гарри пронаблюдал до конца за медленным исчезновением шедевра кулинарии, за слизыванием прилипших орехов с губ…
– А, думай, что хочешь, - выпалил он, отрываясь от созерцания и наполняя бокал.
Виски Гарри закусил сыром, но без всяких извращений.
Драко тем временем приступил к разделыванию какой-то скользкой морской гадости, и Гарри поспешил уткнуться взглядом в свой бокал.
– Не хочешь попробовать?
– перед носом у аврора оказалась вилка с наколотым на нее кусочком студня - Поттер отмахнулся, отпрянул назад, проскрипев ножками стула по полу.
– Очень вкусно.
Глаза Драко дьявольски сверкали - видимо, изводить сотрапезника доставляло ему несравненное удовольствие.