Венера
Шрифт:
— Скажу, что ты очень самоуверенный молодой человек, — заулыбалась я.
— Будь я неуверенным в себе, вряд ли ты бы сейчас сидела рядом, Птичка, — хмыкнул Марк, — так что, можешь пока подумать, чем будешь кормить своего мужчину на завтрак.
— Ну, у меня есть шоколад, за ним даже не нужно спускаться вниз, годовой запас лежит в моей комнате. И не надо на меня так смотреть, — Марк на мгновение перевел на меня удивленный взгляд, — между прочим, ученые доказали, что регулярное поедание шоколада, способно прибавить
— Признайся, ты просто оправдываешь своё обжирание, — Марк громко расхохотался.
— А ты не боишься, что в тебя сейчас шарахнет молния?
— Если тебя это развеселит, то ради бога, — Марк вовсю веселился, он смеялся так заразительно, что я невольно сама заулыбалась и расхохоталась с ним на пару.
Так мы и доехали до моего дома.
Поднимаясь на крыльцо, обратила внимание, что в доме нет света. Значит, Алины дома нет, последнее время она пропадала на свиданиях с каким-то парнем, с которым познакомилась на работе. Я мысленно пожелала ей задержаться подольше, а лучше до утра.
Присутствие Марка её не удивило бы, но как же я не любила пускаться в объяснения.
Позже, лёжа под утро в кровати в объятиях любимого человека, я буду с наслаждением вспоминать, как исчезла его улыбка, стоило мне нырнуть под струящиеся капли воды в душе и дать моей майке промокнуть. Я видела, как его кадык нервно дернулся, когда я через голову стащила эту насквозь промокшую тряпку.
Я буду вспоминать, как оставшаяся одежда на нас, только что не трещала от того, как её срывали две пары рук друг с друга.
Я буду вспоминать, как тихо вздохнула, когда он провёл ладонью по моему животу, и чуть вверх, охватывая грудь, сжимая её и перекатывая сосок между пальцев.
Я буду вспоминать, как поцелуями он передвигался по моей шее, оставляя влажный след на коже, и от нетерпения вжимался своей твёрдой эрекцией в мой упругий зад.
Его крепкое тело впечатывало меня в стену душевой кабины и заставляло подчиняться по первому зову.
Еще я вспоминала, как его рука скользнула вниз по моему обнажённому телу, раздвигая непослушные ноги и проскальзывая в сосредоточение миллионов нервных окончаний, и в считанные секунды подарила мне фейерверк удовольствия.
В то время, как я еще пыталась прийти в себя от головокружительного оргазма, тяжело дыша и истекая влагой, я почувствовала, как Марк с громким рыком толкнулся в меня сзади, держа крепко за бёдра. И пока он с яростью вбивался в моё податливое тело, я молила лишь о том, чтобы это не заканчивалось.
Я чувствовала, как прохладная вода бьёт по спине и в сочетании с жарким сексом это составляло безумный водоворот желания. Желания остаться и запечатать этот момент в жестяную банку лично для себя.
Позже, много лет спустя, я буду вспоминать этот момент, как один из самых интимных в моей жизни.
Марк превратился
Темп становился крышесносным, и в тот момент, когда я думала, что упаду, меня пронзило такой волной удовольствия, что сдерживать дрожь всего тела не было возможности.
Я почувствовала, как Марк сделал последние несколько толчков, а потом замер, тихо застонав.
Я буду помнить, как его руки омывали моё тело, как бережно он промывал мои волосы, как его губы шептали приятные нежности мне на ушко.
Я буду помнить, как он развернул меня к себе лицом и опустившись на колени, доводя своим языком до еще одного сокрушительного оргазма.
Я буду помнить, как Марк выносил меня, совсем обессиленную и укутанную в мягкое полотенце из душа, и укладывал на кровать.
Я буду помнить, как искусно, словно скульптор лепил свой шедевр, массажировал моё тело, поливая его маслом и скользя по нему руками мастера.
И я буду, но уже плохо, помнить, как мы творили свои безумства всю ночь напролёт.
Я запечатала эти воспоминания в ту самую жестяную банку и отправила на верхнюю полку к аромату номер один.
Знаете такую степень беспокойства, когда ты без повода начинаешь мандражировать? Вроде и причин для нервотрёпки нет, никто не умер, не заболел неизлечимой болезнью, не потерял свою последнюю любовь на земле.
Наверное, я просто устала волноваться все эти две недели, отведенные нам для подготовки к реваншу.
Это был не просто заезд: в случае выигрыша Вэл получал право находиться на нашем треке без ограничений. И больше всего мы боялись, что ему всего лишь нужны новые точки по сбыту своей дряни. Это доставляло нам некоторое беспокойство.
Можно было бы просто прогнать его, и пусть поверженный семиглавый король уполз бы в свою мышиную нору, только вот, слово ему уже было дано. И нарушив его, мы оказались бы в невыгодном для себя свете. Кто захотел бы иметь дело с людьми, чье обещание не стоит выеденного яйца. На этот трек и место, в котором он проходил, у ребят были большие планы.
С такими мыслями я проснулась в тот злополучный день. Марк, Алекс и Дэн утверждали, что никто не собирается уступать победу Вэлу, и я доверяла им, но глупое сердце все же было не на месте.
Хотела бы я иметь такую супер-способность, которая поможет мне быстро-быстро промотать весь этот хаос, творившийся в моей голове, и перейти прямо к той части, где все дружно, держась за руки, уходят в закат, и нет посторонних проблем. Наивная, знаю.
Диана застала меня нервно расхаживающую по комнате.