Вестник

Соулу Ева

Дэн бочком подался к выходу, оставив внезапно ошарашенного Райна слушать заливистые трели юного повара.

* * *

Неподалеку от квартиры Ивэна Гора

22:07

Дэн подышал на мерзнущий по неизвестной причине мизинец на левой руке и устало провис на спинке кресла. В целом, они вполне удобно устроились на крохотной мансарде, как раз напротив дома, где снимали квартиру Гор и его невеста. Следить за окнами не было необходимости, поэтому оба мага преспокойно угнездились в разных концах

комнаты, поочередно проводя сканирование территории и проверяя силовые щиты. Иногда к ним заглядывали отирающиеся поблизости Охотники – забросить новую порцию «вкуснятины» для Тэа, которую всё еще терзал приступ жестокого голода. Дэн с благоговейным ужасом и мучениями следил за ее манипуляциями с едой; его запрет по-прежнему был в силе.

– Прости, – снова пробурчала Тэа, вгрызаясь в здоровенное желтое яблоко.

– У тебя реверсированный синдром?

– Ага. Но, если честно, у меня иногда бывает хороший аппетит.

– Раньше я этого не замечал. Полагаю, твои родители – состоятельные люди, иначе не представляю, как они тебя прокормили.

– С возрастом я начала есть более осмысленно.

– Неужели?

– Хм... да. Начала сопоставлять объем себя и того, что собираюсь съесть. – Она жизнерадостно захрустела вторым яблоком.

– Ты чудовище.

– Знаю.

– Я всё чаще задаюсь вопросом о твоей природе.

– Вот оно, счастье... – Она откинулась на софу, доглодав третье яблоко. – Оба ныне здравствующих Скриптора проявляют пристальное внимание к моей скромной особе.

– Зря налегаешь на фрукты, через полчаса снова оголодаешь.

– Я всё еще голодна. К сожалению, сейчас мне лучше сосредоточиться на углеводах и клетчатке.

– Тебе следовало предупредить нас насчет ар-дор. Непрактично хранить такое в секрете от напарников.

Она тепло посмотрела ему в глаза, затем потянулась, села и снова зашуршала пакетом с подношениями. На колени к ней высыпались с десяток мандаринов и спелый розовый помидор. – Ух, ты!

С самого дна был изъят старательно упакованный охотничьим поваром горшочек с тушеными овощами. Налюбовавшись на него со всех сторон, девушка слевитировала его на столик возле Дэна.

– Ваш ужин, сэр.

– Я не уверен...

– Я не «высококвалифицированная медичка», но в таких вещах разбираюсь. Уже можно.

– Спасибо.

Он вежливо поклонился, не вылезая из кресла, и принялся потрошить горшочек.

Через десять минут они подъели все, что за последний час наносили доброхоты. Тэа беспокойно огляделась.

– Пожалуй, пройдусь немного – заодно хоть воздухом подышу.

– До ближайшего супермаркета?

Она сделала удивленное лицо.

– Ты уверена, что всё хорошо?

– Я выгляжу больной? Или... что-то еще?

– Нет, но я тоже не «высококвалифицированная медичка».

– Вот и чудно. – Девушка надела пальто, сгребла мусор в пакет. – Скоро вернусь.

Она ушла, и Дэн бессильно откинулся в кресле, ощущая себя нерасторопной развалиной.

Что, получил, старый хрен? Сегодня можно только вспоминать о терзаниях, составлявших бытие загадочного инспектора Байронса год назад. Самоуничижение? Вина? Скитание по шахматной доске из угла в угол? Он бы даже съязвил по этому поводу, если

бы не противный холодок в желудке, советующий экономить силы. Неплохой отпуск выдало ему мироздание, теперь придется отработать по полной. Дэн невольно втянул живот, стараясь отогнать панику. Он вдруг осознал, что в последнее время всё чаще прокручивал в памяти тот день, когда Тано заявился к нему в участок с делом Райна. Но вовсе не это стало точкой отсчета. Ею оказалась закутанная в искрящийся балахон Тэа.

Он хорошо рассмотрел ее «спектр», когда они встретились в Дельге. Запомнил цвета до мельчайшего перелива – синий, серый, почти черный по краям. Он помнил их даже лучше, чем ее лицо. После они ни разу не говорили об этой встрече, будто ее не было вовсе. Ему даже временами казалось, что Тэа действительно о ней не помнит.

Когда он пришел вытаскивать ее из Астоуна, «спектр» был прежним. Но сейчас, по прошествии всего нескольких дней, цвета изменились: серый начал отступать, синий прорезали вкрапления золотого. «Мы почти ничего не сделали. Что могло так повлиять? Отсроченная смерть Эмили? Но если и в самом деле Ростов затеял многоходовку, чтобы спасти Тэа, зачем толкать ее на действия, способные уничтожить саму ее суть?»

Необходимо отыскать связь. Причины есть всегда, пускай они пока за горизонтом событий. Влияние не может не выдавать их истинной природы. Что-то вызвало изначальное затемнение «спектра», что-то достаточно серьезное, – но Тэа физически здорова, а в том, что она не имела дел с ар-дор или ар-фаре раньше, Дэн знал наверняка. Сильный маг-«неправедник» мог ее подставить, однако вряд ли это был кто-то из семейства Чесбери. Нужно копать глубже.

Байронс сосредоточился и попробовал отыскать Тэа. Он точно знал, что она где-то поблизости – однако поиск ничего не дал. Только сейчас он осознал, что каждый раз, когда девушка выходила за дверь, она словно пропадала навсегда.

«Сильная защита? Или кто-то прикрывает ее, как Астоун Элинор? Какие обстоятельства могут закрыть доступ Скриптору? Плюс Райн с его неуемными талантами – не слишком ли много исключений на одну короткую историю? И трое невидимок. Элинор, Изабелла и Тэа. Три человека, как-то связанные между собой. Если только...»

Байронс открыл глаза, с трудом фокусируя взгляд на мутной весенней луне, застрявшей в перекрестье оконной рамы.

Элинор прячет Астоун. Возможно, Изабеллу тоже. Дэн привык считать замок чем-то вроде Дельга, в котором сбоят рутинные правила. Он бы с радостью согласился поверить, что Тэа существует под протекторатом его коллеги Скриптора, и что тот действительно достаточно силен, чтобы блокировать доступ Дэна. А главное – что у него имеются для этого веские причины.

Потом вздрагивало плохо пригнанное стекло в раме, и на ладонь ложилось прежнее «если только». На этом «если» сходилось всё, даже ар-фаре, на которое Ростов якобы толкал Тэа...

Дэн прождал в тревоге четверть часа, чувствуя, как в солнечном сплетении снова распускается паника. Появилась уверенность, что Тэа сгинула, но он опять не смог определить, откуда пришел страх. Однако он понял, что его чувства к ней изменились: несмотря на ее скверный характер и сомнительные мотивы, Дэн привязался к ней – пожалуй, он хотел ее возвращения.