Ветер истории

Шилкин Владимир

– Это долгий разговор. Я вам дам литературу почитать, а потом уже обсудим.
– агитатор помолчал и внезапно спросил - Скажите, товарищ Волков, а это случайно не ваша работа?

Он достал из-за пазухи бумажку и протянул мне. На ней напечатанные не очень четким шрифтом были мои тезисы. Во, Петрович дает! Когда же он успел-то?

– Мне товарищ Кромков помогал в работе, но он почему-то упорно не желает писаться в соавторы.

– Это потому что главное мысли, а не их изложение. Видимо мысли принадлежат вам. Толково в целом написано, но есть спорные идеи.
–

поделился мнением напарник, пряча листовку обратно.

– Это какие?

– Вот вы считаете, что царь в ближайшее время отречется, а почему вы так решили?

Я повторил аргументы, которые приводил Кромкову. Парень задумался.

– Так вы считаете, это ненастоящая революция?

– Настоящая, монархию же валят. Готовился лишь переворот, но элита, раскачивая ситуацию, как обычно, не воспринимали народ, как дееспособную силу. Вот стихия и вышла из-под контроля. Вопрос в том, чья эта революция будет в итоге.

На этот раз попутчик задумался надолго. Уже на мосту он встряхнулся, сбрасывая оцепенение, и жестко произнес, ни к кому не обращаясь

– Чтобы они там не планировали, а революцию мы им не отдадим.

Мы подкатили к особняку, где толпились солдаты и стояли три Остина-Путиловца. На крайнем над аккуратной надписью 'Олег' были наспех нарисованы большие буквы 'РСДРП'.

– Надо полагать, эти ребята тоже большевики?
– спросил я молодого агитатора.

– Ну, в юридическом смысле их всех так назвать нельзя, все-таки они не в партии, но они наши.

Парень бодро соскочил на ходу и направился к солдатам.

– О, Яша пришел!
– обрадовано крикнул крайний из них - где пропадали, Яков Ефимович?

Ну вот, хоть буду знать как напарника зовут.

– Привет, Артём - сходу включил тот обаяние - в тюрьме я был. Только вовсе я не пропадал. Большевики нигде не пропадают, все об нас зубы обламывают. Кто сейчас за главного у вас?

– Елин, кто ж еще.
– солдат повернулся к особняку и крикнул - Эй там! Георгия позовите, Яша пришел!

Нас уже обступили солдаты и расспрашивали Яшу о тюрьме и прочих новостях. Тот сыпал шутками-прибаутками, попутно накручивая солдат на продолжение борьбы и проясняя обстановку. Мастер, однако, я бы так не смог.

Толпу разрезал крепкий мужик и сгробастал Яшу в объятия.

– Яшка, жив чертяка!
– потряс немного и отпустив, перешел на серьезный тон - Ты с чем-то важным или просто к нам?

– Важным, Георгий Васильевич.
– Яков повернулся ко мне - Это товарищ Волков. Его прислали к вам для организации дальнейшего наступления на старую власть.

– Елин.

Мы пожали руки и я сразу перешел к делу.

– Необходимо как можно быстрее взять под контроль крепость и мосты на Васильевский остров. Какими силами вы располагаете?

Елин оказался человеком основательным и описал весь расклад сил на Петроградской стороне. Солдат тут было много, но организованы они были слабо. Так же было огромное количество рабочих вооруженных винтовками, захваченными в Арсенале, но их боевая ценность для меня была сомнительна. Мужики хоть и идейные, но военного дела не знают. К

тому единого командования все эти отряды не имели. Сам автобронедивизион на поверку оказался всего лишь мастерскими этого дивизиона. Ну теперь понятно, почему меня сюда прислали. Не понятно было лишь, как брать Петропавловскую крепость без артиллерии. Сейчас это совсем не музей, а крепость вполне действующая и хорошо вооруженная. Ладно, будем разбираться по ходу дела, тем более о штурме Петропавловки я ни разу не слышал. Значит, масштабной бойни там не было. Впрочем, о февральской революции я вообще имел представление как о вполне мирной и бескровной, а крови уже пролилось изрядно.

Работа потихоньку пошла. Послали связных в другие отряды, проверили технику и оставив караул, выдвинулись к крепости. Выдвинулись, это громко сказано, на самом деле там просто дорогу перейти только. Зато в зоне обстрела мы находились постоянно. Даже сам особняк в ней находился, так что усложнять маневр смысла не было. Если крепость откроет огонь, то прячься - не прячься, всех положат. Остается только демонстрировать уверенность и давать понтами.

Мы колонной подошли к воротам и остановились. И что теперь? Сделать мы ей ничего не можем, а старший тут вроде как я, мне и предпринимать что-либо. Между тем отовсюду начали подтягиваться отряды рабочих и солдат. Стоим. Все выжидательно уставились на меня. Мда, надо все-таки что-то делать. Я выдохнул и пошел к воротам. Рядом шагал Яша.

Было страшнова-то. Чтобы скрыть слабость в ногах шагал пошире и как можно тверже. Крепость молчит. Вот и ворота. Тишина. Ну и что дальше-то? Я мысленно плюнул и простенько постучался.

– Эй, в крепости! Есть кто живой?

Дверка в воротах внезапно отварилась. В проеме стоял генерал.

– Я комендант крепости генерал-адъютант Никитин. С кем имею честь?

– Командующий революционными силами Петроградской стороны Волков.

– Представитель Петросовета Фридман.
– представился Яша.

Звания прапорщика я решил замять, чтобы не давать Никитину причин почувствовать себя главнее. Тот намек понял и держался ровно, не пытаясь давить званием.

– Что вам надо?

– Взять крепость под контроль.

– Я приказа сдавать командование крепостью кому-либо не получал.

Ага, сходу не послал, уже хорошо. Значит, есть о чем говорить.

– Министр сложил полномочия. Город под контролем Петросовета. Мы представляем здесь новую власть России. Считайте, что приказ о передаче полномочий Вы только что получили.

Никитин задумался. С одной стороны, что за власть такая новая и насколько она власть не известно. С другой он явно был в больших сомнениях относительно своей способности удержать крепость. Видимо, гарнизон не очень надежен, а слухи об убийствах офицеров собственными солдатами до него уже наверняка дошли. Тут же капитуляции от него не требовали, только контроля, то есть, фактически, признать новую власть властью.

– Откуда мне знать, что этот ваш Петросовет, действительно, является законной властью? И почему Петросовет? Он только городом править собрался?