Ветта

Мусланова Екатерина Сергеевна

– Как тебя зовут?

Мужчина решил, что у Геворга помутился рассудок, поэтому не стал отвечать, отчаянно размышляя над возникшей ситуацией. Машина заглохла, а вокруг продолжали останавливаться другие автомобили, и их водители просто сидели, уставившись на...

– Как звучит твоё имя?

– Раду Лебовски... Геворг, ты не помнишь меня?

– Ра-а-аду Лебовски... Со-о-и-и-шта-а-а... Тебе лучше уйти, Раду Лебовски.

– Геворг, тебе нужно как можно скорее попасть в больницу. Здесь недалеко, ты должен пойти со мной.

Юноша скрестил руки на груди и

недовольно повёл чёрной бровью. Его лицо светилось в темноте, как фарфоровая чаша...

– Ты хочешь увидеть это? Ну что ж...

Геворг откинулся на сидении и закрыл глаза. Его руки поднялись к горлу и начали гладить кожу, ключицы, как будто... он ласкал себя, проводя пальцами по чёрным волосам, векам и губам.

– Он так красив... не так ли?- прошептал Геворг, внезапно сверкнув глазами в темноте и глядя Раду прямо в глаза.- Посмотри, Соишта! Это тело было создано для меня, выращено под мои песни, и отдано мне по собственной воле... Смотри и запоминай: едва ли ты увидишь что-то подобное до своей смерти.

Раду просто потерял дар речи. Нужно было срочно брать ситуацию под собственный контроль, иначе он рисковал сойти с ума вслед за Геворгом! Мужчина выскочил из машины, решительно обошёл её и распахнул заднюю дверь, намереваясь вытащить Геворга и силком привести в больницу, но стоило ему заглянуть в салон, как от ужаса волосы на голове встали дыбом: Геворг всё так же сидел, вальяжно откинувшись на спинку кресла, но на том месте, где туловище человека переходит в шею, у Геворга каким-то невероятным образом оказалось две шеи, и на них покоились две совершенно одинаковые головы. На шум они резко обернулись и оскалились - послышалось шипение и утробное рычание.

– Мама дорогая!- Раду споткнулся и упал на спину, пытаясь отползти подальше.

Головы тем временем снова расслабились и продолжили наслаждаться ласками рук, которых каким-то образом стало четыре...

Раду смотрел и не мог отвести взгляд, не мог просто встать и убежать - даже глаза закрыть не мог - его словно парализовало. В какой-то момент он понял, что "Геворг" окончательно разделился, и теперь это были два абсолютно одинаковых человека, которые ласкали друг друга на заднем сидении машины под пристальными взглядами доброй сотни человек.

"Я же брежу, да?"- промелькнуло в голове Раду, прежде чем он окончательно запутался в тумане своих мыслей и провалился в обморок.

Раду очнулся в светлой больничной палате, судя по койкам и стандартным тумбочкам, заваленным лекарствами. В комнате никого не было, и он попытался встать с кровати, чтобы позвать медсестру и разведать обстановку. Тело оказалось слабым и ватным, ноги не слушались его, а голова начала кружиться, как только он оторвал её от подушки. Внезапно дверь отворилась, и в палату зашла полная женщина в белом халате и с передвижной капельницей.

– Что это вы делаете?! А ну-ка, живо в постель! У вас же сотрясение мозга, молодой человек, вам нельзя вставать!

– Сотрясение мозга?- Раду, хоть убей, не помнил, как здесь оказался, и что вообще произошло.

– Ну да! Вчера ведь с вами разговаривал доктор. Вы

попали в аварию и три дня пролежали в коме. Слава Богу, очнулись!

– Авария? Кома? Я ничего такого не помню...

Медсестра тем временем закатала рукав его больничной пижамы и наложила жгут на предплечье.

– Поработайте рукой. Странно, что вы не помните: вчера вечером вы сами рассказали доктору, как поехали на приём к психологу, и не справились с управлением! Он даже пригласил полицейского, и тот запротоколировал ваши показания. Я хорошо это помню.

Медсестра ввела ему в вену катетер и отрегулировала скорость закапывания.

– Полежите вот так, я вернусь через пятнадцать минут.

– Подождите!- она обернулась.- Но как... Со мной ещё кто-то был в машине?

Женщина пожала плечами и улыбнулась:

– Вы вроде бы говорили, что были один в машине. Неужели ничего не помните? Я скажу об этом доктору Звиннику. Не переживайте, он с этим разберётся!

Дверь в палату захлопнулась, и снова повисла приятная расслабляющая тишина, полная утреннего света, танцующих пылинок и приглушённого щебета птиц за окном.

"Я ехал к психологу и попал в автокатастрофу. Я не справился с управлением. Я был в машине один. Я... ничего не помню!"

Раду подождал, пока раствор полностью прокапается, и сам вытащил из вены катетер. Ему уже было значительно лучше, и захотелось пройтись - похоже, он действительно провалялся без движения несколько дней. В коридоре было на удивление тихо: ни пациентов, ни персонала. Раду решил, что они все на завтраке, и побрёл в сторону поста главной медсестры в надежде выяснить, что это за больница, и где его личные вещи. Проходя мимо одной из палат, он случайно бросил взгляд внутрь и остолбенел: на койке, до подбородка укрытый простынёй и в кислородной маске - лежал Геворг Сирумем. Раду огляделся по сторонам и вошёл внутрь, стараясь не шуметь: в палате лежало ещё несколько человек, подключенные к аппаратам жизнеобеспечения, похоже, все они были в глубокой коме...

– Что за чёрт?..- Раду подошёл ближе и тронул неподвижного Геворга за руку - никакой реакции не последовало.- Не может быть... я же...

"Я же - что? Видел его? Или, может, он был со мной в машине?! Дьявол, я ничего не помню, но откуда у меня такое чувство, будто эта медсестра мне солгала, и я был там не один?! Дьявол!"

– Господин Лебовски? Что это вы здесь делаете? И почему не в своей палате?- послышался в дверях удивлённый мужской голос.

– Ох, доктор Звинник, вы меня напугали...

"Стоп!"- Раду обернулся и оглядел совершенно незнакомого человека, которого он, почему-то, узнал, и даже назвал по фамилии. Доктор оказался плотным мужчиной с чудесной белой бородкой и добрыми глазами на пухлом лице,-"Что происходит? Я могу поклясться, что вижу его впервые в жизни!"

– Это ваш знакомый?- Звинник подошёл ближе и с отеческой добротой поправил на Геворге одеяло.- Бедный мальчик, уже два месяца как в коме!

– Два месяца в коме? Как это возможно, я же...

– О! Люди лежат и по многу лет, не приходя в сознание - в этом нет никакого прецедента.