Венера
Шрифт:
Парни в согласии закивали головами. Все были сосредоточены и серьёзны, как никогда.
— Кис-кис, ты тоже сидишь дома, пока кто-то из нас троих за тобой не придет, — Дэн стоял, скрестив руки на груди, и внимательно смотрел на подругу.
— Ага, разбежалась, — огрызнулась Ди. Она убрала телефон и приняла такую же позу, как у Дэна, будто насмехаясь над ним.
Дэн не менял своего положения, но было видно, как желваки на его щеках заходили ходуном от злости.
— Ты сидишь дома и не доставляешь нам
— Эй, почему он позволяет себе упрекать меня? — Ди повернулась к Алексу и начала высказывать свои претензии, — разве я хоть когда-нибудь вела себя, как безмозглая малолетка?
— Эй, малышка, успокойся, — встрял Алекс, он подошел к Дэну с Ди, и встал между ними спиной к парням, пытаясь успокоить подругу — просто знай, что на ближайшие две недели у нас режим повышенной безопасности, ты сама знаешь Вэла, от него можно ожидать чего угодно, и я не хочу, что бы это что-то коснулось тебя, понимаешь?
Алекс держал Ди за локти и заглядывал ей в лицо в надежде, чтобы она поняла его и приняла их позицию. Дэн стоял отвернувшись от нас, но от моих глаз не укрылось, как он облегченно выдохнул, когда Ди согласилась.
— Окей, Алекс, пусть будет по-вашему. Но когда пройдут эти две недели, что тогда? — задала Ди резонный вопрос.
— Тогда и посмотрим, дальше нет смысла загадывать, — отозвался мой Марк.
Обсуждение закончилось, и мы зашли в бар. Олег — владелец — сам любил стоять за стойкой, это помогало налаживать контакты и позволяло клиентам чувствовать, что они пришли не в обычную забегаловку, а к Быкову домой.
Так и сегодня: он помахал нам рукой, как только увидел нашу компанию и жестом пригласил пройти за свободный стол. Мы сели на диванчик вокруг круглого стола, разговор пошел на отвлеченные темы.
Я вытащила свой телефон из кармана и подняла перед собой, чтобы сделать фото. Застав врасплох Марка, я сделала снимок в тот момент, когда он повернулся и посмотрел на меня. Он сощурил глаза в притворном раздражении, я знала, что ему нравятся все наши фото. Даже такие, где он меньше всего ожидает этого.
— И что ты будешь делать с тем количеством фотографий, которое у нас есть? — спросил Марк со своей неизменной косой ухмылкой.
За то недолгое время, что мы вместе, в наших телефонах, благодаря мне, скопилась целая коллекция. Я не удержалась и широко улыбнувшись, рассмеялась. Марк прижался быстрым поцелуем к моим губам и обхватил мои плечи, тем самым я оказалась в кольце его крепких объятий.
— Распечатаю их все и обклею стены комнаты. Буду любоваться нами день и ночь, — улыбаясь, ответила я.
— Боюсь, такими темпами, скоро тебе не хватит одной комнаты. В итоге через пару лет я куплю нам большой дом, чтобы тебе было где разгуляться, — продолжил
— Нам? Я не задумывалась так далеко… может, мне скоро надоест… — я уже вовсю смеялась, и было понятно, что мои слова — сплошная провокация.
Во взгляде Марка блеснуло что-то дикое, не успела я опомниться, как он повалил меня на диван, а сам навис сверху.
— Не дразни меня, Птичка, — из веселого парня Марк превратился в голодного, необузданного мужчину. Я каждый раз удивлялась такой метаморфозе. В один миг он улыбается и шутит с друзьями, а в следующую секунду набрасывается на меня, не стесняясь свидетелей.
— Если бы ты только знала, что мне стоит сдерживать себя каждый день, чтобы не порвать на тебе эти крошечные шорты и бесстыдно коротенькую маечку, — он прохрипел мне это на ухо, и по моей шее вниз к самому основанию и сосредоточению побежали мурашки вперемешку с жаром, заставляя меня крепко свести ноги.
— А ты не сдерживайся… — все, чего мне сейчас хотелось, это оказаться далеко отсюда наедине с парнем, в которого я влюбилась без памяти, — хватит со мной как с фарфоровой куклой, Марк.
— Я не хочу делать тебе больно, но понимаю, что без этого никуда. В любом случае я не возьму тебя, пока ты сама этого не попросишь, — его грубость звучала будто сладкие соки для моих ушей, она не отпугивала и не вызывала отвращение, лишь сильнее подстегивала и заводила меня.
— Я хочу тебя, хочу каждый день, каждую минуту… дай мне это, отдай мне всего себя, — я шептала эти слова ему на ухо и чувствовала, как его руки все сильнее вжимаются в мои.
— Я знаю, Птичка, я тоже хочу тебя чертовски сильно, просто доверься мне.
Марк резко поднялся и подтащил меня, усадив обратно на сидение. Алекс с Ди сидели, рассматривали и обсуждали что-то интересное в телефоне, Дэн разговаривал с официантом.
Мы словно очутились в прозрачном коконе, мы видим и слышим все, что происходит снаружи, но остаемся незаметны для всех вокруг.
Вечер был приятным для всех до тех пор, пока к нашему столу не подплыла Барби, как всегда, в окружении двух шестерок.
— Слышала, нас ждет интересное шоу через две недели, — Барби противно тянула слова, словно сдохнувшие батарейки из последних сил пытались перемотать плёнку.
— Интересно узнать, как до тебя добралась информация о которой известно только узкому кругу лиц, — спросила Ди, — или это ты до неё добралась?
— Не твоё дело, убогая, я не с тобой разговариваю, — огрызнулась Барби.
Ди не повелась на оскорбление, и даже улыбнулась в ответ, только я видела, как дернулась скула на лице от обиды. Но, похоже, не одна я это заметила.
Дэн опустил свой телефон в котором что-то с интересом рассматривал, нагнулся над столом и внимательно посмотрел на Барби.